Огонь и песня

— Довольно лихой у тебя подход, Ария… — произнес Кэтчер, но голос его не звучал испуганно. Более того, Рею показалось, что он даже слегка впечатлен.

— Скорее всего, они держатся вместе, но если нет, то излишнее скопление сил в кучу повышает риск для нас оказаться окруженными и выбитыми партизанским методом, в зависимости от особенностей поля. Однако если они разделятся и мы разделимся, ты, Кеш и я сможем крепко держать оборону в ожидании подкрепления; Рей и Вив справятся со всем, что на них обрушится, и достаточно быстры, чтобы за секунды оказаться в любой точке поля, а Грант, пожалуй, сможет уложить большинство тех, с кем столкнется, прежде чем сам падет.

— Почему я единственный, кто в этом плане точно умирает? — проворчал Грант по рации, и Рей едва не прыснул со смеху.

— Ты падешь героем, не переживай, — хихикнув, ответила Молотобойцу Вив. — Твою жертву запомнят, и мы позаботимся о том, чтобы барды слагали о тебе хвалебные песни еще долгие века.

Это вызвало смешок у всех, даже у Ария не стала призывать их к порядку, судя по всему, сочтя стратегию достаточно надежной, чтобы оставить все как есть. Рей был вынужден согласиться с Кэтчером: план оказался немного рискованнее, чем любой из них мог ожидать от нее, но при этом он был хорош. Против более слабой команды главное — не позволить им получить хоть малейшее преимущество, и если выбранное ареной поле предоставляло хоть какое-то укрытие, «партизанский» бой являлся вполне резонным фактором, который стоило учесть. Команды тоже были разделены с умом: Рей и Вив могли отступить обратно к «основной» группе Арии, Кэтчера и Кеша, если столкнутся с неприятностями — например, если наткнутся на всю шестерку «Кладбища костей», совершающую неожиданный обход по полю. Грант же, действую в одиночку, не обладал бы необходимой скоростью для перегруппировки и потому в подобной ситуации, скорее всего, пал бы, однако — особенно с «Разгоном» в загашнике — это далось бы ценой жесточайшего боя. Он прихватил бы с собой парочку противников — как минимум, пожалуй, — что привело бы не только к сохранению или улучшению численного баланса, но и к тому, что выжившие члены «Песни Огня» заняли бы позицию команды «Кладбища костей» еще до того, как он сам получит отметку FDA.

Да. План был хорош.

Поэтому, когда прямо за южным краем поля проявился белый световой диск, привлекая всеобщее внимание, Рей загорелся желанием поскорее начать бой.

Коренастая женщина с длинными серебристо-зелеными волосами шагала из коридора, из которого появились Биггз и его команда, облаченная в черно-золотую форму. Добравшись до диска, она ступила на него, а затем прошла к центру и встала вольно. Серо-голубые глаза окинули «Песнь Огня» и «Кладбище костей» по очереди, внимательно изучая их, и на секунду Рей задумался, с чем связана задержка.

Затем женщина заговорила, и ее голос транслировался через их рации исключительно для них двоих и остальных членов команд:

— Первокурсники, я первый лейтенант Сандра Нилсон, ваш полевой судья. Поскольку это ваш официальный матч КМТ, мне разрешено предоставить вашим командам возможность озвучить любые вопросы касательно предстоящей процедуры. Кадет Биггз… — она повернулась к команде Мастона первой, — требует ли «Кладбище костей» каких-либо разъяснений перед началом?

Напротив них Рей заметил, как Биггз замялся, прежде чем оглянуться на остальных. Когда по обе стороны от него пять голов отрицательно качнулись в ответ, парень снова посмотрел на Нилсон.

— Никак нет, мэм! — четко ответил он. — Готовы к бою!

Первый лейтенант кивнула, а затем повернулась к Рею и остальным: — «Песнь Огня». Есть вопросы?

Ответ Арии последовал незамедлительно и предсказуемо, без малейшей паузы на то, чтобы посмотреть на кого-либо из них для уверенности.

Она знала свою команду точно так же, как знала, сколько времени они потратили на подготовку к этому самому моменту.

— Никак нет, мэм!

Рею показалось, что он уловил намек на знающую ухмылку, когда Нилсон снова кивнула.

Затем мелькнула вспышка активировавшегося NOED, и женщина начала быстро подниматься вверх, а ее слова внезапно стали громче, когда арена в целом тоже подхватила их трансляцию.

— Бойцы, занять позиции.

Хотя физических изменений на поле пока не произошло, Рей почувствовал покалывание в руках, когда пересек линию зоны командной битвы единым шагом, двигаясь вместе с остальными, чтобы занять каждый свой из шести красных кругов, появившихся по словам офицера в четырех с половиной метрах впереди. Устроившись на месте в полной готовности, Рей наблюдал, как «Кладбище костей» проделывает то же самое: отряд Биггза — как и «Песнь Огня» — не стал перестраиваться, несмотря на предоставленную для этого краткую возможность. Менять формацию при вызове команды на позиции в принципе разрешалось, но на практике так делали редко. Элитные отряды профессиональной лиги КМТ могли среагировать на подобную рокировку за считанные доли секунды, поэтому никто с этим не заморачивался, и в итоге подобное поведение перекочевало в разряд чего-то сродни насмешкам над противником прямо во время боя: разрешено, но порицается.

— Данное событие является официальной командной битвой, — первый лейтенант находилась теперь высоко над ними, ее наблюдательный диск поднялся футов на шесть с лишним над головами каждого. — А следовательно, оно подчиняется строгим регламентам. Как только поле сформируется, вам будет отдан приказ приготовиться, а затем — вступить в бой. Преждевременная манифестация Устройства повлечет за собой штраф. Преждевременное сближение, атака или тому подобное со стороны любого бойца отряда приведут к поражению в матче. Это понятно?

Рей услышал, как слева от него простонал Кэтчер, и понял его раздражение. За время внутришкольного турнира майор Риз — наблюдавший за ходом состязаний от начала и до конца — заставлял первокурсников произносить полную версию предбоевой клятвы вместо традиционной сокращенной, причем заставлял исключительно первокурсников. Клятва Нилсон слегка отличалась — в конце концов, шел официальный матч командной битвы, а не рядовая квалификационная дуэль, — но она была столь же утомительной.

Что ж, похоже, мы все еще новички, даже здесь, — признался себе Рей, бросив взгляд вбок и заметив, что матч второго года на северном поле уже вовсю шел на ночной вариации «Речного берега».