Меч света

Когда я вернулся в гостиную, стол уже был накрыт к завтраку. Все как всегда – сытно, вкусно, с намеком на роскошь. Я быстро перекусил, почти не присев, и направился к выходу.

Мой секретарь, он же охранник, сидел на своем месте, как обычно невозмутимо.

– Доброе утро. Не подскажешь, тут есть что‐то вроде тренировочного полигона?

– Да, конечно. Я вас провожу, – ответил он коротко и встал, не дожидаясь приглашения.

Мы молча пошли туда, куда вел он. По пути я не мог не заметить, насколько Ясмин отличается от остальных. Она действительно уникальна: ни по повадкам, ни по внешности, ни по ауре не похожа на других демонов. Все вокруг поглядывали на нас с подозрением, сдержанной настороженностью. У некоторых во взгляде сквозило нечто… неприятное. Словно зло в его чистом, сыром виде. Возможно, это и есть «расовая терпимость» в их понимании: ты, смертный, интересен, пока что‐то собой представляешь, но симпатии не жди. Наверное, чтобы заслужить улыбку от этих ребят, нужно будет не просто «сделать что‐то хорошее», а спасти мир. Два раза желательно.

Тем временем мы пришли на место, и, надо признать, я был приятно удивлен.

Огромная, огороженная высоким забором территория. И внутри – все, что только может понадобиться для тренировки: тренажеры на силу и ловкость, всевозможные полосы препятствий, подвесные перекладины, манекены, щиты, груши, мишени и даже полноценная арена для спаррингов. Словно идеальное сочетание военной базы и фитнес-клуба для бойцов высшей категории.

И сколько же тут было демонов! Их было… много. И как только я вошел и меня заметили, сработала цепная реакция. Даже в самых дальних уголках полигона все тренировки внезапно замерли. Кто‐то перестал крушить мешки, кто‐то спрыгнул с турника и, обернувшись, уставился на меня. Их взгляды прожигали, я чувствовал себя под прицелом сотен зрачков. А потом все начали подходить. Сначала неспешно, потом увереннее. И вскоре вокруг меня образовалось плотное кольцо. Давящее. Вязкое. И чертовски напряженное.

Я уже собирался что‐то сказать, может, поприветствовать их, но меня опередили.

– Да это же он! – раздался гневный голос из толпы. – Убил меня вчера подло, в спину, можно сказать безоружного!

– И меня вырубил, так что я и не заметил, – завторил другой.

– А меня его нежить на куски разорвала! – выкрикнул кто‐то сзади.

Шум нарастал, напряжение стремилось к пределу. Я понятия не имел, что делать. Если сейчас все выльется в драку, меня просто затопчут. Уж очень неравными были наши шансы.

Прежде чем ситуация вышла из-под контроля, мой сопровождающий шагнул вперед.

– Молчать! – рявкнул он так, что голос эхом ударил о стены и заставил воздух содрогнуться.

Толпа тут же притихла. Ни шороха, ни дыхания. Только его голос.

– Он валил вас лишь потому, что смог до вас добраться. Ибо вы сами ему это позволили. Он шастал по двум уровням города, как по прогулочному парку, и никто его не заметил. Вы могучие воины самого Мораса! – Он выдохнул сквозь зубы и обвел взглядом толпу. – А теперь жалуетесь, как шайка побитых щенков. Толпой прикрываетесь? Как шакалы!

Понимая, что обстановка на грани, я вышел вперед. Глубоко вдохнул, посмотрел на толпу и произнес громко, четко, не давая дрогнуть голосу:

– Понимаю, что кому‐то из вас доставил массу неприятностей. Кому‐то – боль. А кого‐то, возможно, и оскорбил. Простите меня. В качестве извинения приглашаю всех желающих вечером в лучший из ваших трактиров. Постараюсь загладить вину… насколько хватит денег. А сейчас любой желающий может вызвать меня на честный поединок и восстановить справедливость.

На мгновение наступила гробовая тишина. Казалось, даже воздух сгустился от неожиданности. Толпа смолкла. Никто не ожидал такого поворота. Самые громкие крикуны и те, кто только что жаждал возмездия, стояли молча. Некоторые даже отвели взгляд, будто надеясь, что никто не вспомнит, что именно они жаловались громче всех. А кто‐то, наоборот, выглядел так, словно сейчас сам начнет подталкивать соседей в спину: «Ну давай, иди дерись, раз возмущался!»

Я уже собирался развернуться и спокойно пойти к тренажерам, когда из толпы раздался голос – негромкий, но звонкий, и с холодком:

– А не боишься? Ты ведь не бессмертный.

Я остановился. Глянул в сторону источника, не зная, как трактовать его слова. То ли как заботу, то ли как угрозу. Может, даже как иронию.

Толпа расступилась, и ко мне направился демон. Высокий, мускулистый, с четко вырезанными чертами лица и тяжелым, но спокойным шагом. Он не участвовал в недавнем хоре претензий. Не орал, не жаловался. Просто ждал своего шанса.

Когда он приблизился, я узнал его. Это был один из тех пятерых, кто играл в карты в доме. Тот, кто проигрывал и отправился проверить, что упало в другой комнате.

Он остановился передо мной, скрестил руки на груди и с ухмылкой спросил:

– Ты хоть знаешь, сколько должен мне?

Я нахмурился:

– Должен? Не совсем понимаю, о чем речь.

– В тот вечер я проиграл крупную сумму. Очень крупную. И твоя выходка не дала мне возможности отыграться.

Азарт. Один из сильнейших пороков, превращающий сильного в уязвимого. Я знал его природу не понаслышке. Это состояние легко разжечь, и еще легче использовать. Стоит только подстегнуть: «Вот сейчас точно получится!» или «Возьми в долг, потом отдашь!» – и человек сам себе роет яму. Чем глубже зарывается, тем сильнее жаждет вернуть утраченное и тем легче им манипулировать.

– Тогда позволь, я дам тебе шанс отыграться, – сказал я спокойно. – Сколько тогда было на кону?

– Сто серебряных! – выкрикнул кто‐то из толпы. Судя по голосу, один из тех, кто тогда тоже сидел за столом.

– Ставлю сумму вдвое больше, – продолжил я, вытаскивая из кармана шестьдесят монет и с легким звоном бросая их на песок полигона. – Но если проиграешь, поможешь мне подготовиться к арене. В любом случае ты в выигрыше: либо деньги, либо отыграешься на мне.

Я заметил, как у демона загорелись глаза и дрогнули губы – азарт вспыхнул. Вот только чего он жаждал больше: денег или возможности меня размазать?

– Договорились. Я Донис. – Он шагнул вперед и протянул мне свою лапищу. – Закрепляю сделку рукопожатием.

– Серый. Взаимно, – пожал я его руку, закончив ритуал.