Огонь и песня

Если первый вопрос, очевидно, ожидался, то второй, как Рей заметил по слегка приоткрытому рту Гранта, напротив, застал Молота врасплох. На самом деле они еще несколько долгих секунд стояли там, снова одни в коридоре, нарушая тишину лишь приглушенными голосами и смехом, доносившимся сквозь стены из умного стекла.

Наконец Грант выдавил из себя ответ:

— Ты… ты бы хотел… узнать? — Его голос звучал так, будто он был совершенно озадачен. — Со временем?

Рей приподнял бровь:

— Я бы хотел «узнать» прямо сейчас, дружище. Но это явно не вариант. Так что да. Со временем.

Очевидное замешательство Гранта от этого только усилилось.

— Но… почему?

Рей фыркнул, решив, что пора откланяться. Повернувшись к Молоту спиной, он снова направился к их с Кэтчером комнате.

И все же, шагая по коридору, он бросил через плечо:

— Не знаю, станем ли мы с тобой когда-нибудь «друзьями», Грант, но мы — напарники. И, судя по тому, к чему все идет, судя по всему, будем ими до конца учебы в Галене. А это значит, что теперь ты для меня важен, даже если бы я предпочел обратное. — Рей добрался до двери комнаты, затерявшейся среди черно-зелено-лиловых дисплеев на стене футов в полусотне отсюда. Положив руку на ручку, он оглянулся на Гранта. — Если тебя что-то так сильно гложет, мы все должны знать. Со временем. — Он помедлил мгновение и добавил: — Не только Вив.

С этими словами Рей открыл дверь и шагнул внутрь, не говоря «спокойной ночи» и оставив Гранта стоять в молчаливом оцепенении.

Спалось ему в ту ночь хорошо, пусть и немного тревожно, да и то лишь потому, что Кэтчер почти всю ночь ворочался на второй кровати в комнате и ворчал во сне: «Нет… Ребя-ята… Хватит в меня кидаться… Я посреди боя…». Когда в шесть ноль-ноль пришел майор Риз, чтобы разбудить их — снова без стука распахнув дверь и рявкнув на всю комнату, что завтрак через полчаса, — Рей уже какое-то время не спал, уставившись в потолок, хмурясь и вспоминая разговор с Грантом. То, как Кэтчер в ответ на крик майора просто медленно присел на постели, наводило на мысль, что Сейбер тоже долго лежал без сна, и когда они стали одеваться, Рей с беспокойством заметил, что парня снова подташнивает, возможно, даже сильнее, чем накануне утром, когда они покидали Гален. Как ни забавно, поход в обеденный зал на завтрак на сей раз принес облегчение: стоило Кэтчеру заметить, что половина кадетов из других школ зеленее его самого — да и среди ребят из Галена таких нашлось немало, — как он, кажется, воспрянул духом.

Завтрак все проглотили быстро; непринужденно болтать, судя по всему, получалось лишь у отрядов третьекурсников, для которых подобное давление было делом привычным. Для первокурсников это был первый настоящий Турнир звена и колледжа, да и второкурсникам, пожалуй, приходилось еще тяжелее теперь, когда они пробились в основную сетку соревнований и впервые за всю свою студенческую карьеру получили реальный шанс побороться за мировой кубок и выйти на международный уровень. Впрочем, стоило кадетам начать передавать подносы уборочным ботам, как в их кругу появилась Валера Дент. Она одарила всех улыбкой, стараясь заглянуть в глаза тем, кто выглядел наиболее нервным.

— Вы справитесь, — просто произнесла она. — Все вы. У меня нет ни малейших сомнений в том, что вам это по силам.

После этого — оставив эти слова воодушевить их всех — она изложила расписание на оставшуюся часть дня, включая планы переезда и график поединков.

Как выяснилось, участники «Песни огня» не зря подозревали, что бои последнего шанса пройдут утром, равно как и догадывались, что командные и многокомандные форматы начнутся после полудня. Меньше чем через полчаса после окончания завтрака все они уже спустились в вестибюль отеля в повседневной форме, поджидая флаер, который должен был доставить их от «Шеварона» в Академию Кеннета, а Кэтчер и Грант тем временем получили уведомления о своих утренних противниках. У первого первый матч стоял почти в самом начале, в девять пятнадцать, в то время как второе выступление намечалось значительно позже, в одиннадцать тридцать. Ария выдвинула теорию, что Кэтчер получил более низкий номер посева в явно неравномерных турнирных сетках, и небольшой поиск, предпринятый Реем и Кэшем на публичных новостных сайтах ТЗК, в конце концов вывел их на схему турнира, которая это подтверждала. Если Кэтчер хотел отобраться в основную дуэльную категорию, ему предстояло одолеть трех противников за утреннее время, тогда как расписание Гранта требовало всего одной победы.

По иронии судьбы, это обстоятельство успокоило нервы Кэтчера сильнее всего остального.

— Отлично, — бросил он. — Они меня недооценивают.

Рей хлопнул его по спине как раз в тот момент, когда Самсус объявил на весь зал о прибытии флаера:

— Еще как недооценивают, приятель. И ты докажешь им, как сильно они ошибались.

— Очень сильно ошибались, — почти одновременно вторили Ария, Вив и Кэш, вызвав смешок у Сейбера и даже фырканье у Гранта.

Хотя папарацци у выхода из отеля крутилось ничуть не меньше, чем накануне днем, сопровождающие явно извлекли урок из прошлой встречи. После того как тот же самый крупный флаер, доставивший их от орбитальной станции к отелю, снова опустился на землю, Дент и Риз зашагали во главе галеновских кадетов, а Такеши и Самсус прикрывали колонну по бокам. Крики и вспышки камер по-прежнему били в глаза со всей силецией, это правда, но от присутствия Дент — в особенности от ее присутствия — сплетники с новостных каналов словно держались на расстоянии, так что на сей раз они сохраняли дистанцию между собой и студентами. Все еще доносились выкрики: «Епископ!», «Плеть! Сидоров! Сюда!» или «Это Лоран и Принц!», но в целом на то, чтобы вся масса из девяти отрядов и остальных дуэлянтов-отборочников погрузилась во флаер, ушло вдвое меньше времени, чем накануне ушло у одной лишь «Песни огня» и остальных первокурсников на заселение в отель, так что Рей жаловаться не стал. Вместо этого он то и дело переводил взгляд на затылок Дент, когда удавалось разглядеть ее сквозь фигуры кадетов из команд Ленона и Сидорова, шагавших впереди, и в груди шевельнулось знакомое чувство жадного желания.