Огонь и песня

Долгое время после этого Рей стоял в молчании, наблюдая, как Ария сверлит его взглядом. То, что она говорила, имело абсолютный смысл, конечно — черт, он и сам весь день пытался доказать себе примерно то же самое, пусть и абсолютно безуспешно, — но, как всегда, из ее уст это звучало по-другому. Может быть, дело было в том, что ему просто требовалось услышать это от кого-то еще, а может, ему нужно было, чтобы это сказала именно Ария, он не был уверен, но в любом случае это было… воодушевляюще. Придавало устойчивости. Словно она с безжалостной точностью заделывала трещины в его уверенности и настроении одну за другой. Он чувствовал себя… выше ростом, совершенно неожиданно, и хотя Ария все еще возвышалась над ним почти на девять сантиметров вопреки его Росту, он чувствовал себя с ней наравне, по крайней мере в этот момент.

Это было приятное чувство по многим причинам.

— Ладно, Оби-Ван, — вздохнул он через секунду. — Если ты такая умная, как насчет Вив? Скажешь мне на этот счет что-нибудь мудрое?

Ария окинула его взглядом. — Эм… Пока ты не объяснишь, что значит «О-би-Ван»…

Рей замер, обдумывая вопрос, но через секунду смог лишь пожать плечами. — Понятия не имею, если честно. Слышал пару раз на тренировках, как Дент так называла тех, кто слишком умничает.

— А, — кивнула Ария, судя по всему, удовлетворенная этим ответом. — Дерью пари, это словечко из старого мира, раз уж это Дент. Поосторожнее с такими выражениями, а то люди будут смотреть на тебя странно.

— Смотреть еще страннее, чем сейчас?

Ария усмехнулась, склонив голову набок. — Не думаю, что на тебя смотрят странно. По-моему, люди просто думают, что ты милый, и ничего поделать с собой не могут, пялятся. Как на щенка. Или на очень симпатичную картофелину.

Рей почувствовал, как у него начинают слегка гореть уши от слова «милый», но Ария тут же сбила его с толку, глядя на него с невозмутимым выражением лица.

— Картофелину? Серьезно?

— Это примерно так же нелепо, как принимать проблемы Вив близко к сердцу, не находишь?

Рей вздрогнул. — Ловко, — пробормотал он, мысленно потирая лицо после того, как влетел прямо в эту стену. — Ооочень ловко.

— Хочешь сказать, я не права?

— Сравнивать меня с картофелиной? Да. Я слишком тощий. Сравнивать сравнение меня с картофелиной с тем, что я чувствую вину перед Вив? — Он уставился на нее. — Мне обязательно отвечать?

Ария покачала головой, все еще усмехаясь. — Нет, потому что я права. — Ее улыбка немного померкла. — Рей, ты ходишь так, будто на твоих плечах лежит судьба проклятой вселенной. Хватит. Это пугает и, честно говоря, немного раздражает. Вив должна делать собственный выбор. Мы уже говорили об этом. И кроме того… — Она замялась, внезапно выглядя неуверенной в себе.

— «И кроме того…»? — подтолкнул ее Рей через мгновение, внимательно за ней наблюдая.

Ария помедлила еще немного, а затем, похоже, приняла решение. — И кроме того, — повторила она, — у меня не создается впечатления, что то, что с ней происходит, хоть как-то связано с Грэнтом — или «Логаном»? Я уже ничего не понимаю. Сегодня он поставил меня в тупик, назвав меня «Арией»…

Рея, однако, больше интересовала первая часть ее высказывания.

— Никак не связано с Грэнтом? — переспросил он. — С чем же тогда?

— О, я не знаю, — саркастично произнесла Ария. — Может быть — просто может быть, — с тем фактом, что она проиграла Вадеме? И что она не играла большой роли в событиях Варгеймов? И И ТОГО, что она — единственный член «Песни Огня», у кого до сих пор нет Способности?

Рей был совершенно сбит с толку. — Что? С чего бы ей из-за этого переживать?

Ария закатила глаза. — Рей, не у всех есть твое… упорство. Не у каждого получается выдерживать каждый удар, каждую сломанную кость и оторванную конечность просто так, отмахиваясь. Межрайонные сильно помогли Кэтчеру и Кэшу, а ты, Логан и я уже были впереди планеты всей. Вив — единственная, кто осталась позади и не совершила этот первый по-настоящему большой рывок в команде. Как ей не чувствовать себя немного брошенной?

— Это глупо, — отрезал Рей. — У Вив наверняка отличные шансы одолеть Кэтчера или Кэша, даже несмотря на их Способности. А если бы у нас троих их не было, условия были бы вполне равными.

— Во-первых: чушь собачья. Твое Смещение Типа граничит с бесполезностью в бою, где противник знает, чего ждать, и так будет до тех пор, пока ты не освоишь ментальные команды и бой Сабельного Типа. Во-вторых: ну и что? Какое это имеет отношение к тому, что Вив, возможно, чувствует прямо сейчас? В данный момент — в этот самый момент — она чувствует себя обделенной. Это продлится не вечно — и даже вряд ли долго, но… — Ария снова замолчала, но на этот раз ее не пришлось подталкивать к продолжению. — Рей… ты задумывался о том, что все мы, наверное, рано или поздно почувствуем себя точно так же? Рост Шидо… — она огляделась по сторонам, говоря это, словно инстинктивно выискивая потенциальные шпионские уши, — …он приведет тебя куда выше нас гораздо быстрее, и это не остановится…

Рей, не ожидав такой пронзительной фразы, немного оцепенел.

— Если ты пытаешься заставить меня почувствовать, что я ни в чем не виноват, Ария, то это получается не очень хор…

— Нет, нееет, — со смехом произнесла Ария, и в следующее мгновение она оказалась прямо перед ним, обхватив его лицо обеими руками и чашечкой прижав к его челюстям, словно хотела, чтобы он по-настоящему услышал то, что она хочет сказать. — Я совсем не это имела в виду, и это тоже глупости. Повторяю: ты что, не должен был получить Шидо? Ты что, не должен был встретить всех нас? Подружиться со всеми нами? Моя мысль в том, что чувства других людей — то, что чувствует Риз, то, что чувствует Биггз, то, что чувствует Вив или даже я, — это не твоя забота, Рей. Она никогда не будет твоей заботой. Если только ты сам ее на себя не возьмешь.

— Даже если я буду вести себя как полный урод? — не удержался он, поднимая руки — свои неуклюжие, слегка подрагивающие руки, — чтобы положить их Арии на бедра. Он не притянул ее ближе — у него не хватило на это смелости, — но в этом не было особой необходимости. Она находилась всего в нескольких дюймах от него. Он мог бы почти сосчитать ее веснушки и крапинки разбитой зелени в ее изумрудных глазах, и возможно, попытался бы, если бы неоновые огни живого города внизу не выписывали чудесный танец на одной половине ее лица, пока он в них вглядывался.