Огонь и песня

— Ты планируешь быть уродом, Рейдон Уорд? — внезапно более тихо спросила Ария. Ее выражение лица застыло, улыбка сменилась чем-то более спокойным, более жаждущим. Она тоже, судя по всему, осознала, как близко они стоят, и не убрала рук с его лица.

— По отношению к тебе? Вряд ли?

— По отношению к другим?

— Только если они этого заслуживают.

Это снова вызвало у нее улыбку, мимолетный проблеск того сияния, которое всегда так завораживало Рея. Это было всё, что его сердце — и воля — могли вынести, потому что в следующее мгновение он на самом деле притянул ее к себе, сократив расстояние между ними быстрым движением, от которого у нее вырвался крошечный, полный неожиданности вздох.

А затем Рей уже целóвал ее, а Ария целóвала его в ответ.

Это вовсе не было той ужасной, неуклюжей штукой, которую он неделями со страхом и волнением перебирал в своей голове. Совсем нет. Было ли это немного скованно, немного неловко? Разумеется. Вдвойне из-за того, что, пока Рей отчетливо осознавал, что понятия не имеет, что делает, Ария, судя по всему, прекрасно ориентировалась в происходящем. После секунды соприкосновения их губ он позволил ей вести, позволил ей вернуть руки с его челюсти себе в волосы, подражая ей и подняв собственные руки к ее талии, а затем к верхней части спины, чтобы прижать ее еще ближе. Они так и замерли, зафиксированные на месте в тишине пустой комнаты, и единственными звуками были далекий шум сирен и еле слышный басовитый пульс музыки, доносившийся с одной из ближайших крыш внизу. Рей подумал, что мог бы остановить время навсегда, зажмурившись, но продолжая видеть перед собой все краски города, чувствуя в своих руках девушку, из-за которой его сердце болело месяцами, прижимая ее так, как у него никогда раньше не было возможности. Всё испарилось. Абсолютно всё. Мир. Турнир. Дырк Риз и его дерьмо. Чересчур любопытные взгляды и шепотки других студентов. Даже Вив и его тревоги по поводу нее.

И когда они отстранились друг от друга — десять секунд и одна вечность спустя, — они так и остались стоять на расстоянии.

— Воу… — выдохнула Ария, и Рей открыл глаза — ее собственные все еще были закрыты, пока она прижималась лбом к его лбу, улыбаясь. — Неплохо, Уорд. Правда, долго же ты раскачивался.

— На дворе двадцать пятый век, Лоран, — ответил он в свою очередь, прикладывая СТОЛЬКО усилий, чтобы не сорваться на писк, глядя на нее даже с такого близкого расстояния. — Кто сказал, что ты не могла взять инициативу на себя?

Ария хихикнула на это, откинув голову назад и наконец открыв глаза, но не выпуская его из объятий. Напротив, она позволила своим рукам повиснуть у него за спиной, опершись локтями о его плечи, явно более чем довольная тем, что продолжает прижиматься к его груди.

— Справедливо, — выдала она, с секунду оглядывая его лицо сверху донизу. — Похоже, это игра на двоих.

— Могу я заявить об этом официально прямо сейчас? — с усмешкой спросил он, радуясь, что относительная темнота пустого ресторана, должно быть, творит чудеса, скрывая румянец на его лице. Он увидел возможность и бросился на нее, не раздумывая.

Ария громко рассмеялась в ответ, настоящим, искренним смехом, склонив голову набок, так что ее рыжие волосы упали ей на плечо.

— Ага. Пожалуй, да, — с улыбкой ответила она.

Рей некоторое время улыбался ей в ответ, с удовольствием любуясь ею, а счастье разливалось по его телу с головы до ног.

Затем, не в силах сдержать себя, он отвел одну руку от ее спины и позвоил себе преувеличенно яростно взмахнуть кулаком за ее спиной. — Есть!

Ария снова рассмеялась, занеся собственные руки, чтобы оттолкнуть его, но он ей не позволил. Они немного поборолись в шутку, оба улыбаясь и ни один не желая отстраняться, пока наконец не замерли: его руки обнимали ее за талию, а ее лежали у него на груди. Ария понаблюдала за ним еще несколько секунд, а затем заговорила:

— Тебе полегчало?

Рей приподнял бровь. — Это серьезный вопрос?

Она кивнула. — Да. Серьезный.

Рей вздохнул. — Тогда да. Полегчало. Очень сильно.

— А тебе бы полегчало, если бы я тебя не поцеловала? — полушутя-полусерьезно поддразнила она.

— Эй, стоп. Разве мы только что не решили, что это я тебя поцеловал?

— Бьюсь об заклад, это семантика.

— Семантика мне в задницу, женщина! Теперь ты просто присваиваешь себе…

— Рей! — прервала его Ария очередным смешком. — Серьезно. Как бы весело это ни было, я притащила тебя сюда не для того, чтобыжиматься у барной стойки. Тебе действительно лучше?

Рей подумывал продолжить шутку, но вовремя остановился. Он позволил своему лицу немного погрустнеть, но полностью стереть трепет этого момента было невозможно.

— Да. Мне полегчало. Спасибо. Я понял, о чем ты говорила. Не знаю, согласен ли я со всем, что ты сказала, но я понял. Прости. Я знаю, что обычно так не хандрю, но, кажется, это давило на меня гораздо дольше, чем я сам осознавал.

— И сегодня все дошло до точки кипения… — добавила Ария, кивнув. — Да. Я могу это понять. Но это не твоя вина, Рей. Правда не твоя. Тебе нужно вбить это себе в голову. И… — она продолжила, снова прерывая его, когда он попытался вставить слово, — …тебе определенно нужно позволить Вив время от времени разбираться со своим дерьмом самостоятельно.

Рей тяжело вздохнул, после чего кивнул, поглаживая большим пальцем спину Арии то вверх, то вниз. — Легче сказать, чем сделать, но да. Ладно. — И все же он поразмыслил над этой мыслью еще немного и не удержался от продолжения. — Ты думаешь, она чувствует себя брошенной? Серьезно? Вив? Вивиана Арада?

— Не знаю. Может быть. — Ария снова обвила руками его шею. — Я бы чувствовала, особенно в такой группе, как наша.

— Но почему?

— Потому. Что. Мы. Все. Не. Такие. Как. Ты. Рей! — с фырканьем произнесла Ария. — У нас нет твоей железной воли. Твоей проклятой уверенности. Если уж на то пошло, странный здесь ты.

Рей поморщился, но кивнул. — Да, ладно уж… И все же… Я просто хочу, чтобы она об этом говорила. Как и обещала попробовать.

— Кто тебе сказал, что нет? — спросила Ария, пристально глядя на него. — У нее есть не только ты, Рей. Больше нет.

Рей тяжело вздохнул, не будучи уверен, испытывает ли он ревность от этой мыслеформы или ему просто нужно признать её в какой-нибудь недовольной форме или манере. — Справедливо. — Он еще раз кивнул, повторяя слова Арии про себя, искренне пытаясь осознать их. — В любом случае, это не моя вина.