Месопотамия

Чем бы это ни было, правительство вело себя уверенно. Испытание войной лишь подтвердило прочность империи, что бы об этом ни думали новые игроки на исторической сцене – Америка и Советский Союз. Белые доминионы поддержали метрополию, сотни тысяч индийских солдат бились на всех фронтах. Ситуация на Ближнем Востоке складывалась как никогда лучше для короны. Немцы и османы были изгнаны, угроза глобального джихада устранена, а план Багдадской железной дороги похоронен. Революция повергла Россию в хаос и гражданскую войну. Она еще долго не приблизится к северным границам Индии: мировой конфликт уничтожил самых опасных противников Великобритании за последние тридцать лет. Оставались французы, эти тараканы, но четверть северо-востока их страны разрушена. Если у них остался здравый смысл, они сейчас не станут бросаться в новые заморские авантюры. Американцы впервые вмешались в дела Европы. Сила США не вызывала никаких сомнений, союзники обязаны им победой, но, хотя они и извергали потоки красивых слов и обещали изменить мир, британцы предчувствовали, что США останутся изоляционистской державой. Остальной мир не в счет, за исключением Японии, но это другая история. В общем, если повезет – а удача улыбается отважным, хотели верить в Лондоне, – в ближайшие годы Великобритании обеспечена свобода действий на Ближнем Востоке, как и во всем мире на протяжении прошлого века после падения Наполеона: огромная империя родилась, воспользовавшись замешательством соперников, и расцвела за неимением конкурентов. Мировая война, последовавшая за Французской революцией, разрушила Французскую и Испанскую империи, после того как адмирал Нельсон разнес их флоты при Трафальгаре. Королевский военно-морской флот теперь мог свободно передвигаться по морям. Затем Англия навязала Венскую систему международных отношений России, Австрии, Пруссии и Франции – через десять лет снова побежденной. Кошмар Континентального союза отдалялся, и Англия посвятила все силы сбыту угля, текстиля и машин, производимых теперь уже в промышленном масштабе. Теперь ни одна сухопутная граница не нуждалась в защите; Британия могла перемещаться по всему миру, как если бы океаны были ее собственностью, и вела маленькие войны, захватывая тропические островки, а порой и старые королевства. Так начался век британской гегемонии,

Pax Brita

Теперь, когда Большая Война закончилась, империя могла продолжать расти. Немного оппортунизма во время мирной конференции, что откроется в Париже через несколько недель, – и Великобритания сможет присвоить бывшие владения Турции и Германии в Африке и южную часть Тихого океана, а мисс Белл заштрихует красным новые территории, расположенные на пяти континентах, посреди семи морей и трех океанов на проекции Меркатора – она и по сей день висела в ее детской комнате.