Огонь и песня

Эмблема Фаланги была представлена первой, что могло бы показаться странным выбором, если бы не служило основой общего дизайна всех символов. Приняв форму единого великого, изогнутого щита с заостренным низом и крылатыми верхними краями, она была искусно выдолблена и дополнена рассекающим разрезом посередине. Это разделение тоже имело значение, поскольку именно из этого пустого пространства другие эмблемы черпали свою индивидуальность: каждая из них сохраняла общую форму щита для визуального единообразия, но в остальном отличалась в деталях.

Эмблема типа «Сабля» была простой: на ней был изображен меч, проходящий параллельно вдоль всей длины щита. Тип «Лансер» выглядел практически так же, но с копьем, в то время как у «Крушителя» красовался массивный двуручный топор. «Дуэлянт» и «Боец» выглядели немного иначе, но выдерживались в той же тематике: у первого поверх соответствующего силуэта располагалась пара скрещенных коротких мечей, а у второго был изображен сжатый кулак, которому удавалось оставаться симметричным благодаря тому, что большой палец руки прятался за контуром пальцев и костяшек.

И наконец, завершала картину эмблема А-типа.

По сути, она была спроектирована в том же ключе, что и остальные шесть, но внутри формы не было обнаружено никакого оружия — ни намека на клинок или другую многообещающую форму на фоне щита. Вместо этого в черном цвете был вырезан сложный узор, сосредоточенный вокруг заостренной формы в центре, которая намекала на букву «А», но не заявляла о ней напрямую. Она была иной, чуждой для остальных и в то же время неразрывно связанной с концепцией символов других типов.

Для Рея она была идеальна.

— Всем всё нравится? Отлично! — Дент милостиво дала им почти минуту на то, чтобы поглазеть на новые знаки различия, явно понимая, что некоторая свобода для проявления восторга вполне уместна. — Как вы, надеюсь, можете заметить, эти эмблемы разработаны так, чтобы отражать ваш тип КАЗ. На Арене Зональных они будут автоматически отображаться на вашей форме в поле зрения белым цветом, вот здесь. — Она указала на внешнюю сторону своего правого плеча, на черную ткань под золотой окантовкой кистей. — Главная идея в том, чтобы дать зрителям и наблюдателям повод для новых эмоций, пусть даже в мелочах, но те из нас, кто находится на передовой, также надеются, что это послужит поводом завязать разговор между отдельными бойцами, командами и школами. Я знаю, что это соревнование, но в конце концов все вы — курсанты МСК, и всё, что напоминает вам об этом, я считаю правильным.

Однако в ее выражении явно читалось нечто забавное: женщина, продолжая говорить, судя по всему, прятала улыбку.

— С другой стороны, второе изменение склоняется в противоположном направлении, так что, надеюсь, у вас не возникнет соблазнов назвать меня лицемеркой.

Рей приподнял бровь, наконец оторвав взгляд от медленно вращающейся эмблемы А-типа, чтобы полностью сосредоточиться на капитане.

Она не заставила пожалеть об этом.

— Начиная с этого года зарегистрированным отрядам МСК разрешается иметь командные имена.

На мгновение воцарилась звенящая тишина — едва ли дольше секунды-двух. Казалось, даже двигатели утихли, пока все осознавали то, что только что сообщил им епископ.

Затем вибрирующая аура нервной энергии треснула и выплеснулась через край, взорвавшись среди собравшихся курсантов подобно прорванной плотине. Даже третьекурсники — обычно самые сдержанные из всех классов — внезапно закричали, и по меньшей мере дюжина восторженных студентов вскочила на ноги.

— Имена?? Она сказала, что у нас будут имена??

— О да, черт побери!

— Нам разрешат их выбирать?! Кто их дает?

Рей до того искусился присоединиться ко всем и повернулся, чтобы поделиться с открытым от восторга ртом Кэтчером по другую сторону прохода, что даже обрадовался, когда Вив тихонько окликнула его сзади:

— Э-э… Чего это все с ума сходят?

Рей чуть не рассмеялся в голос.

— Вив! — воскликнул он, поворачиваясь к ней. — Это имя! Настоящее имя!

Вив, однако, оставалась в недоумении: — И?..

— И это то, по чему людей будут узнавать! За чем будут следить!

Она покачала головой, по-прежнему ничего не понимая. В последнее время Вив проявляла куда больше энтузиазма к деталям МСК — Школьные Игры и дуэлянты, которых она там увидела, широко открыли ей глаза, — но догонять таких, как Рей и Кэтчер, ей было еще далеко.

И, судя по всему, Гранта.

— Вы же получаете имена на Арене, верно?

Рей даже испытал некоторое облегчение, когда задать вопрос решил Крушитель, хмуро глядя на Вив. Если кто-то и мог заставить ее понять…

— Разумеется, — ответила она, поворачиваясь к нему. — Вроде «Прорывателя»? Или «Бича»?

Грант кивнул: — Ага. Даже когда Уорда называют «Железным Принцем», хотя это в меньшей степени. Просто это еще официально не подтверждено. Это вроде… титула. Того, что легитимизирует Пользователя на аренах. Делает их больше супергероями, чем обычными людьми, я полагаю?

— Да, я знаю это… — произнесла Вив, широко распахнув глаза.

— Вроде того, — просто ответил Грант. — А для студенческого уровня это огромное дело.

— Чертовски большое дело, — тут же согласился Рей, яростно кивая и будучи доволен этим резюме. Он мог простить Гранту даже неприятное напоминание о своем собственном неофициальном прозвище. — Люди просили командные имена уже очень давно. В общем-то… с самого зарождения МСК, можно сказать.

Выражение лица Вив стало еще более удивленным:

— И они дошли до этого только сейчас?

— Им, наверное, приходится поддерживать свежесть формата, — впервые подала голос сидевшая рядом с Кэтчером Кэш, и Рей снова повернулся, обнаружив, что девушка продолжает рассматривать в поле зрения их новые эмблемы. — А привязка имен к локациям всегда работала безотказно. Школа, планета, система и так далее, — она пожала плечами, по-прежнему не оборачиваясь. — Впрочем, жаловаться я не собираюсь.

— Ого-о… — пробормотала Вив, внезапно зазвучав куда более воодушевленно по мере того, как общая атмосфера всеобщего энтузиазма наконец захватила и ее. — Так нам достанется имя? Мы его просто сами выберем или?..

Однако в ту же секунду громовой голос майора Риса заглушил болтовню курсантов.

— ТИШИНА! — взревел мужчина, поднимаясь с сиденья в конце вагона. Звуки мгновенно стикли, с полсотни лиц побелели до цвета бумаги, когда до всех дошло, насколько грубо многие из них только что нарушили протокол.