Месопотамия

22

Пустыня Неджд, конец февраля – начало марта 1914 года

Как и сказал проводник, птица в небе оказалась хорошим знаком: в море появление чайки говорит о близости берега, в пустыне же наши герои, поднявшись на дюну, увидели в бинокль зеленое пятно оазиса. Вдали белели высокие зубчатые башни крепости – наконец-то Хаиль! Это значило, что завтра спутники мисс Белл смогут немного отдохнуть – они были рады этой передышке.

Уже больше двух месяцев Гертруда и ее помощники странствовали по пустыне, проводя на спинах верблюдов по восемь–десять часов в день. Сначала в Дамаск прибыли огромные сундуки Гертруды, а в конце ноября приехала и сама мисс Белл. Ее нервы были на пределе, директор отеля «Дамаскус», где она обычно останавливалась, приказал подчиненным быть осторожнее: «Наша отважная одинокая путница нынче не в духе, ее не узнать». Но, как и всегда в сирийской столице, вскоре Гертруда начала приходить в себя, ведь здесь ее окружал аромат обжаренного нута, причудливый животный мир, бродячие торговцы – словом, Восток. Мисс Белл развеялась, немного прибавила в весе, на ее щеки вернулся румянец. На смену бесконечным раздумьям о Дике пришли другие заботы. На рынке Аль-Джамал мисс Белл купила двадцать крепких верблюдов, а у греческих торговцев на базаре Эль-Арвам – запасы провианта, пеньковые веревки, толстые кожаные попоны для верблюдов и множество безделушек на подарки в пути. Она наняла команду помощников: троих погонщиков верблюдов – крепких парней, которых вооружила до зубов, повара, проводника, с которым ей уже приходилось путешествовать, и первого в поездке рафика – сопровождающего группу представителя одного из племен. Вступая на территорию нового племени, надо было нанимать следующего рафика. Гертруда хотела выступить в путь как можно скорее: надо было воспользоваться хрупким перемирием между Рашидидами и Саудидами. Эти династии веками спорили с Хашимитами о правах на Аравийскую пустыню. «Конфликт может возобновиться в любой момент», – предупредили Гертруду эксперты Форин-офиса. Они, как и родители, и друзья, пытались отговорить ее от этой поездки: ведь в случае проблем Великобритания никак не могла помочь мисс Белл, а у других мировых держав не было вообще никаких связей на полуострове – даже почетных консулов. Последней из западных армий, что побывала в этих краях, были войска императора Августа. Их отправили на захват земель, где собирали ладан, но они потерпели поражение.

В безжалостных краях, полных волков, змей и скорпионов, Гертруда могла рассчитывать только на свои силы. Описание этих мест в «Путешествиях по Аравийской пустыне» Чарльза Даути отпугнуло бы и завзятых смельчаков: невыносимый климат, слепящий солнечный свет, из съестного – только кузнечики да сверчки, вода в колодцах полна паразитов и верблюжьей мочи, а немногочисленные обитатели – самые фанатичные из мусульман – полны ненависти к чужакам и живут в суровом ветхозаветном мире, где воров забивают до смерти и бросают на съедение гиенам и черным орлам. Каждый день обещал быть полным испытаний, к тому же на караван Гертруды в любой момент могли напасть разбойники.

«Мой дорогой папа, не думайте, что я сошла с ума, и всегда помните, что я люблю вас больше, чем можно сказать словами». Гертруда покинула Дамаск на заре 20 декабря 1913 года, без фирмана

[96]

[Фирман (ферман) – указ правителя исламских государств Ближнего и Среднего Востока.]

великого визиря, подтверждающего ее право путешествовать по запретным землям. Мисс Белл знала, что османские жандармы не станут препятствием на ее пути, стоит им дать несколько золотых монет и объяснить, что она изучает здешнюю пустыню, чтобы написать о ней книгу. Были у британской исследовательницы и другие цели, о которых она никому не рассказывала. Гертруда хотела заполнить белые пятна на карте Аравийского полуострова, обозначить колодцы и ближе познакомиться с местными племенами, а еще определить, кто из Рашидидов и Саудидов сможет стать надежным союзником в борьбе с турками. Она планировала составить по этому вопросу отчет и представить его высшему руководству. Сначала мисс Белл планировала отправиться в Хаиль, город Рашидидов, а затем повернуть на юг, за горы – на землю ваххабитов.

Ничто не могло удержать Гертруду от этого рискованного предприятия: ей было необходимо пройти путями, которыми не ходил почти никто из уроженцев Запада, чтобы вернуть веру в себя, которую отняла несбыточная любовь к Дику. К тому же ей было неудобно перед семьей: Беллы знали, что Гертруда сходит с ума по женатому человеку. «Очередная причуда», – ледяным тоном сказала Флоренс Хью. Гертруде оставалось только сбежать: она бы не вынесла взглядов своих родственников на Рождество. Утром 25 декабря мисс Белл под дождем переносила в блокнот надписи на песчанике руин крепости и старалась не думать о том, что в это самое время ее близкие в Раунтон-Грейндж безмятежно радуются рождению Спасителя. Должно быть, гостиная украшена сосновыми ветками, на кухне у поваров почти готовы индейка, сливовый пудинг и лучшие в Йоркшире пироги. После вкусной трапезы отец наверняка сядет у камина и прочитает несколько сказок племянникам Гертруды. Они будут веселиться и играть в бильярд или баккару. Хор рабочих будет петь рождественские гимны и наслаждаться пуншем и пирожными. Гертруду же этим вечером ждал горький кофе у костра из кизяков. А накануне за столом одного из бедуинских шейхов она отведала бараний глаз.

Снова отправившись в путешествие, Гертруда стойко выносила трудности. Она желала избавиться от одержимости Диком и видела в пустыне свое спасение: здесь можно отбросить прошлое и обрести равновесие, ведь покой – неизменный спутник уединения. Однажды подобные места уже помогли Гертруде освободиться от оков и найти в себе силы, о которых она не подозревала. Мисс Белл по своему опыту знала, что пустыня может вызывать эйфорию, а ее тишина может быть столь же манящей, как пение сирен из «Одиссеи». «Тому, кто никогда не бывал в пустыне, этого не понять», – вскоре после знакомства сказала мисс Белл Дику и Джудит. То же самое они часто слышали от Чарльза Даути: он провел среди песков два года, прежде чем написать книгу более чем в 1200 страниц, которая пробудила в Англии моду на романтику пустыни.