Огонь и песня

Грант понял намек.

Красный визетриум сверкнул, когда молот Биггза рухнул в овраг, сброшенный с края утеса прямо перед этим, точно так же, как и его Пользователь.

Рей даже не стал пытаться поймать эту штуку. Он был научен горьким опытом. Была веская причина, по которой Громилы в особенности оказывались в невыгодном положении, лишаясь в бою руки или кисти. Конечно же, молот полетел бойком вперед и продемонстрировал свою невероятную тяжесть, рухнув в ручей с небольшим взрывом льда и воды. Рей вскинул руку и вовремя отвернулся, чтобы избежать худшего, но его все равно окатило с ног до головы, и когда он оглянулся, торчало лишь древко гигантского оружия, высившись посреди потока словно алый маяк.

Направляясь к нему, Рей снова заговорил.

— Смена типа: Режим сабли.

Шидо вспыхнул в ответ, короткие искры белой статики заплясали по его рукам и ногам, по мере того как Устройство преображалось. К тому моменту, когда он поравнялся с молотом, броня Рея стала толще и менее обтекаемой, а однолезвийный меч в его правой руке дополняли когти на пальцах левой.

Он был рад, что совершил это превращение, поскольку в итоге ему пришлось воткнуть меч в каменистое дно ручья, чтобы взять оружие Громилы обеими руками, прежде чем он смог вытащить его из воды.

Затем, совершив рывок и вложив в движение каждую унцию существенного прироста Силы, дарованного Сменой типа, он из последних сил перебросил молот в сторону того места, где Биггз наконец снова обрел опору под ногами.

Оружие снова ударило о воду, но брызг и осколков льда на сей раз было меньше, они едва долетели до груди мэстонского парня. Тем не менее, это застало его врасплох: он отпрыгнул назад, когда оружие вернулось к нему, а затем несколько секунд тупо пялился на него, явно ничего не понимая.

— Подними его, — наконец пояснил ему Рей, сам дотягиваясь до рукояти и выдергивая меч Шидо из дна ручья. — Ты хотел «честного» боя. Теперь он у тебя есть.

Биггз обрел дар речи, одновременно сделав два резких, дерганых шага вперед, чтобы схватить молот. К его чести, он поднял его гораздо проще, чем Рей, что говорило о весьма перекошенном в сторону Силы показателе.

— Боя? Чего?

— Доказательств того, что я тут «просто так для мебели». А чего еще?

И тогда Рей рванул вперед, прорываясь сквозь остатки льда между ними, ведя за собой когтистую руку, в то время как клинок был отведен назад в полной готовности.

Ни при каких других обстоятельствах Рей бы не рискнул начинать схватку в Режиме сабли. Он недостаточно тренировался с этой формой, чтобы использовать ее для чего-то иного, кроме как внезапной атаки или сбивающей с толку смены темпа посреди обмена ударами. Однако в тот момент все сложилось так, что риск был не просто возможен, но и предпочтителен. Во-первых, Ария и остальные члены команды стояли наготове наверху, так что даже в том прискорбном случае, если бы он действительно проиграл, это оказало бы ничтожное влияние на неизбежную победу «Песни Бури».

Во-вторых, ему требовалось показательно наказать Дэниела Биггза.

За то мгновение, что потребовалось ему на сокращение дистанции, Рей задействовал свою нейролинейную сеть по максимуму. Пониженная Когнитивность Режима сабли заставляла его мысли казаться заторможенными по сравнению с умственными способностями в форме Бойца, однако она отлично справлялась со своей главной задачей, а тысячи часов тренировок и учебы делали все остальное. Биггз находился слишком близко к левой стене и был правшой. Он не смог бы размахнуться тяжелым молотом по горизонтали. К тому же он стоял у задней стены — да, но сделать шаг вперед было куда проще, чем шаг в сторону, когда в руках такое неповоротливое оружие. Поскольку Рей шел на него в лобовую атаку, у кадета из Мэстона оставался лишь один вариант.

И потому, как и ожидалось, Биггз зарычал, бросаясь навстречу Рею: молот взмыл вверх и обрушился ревущей вертикальной дугой.

Все закончилось в мгновение ока.

Выверенными, размеренными движениями Рей в последний момент отшагнул в сторону, ускользая из зоны удара оружия. Он развернулся во время его падения, направляя инерцию своего рывка в собственный нисходящий удар. Обшитый визетриумом клинок Шидо опустился как раз позади верхней части древка молота, и пока оружие Громилы грохотало о ручей, намертво застревая в камнях под водой, лезвие меча рассекло тончайшую часть Устройства Биггза, отделив рукоять от бойка. Однако Рей вовсе не закончил: он отвел клинок назад, даже когда противник начал отшатываться в шоке, и продолжил круговое движение, обходя Громилу кругом.

Два оборота. Четыре чистых, секущих удара. Меньше одной секунды.

И все это с той расчетливой грацией, которую, как хотел Рей, каждый зритель вырезал бы в своей памяти на этот момент — чтобы вспоминать всякий раз, когда им вздумается снова пренебречь его ростом, телосложением или шрамами.

В конце концов Рей остался стоять позади Биггза, спиной к парню, а меч Шидо был отведен в сторону, завершая дугу его последнего удара и рассекая водяную гладь ручья. Громила не издал ни звука, падая, когда его обмякшее тело рухнуло в воду. Да и как он мог? Первый удар сломал его молот. Второй и третий лишили его руки и ноги соответственно.

А четвертый аккуратно перерезал шею, отделив мозг от тела.

— Все бойцы Красной команды «Кладбище» выбыли, — объявила Арена после секундного молчания. — Победитель: Синяя команда «Песня Бури».

Почти сразу же звуки стадиона вернулись оглушающим потоком, поскольку зона начала блекнуть, а Рей стал опускаться вниз. Позади него, как он знал, Биггз и остальные участники «Песни Бури» тоже будут спускаться, медленно пролетая сквозь исчезающий снег и замерзшую землю. Впрочем, он не стал оборачиваться ни на кого из них.

Вместо этого он просто поднял руку, улыбнулся и позволил себе на мгновение помахать ревущей толпе, которой, как он знал, только что продемонстрировал зрелище, достойное их похвалы.