Огонь и песня

Глава двадцать девятая

Поражение Вив в утренних дуэлях в субботу на следующий день стало для Рея моментом, когда он наконец сумел перестать скрежетать зубами.

Почти все последние сутки он, на редкость, был самым тихим в команде, хотя, справедливости ради, все они ходили словно оглушенные с тех пор, как Дирк Риса выбил почву у них из-под ног после победы в командном бою над «Серозубом». Настроение их было настолько мрачным, что Кристофер Леннон не только счел нужным перехватить «Песнь Огня» в коридоре отеля после ужина и расспросить, что происходит, но к нему еще присоединилась потрясающая девушка, которая смотрела на них с неподдельным участием, и Вив потом пришлось всем объяснять, что это Кэндис Мейер, подруга Хлыста и его товарищ по индивидуальной квалификации среди третьих курсов. Леннону не стоило большого труда вытянуть из Рея правду — пока Ария, Вив и Кэтчер ворчали рядом с ним, а Грант и Кэш молча таращились на них сзади, — но, к сожалению, обладатель ранга А мог лишь поморщиться и заявить, что верит: «Песнь Огня» устроит адскую драку, как бы все это ни повернулось. В тот момент это не особо помогло — хоть Рей и выдавил из себя бормотание с благодарностью просто из вежливости, — но, оглядываясь назад, он был благодарен Хлысту за то, что тот нашел время напомнить им: победа — это еще не все.

И тем не менее, несмотря на это, Рею потребовалось поражение Вив в четвертьфинале, чтобы наконец выбить себя из черного настроения.

Когда они вступили в уик-энд, произошло несколько вещей. Во-первых, утренние бои начинались на час позже, а периоды дуэлей были удлинены в соответствии с возросшим уровнем конкуренции. После сокращения со ста двадцати восьми бойцов в каждой из двух турнирных сеток всего до восьми по итогам пятничных дуэлей, молниеносные схватки «два боя одновременно», занимавшие утра на главной арене, уступили место одиночным поединкам на северном дуэльном поле. Поскольку на субботнее утро приходилось всего восемь четвертьфинальных матчей, которые сужали каждую сетку до четверки лучших кадетов, каждому бою выделялось предостаточно времени, чтобы продолжаться столько, сколько потребуется, и в итоге это пошло только на пользу.

Некоторые матчи между старшекурсниками — например, дуэль между Анатолием Сидоровым и третьекурсником из Дирмонта, которого он одолел с большим трудом, чтобы завоевать место в четверке сильнейших, — длились более пятнадцати минут, пока лучшие студенты планеты кромсали и рвали друг друга в клочья, пока один из них не уставал настолько, что уже не мог выставлять нормальную защиту.

Вторым крупным изменением стало то, что — как и ожидалось — арена Кеннетов заполнилась до отказа: оттуда, где он стоял, Рей не видел ни единого свободного места. Когда рабочая неделя завершилась и гражданские фанаты SCT, у которых не было возможности прийти в первые дни отборочных, освободились, вход и выход из здания превратились в такую толчею, что офицеры ISCM начали формировать на входах специальные полосы исключительно для бойцов и их сопровождающих, чтобы те могли попасть на арену. В целом это породило новый уровень звенящего волнения по всей площадке, когда делегация Галена прибыла на место: более десяти тысяч новых фанатов турнира взревели с обновленным энтузиазмом, завидев Леннона, Сидорова, Рея или Арию. Рей также подозревал, что эта энергия лишь удвоится на следующее утро, в воскресенье, когда два последних раунда дуэлей пройдут один за другим, определив сначала финалистов от каждой сетки, а затем и чемпиона отборочных.

И все же Рей не был способен насладиться и мгновением этого действа. Его настроение было настолько скверным, что Ария — чье собственное тихое кипение лишь усилилось, когда они обнаружили, что в четвертьфинале тем же утром ей предстоит встретиться с Кэтчером, — открыто взяла его за руку обеими своими ладонями, пока они сидели в институтом секторе трибун, разминая ему ладонь и пальцы в попытке заставить его расслабиться и пытаясь завести разговор на любую тему, кроме предстоящего дня.

Рей не стал отнимать руку — какой безумец бы на это решился? — но у него точно так же не хватило самообладания поддержать ее на половине пути к диалогу, и он не произносил ничего длиннее «Ага» и «Ты, наверное, права», пока не поднялся, чтобы отправиться вниз на собственный бой. В тот момент он также извинился за то, что вел себя как задница, и пообещал искупить вину, как только они вернутся в школу.

Его гнев подпитывал бой — до такой степени, что Рей едва не почувствовал угрызения совести, когда превратил своего соперника из топ-восьмерки (кавэ-пятую Саблю по имени Эшли Вонг, одну из всего лишь двух четвертьфиналистов не из Галена) в фарш меньше чем за минуту. Торопясь покончить с матчем, едва они сошлись на вариации «Закатный пляж», он сымитировал атаку в лицо девушке, а когда та подняла меч, чтобы защитить голову, заехал ей снизу песком в глаза. После этого она проделала поистине восхитительную работу, удерживая его на расстоянии, несмотря на полуслепоту, но статус бойца двуручного типа «Сабля» мешал ей очистить зрение, и Рей забрал победу, когда в конце концов зашел ей за спину, выбил из-под девушки опорную ногу и вогнал когти Шидо ей в затылок, пока она падала с криком.

Он вернулся в сектор Галена под рев одобрения от большинства старшекурсников и лишь под тихие похвалы от первокурсников.

Во многом потому, что ни единый представитель «Валормайда» или «Красной Короны» почему-то не был способен смотреть Рею в глаза.

Немного помогло то, что Ария снова молча взяла его за руку, стоило ему сесть, — судя по всему, ее ничуть не смущало его настроение, — и прошло с минуту или около того, прежде чем Рей пришел к выводу, что она, пожалуй, держится за него в равной степени ради того, чтобы успокоиться самой, и ради попытки помочь ему.

Из первокурсников следующим шел Грант, которому предстояло сойтись с единственным оставшимся в сетке бойцом не из Галена — дуэлистом из самих Кеннетов по имени Фред Винн. Этот матч оказался еще короче дуэли Рея: Грант застал Винна врасплох примерно на десятой секунде боя, активировав Разгон раньше времени, причем с сокрушительным эффектом. Как только Способность Моулера задействовалась, дуэлист в первый же удар лишился руки и не смог среагировать достаточно быстро под воздействием шока от раны. Следом отлетела его левая нога, затем большая часть верхней части туловища от мощного двуручного взмаха, и Грант был официально объявлен одним из четырех сильнейших.

А час спустя наступила очередь Вив.