Страница 250 из 323
Глава сорок седьмая
«Когда они вместе „путешествуют“ в те другие места, у меня не возникает желания увязаться за ними. Путешествие звучит как кошмар, а я никогда не любила блевать. И все же… разве нельзя было привезти нам сувенир хоть разок? Хоть один раз? Ну правда.
Как бы круто смотрелась такая штука на каминной полке?»
— Вивиана «Ведьмоход» Арада
Годы спустя Вив будет вспоминать тот уход «Пламени Бури» из подземелья с легкой ностальгией. Конечно, ей доводилось шагать от дверей к линии поля бесчисленное количество раз раньше, но то был ее первый выход в статусе финалиста SCT, ее первый выход в качестве лучшей из лучших, получившей официальное признание. К сожалению, Вив так и не запомнила этот момент таким, каким он, наверное, должен был быть — когда она шагает из темноты в столб ослепительно-белого света, который выделял ее и четырех ее товарищей по отряду, покидавших тени пандуса и выходивших на арену. Даже рев толпы потонул для нее в пучинах небытия — восторженный гул пятидесяти тысяч зрителей, наконец-то узревших то, ради чего они все сюда пришли.
Вив кипела от ярости.
Она гордилась собой, тем мужеством, что ей удалось сохранить в туннеле. Оно слегка померкло, когда Ария заставила ее изрядно испугаться, и от этого эмоционального удара она даже на минуту уткнулась носом в грудь Логана, но в целом, по ее мнению, она держалась молодцом, умудряясь даже отпускать парочку шуточек за счет Кетчера, не говоря уже о том, чтобы то тут, то там вызывать у ребят смех.
Но внутри все пылало огнем.
Как они смели. Как они посмели! Эволюция Шидо и попытка Логана во всем признаться на миг выбили ее из колеи, но теперь, когда приближалась возможность сразиться — возможность выпустить пар — Вив могла лишь снова и снова прокручивать в голове конец «матча» Рея и Арии. Она никогда этого не забудет. Ни за что. До конца своих дней. Замешательство. Тревогу. Чистый, леденящий ужас, когда она смотрела, как эти серые голограммы одна за другой падают из стартового круга в замерзшую воду, приближаясь к Рею, который застрял там неподвижно, словно пустые, бродячие трупы. Ей снова мерещился взмах и падение клинков, она вновь вспоминала, как Логан и Кетчер схватили ее за руки, когда она вскочила со своего места, рванувшись вперед — так, будто она могла что-то сделать, так, будто существовал хоть какой-то способ помочь Валере Дент, которая уже призвала Кестрел и бросилась колотить своими парными клинками по верхнему краю полевой стены.
Как ОНИ посмели!
И от этого становилось лишь во сто крат хуже, что никто, похоже, понятия не имел, кто такие «они»…
Каше — точнее, Ченсери — была права, Вив это понимала. Она слишком нянчилась с Реем, слишком часто обращалась с ним как с хрупкой вещицей, которая разломится от малейшего прикосновения. Это было глупо, да — в конце концов, около часа назад Рей официально превзошел ее по уровню Пользователя, — но ничего поделать с собой она не могла. Год за годом Вив наблюдала за его борьбой, видела, как он сражается не только со своим изувеченным телом, но и с клеймом, предрассудками и насмешками, сопутствовавшими этому. Год за годом она видела, как он принимает все эти удары — как внутренние, так и внешние, — и становится от них лишь сильнее. Вив знала Рея. Лучше кого бы то ни было. И потому она знала: пройдет пара дней, и он просто взвалит случившееся на свои плечи, лишь мрачно усмехнется и скажет, что это, очевидно, была прекрасная возможность подтолкнуть Шидо к новым высотам. Эта мысль приносила одновременно облегчение и тошноту. В конце концов, кто-то же должен злиться.
И хотя Вив не во всем была сильна, в умении злиться она преуспела очень, очень сильно.
По этой причине она не услышала диктора, объявившего выход «Пламени Бури» из пандуса. Она не заметила пульсирующий белый свет разметки командного поля и красный цвет нелепых стартовых кругов для полной шестерки бойцов. Она автоматически двинулась вслед за четырьмя остальными, даже не заметив Вадеме и остальных бойцов «Вайлормейд», которых призвали зеркально отразить их построение на противоположном конце зоны, в шестидесяти метрах через черное поле. Она слышала, как остальные члены «Пламени Бури» переговариваются по внутренней связи, да, и даже выдала какое-то мычание и короткое «ага», чего, судя по всему, хватило, чтобы они думали, будто она слушает, но по правде говоря, Вив отключилась. Далеко-далеко отключилась.
И все же, судя по всему, ее вид не был столь убедительным, как ей казалось, потому что в ее NOED неожиданно звякнуло уведомление.
Вив. Пятнадцать минут. Пожалуйста. Это все, что мне нужно.
Вив моргнула и наконец оглянулась. Лишь тогда она с удивлением осознала, что все пятеро вплотную подошли к краю ринга, причем привычное место Рея автоматически осталось пустым между ней и Арией на правом фланге их построения. Логан, Кетчер и Ченсери бормотали по рации о возможных способах превратить их «ситуацию с нехваткой бойца» в преимущество, но Ария смотрела прямо на нее — очень осмысленно и пристально.
Вив судорожно кивнула. Девушка не отрывала от нее взгляд, вопросительно приподняв бровь.
Вив вздохнула носом, на этот раз сосредоточившись.
Затем она кивнула снова — медленнее и куда более осмысленно.
Я в порядке, попыталась сказать она, и на этот раз Ария, похоже, ей поверила, отвернувшись и снова переведя взгляд через поле на «Вайлормейд».
— Ребята, тишина на канале, — твердо произнесла та. — Энергию я одобряю, но приберегите ее на потом, когда она нам понадобится. Заглядывать слишком далеко вперед — значит заставить самих себя метаться вдвое сильнее, если поле вдруг не подойдет для нашего плана.
Логан и остальные двое тут же умолкли, послушно замеряя ожидание. И как раз вовремя, потому что арбитр — уже паривший над ними на своем белоснежном смотровом диске — шагнул вперед, заговорив в тишину, в ту самую, чье наступление на стадион Вив даже не заметила.
— Бойцы, занять позиции!
Тогда Вив узнала капитана Хинда — одного из офицеров Кеннета, которые находились вместе с ними в больничной палате. Это иррационально взбесило ее, когда она шагнула за линию командного боя в сторону своего стартового круга. Как этот мужик мог после всего увиденного вернуться к своей работе так, будто ничего не произошло? Как он мог стоять там и…?!
— Подождите секунду, народ.