Страница 54 из 73
Вот оно что. Неприятный путь: без роста питомца останавливается и практик. У меня в Системе питомцы тоже занимали слоты, но моё развитие к счастью напрямую от них не зависело.
— Поэтому вы и полезли в Провал?
— Да. В крови Арники есть что-то очень древнее и, судя по следам, демоническое. Обычный земной зверь на её месте давно бы вырос, а она упёрлась в глухой предел. Мне нужен был способ усилить именно зверя с демоническими корнями, а искать его имело смысл только там, где демоны сами живут.
— Вы бывали у Красных? — я даже отложил ложку.
— Да, у них есть свои Лорды, а у Лордов есть питомцы. Я видела тварей с пятью хвостами и слышала о семихвостых. Значит, способ растить и усиливать такую кровь существует. Только знаниями Красные не делятся. Меня чуть не убили в первый же месяц, и если бы народ Тэй’лы не спас меня, мы бы с тобой сейчас не завтракали.
— А дальше?
— А дальше я выживала, — Верена пожала плечами. — Удерживать Пустоту внутри тела за все эти годы я так и не научилась — людям она вообще даётся плохо. Эффект твоей еды позволяет ненадолго её почувствовать, не больше. Зато освоить и научиться использовать местные артефакты мне оказалось под силу. Я доработала круги речи и укрепила проходы. За это меня приняли. А способ развития для моей девочки я так и не нашла.
Я посмотрел на неё по-новому. Учёная без боевых техник спустилась в дыру, которая убивает практиков до четвёртой ступени, выжила после столкновения с демонами и за эти годы превратилась из подозрительной чужачки в человека, которому Круг местных старейшин выписывает разрешения на общение с подозрительным чужаком по первой просьбе. И всё это ради кошки, которая осталась где-то наверху. Упрямства в этой женщине было больше, чем во всей моей старой кухонной бригаде.
Она посмотрела на Рида, который свернулся на лавке и укрыл нос хвостом.
— Знаешь, чего я боюсь, Ив? Сейчас мы все заперты, и это даже удобно, торопиться некуда. Но если путь наверх однажды откроется, и я вернусь к ней с пустыми руками. Постаревшая хозяйка без ответов о пути к небу… Получится все эти годы прошли зря…
Я молчал, невольно подумав о том, сколько же лет мне самому потребуется, чтобы выбраться отсюда.
Загадывать об этом было рано. Сначала нужно наладить жизнь в этом Гроте.
Я сгрёб пустые тарелки со стола, нарочито громко звякнув глиной, сбивая затянувшуюся меланхолию, и поднялся.
— Значит, найдём способ, — я бросил небрежно, но с той спокойной уверенностью, которая должна приободрить учёную. — Двенадцать лет вы держались на чистом упрямстве, даже не зная, как там наверху живёт ваша кошка. Теперь знаете наверняка, а с родословной. Рида тоже нужно усилить, так что поиск возможности стать сильнее, можно сказать наша общая цель.
Верена медленно запрокинула голову, смерив меня долгим, изучающим взглядом поверх съехавшей на кончик носа оправы. В уголках её губ наконец дрогнула слабая, но живая улыбка.
— А ты странный практик, Ив Винтерскай, — она покачала головой, с хрустом потягиваясь в плечах. — Сначала от пуза кормишь, потом возвращаешь смысл жизни. В приличном обществе принято хотя бы соблюдать обратный порядок.
— Сытый ум соображает куда лучше, — отозвался я, унося посуду за стойку.
Возня у каменной раковины заняла от силы минут пять: Верена встала рядом, споласкивая чашки холодной водой из жилы гриба, и стоило нам обтереть руки холщовым полотенцем, как учёная деловито уперла кулаки в бока. Прежняя растерянность слетела без следа — в глазах снова зажегся привычный азарт исследователя.
— Так, план меняется. Тэй’ла твоих оболтусов раньше девяти всё равно не притащит — я ещё вчера у неё графики выпытывала. Хватит протирать штаны, ноги в руки и за мной. Проведу тебя по местному рынку, объясню расклады и ценники. Тебе же здесь кухню поднимать, а ты даже не знаешь, местных цен и порядков.
Я оперся бедром о край стойки и скептически приподнял бровь:
— Предложение шикарное. Одна загвоздка: без личного конвоя Тэй’лы мне носа за порог показывать нельзя. Строгое условие почтенного Круга.
— Уже можно, — Верена подняла палец. — То самое разрешение, про которое я тебе с порога кричала. Оно действует не только на дом, но и на сопровождение тебя в общественных местах, так что прогулка по рынку и лавкам нам с тобой разрешена.
Быстро она.
Верена убрала в футляр свиток с линзой. Я прикрыл за нами дверь, и мы вышли на людную улицу.
На рыночной площади уже толпился народ. Светящиеся грибы и растения разгорелись ярче, а между ярусами скользили листья с седоками. Меховые жители уже шли к торговой площади. На нас оборачивался каждый второй. Точнее, оборачивались на Рида: кот шёл между нами, задрав хвост, прохожие уступали ему дорогу, а дети замирали и провожали круглыми глазами. Для местных он был диковинкой из верхнего мира. Подойти и потрогать не решился никто, и Рида такой расклад устраивал полностью. Я едва сдерживал улыбку.
Рынок начинался с тех же рядов, что вчера, но теперь меня интересовали цены, сырьё, спрос и местные деньги.
С продавцами я общался сам, короткими посылами духовной речи. Местные отвечали импульсами пустоты, но их понимание мне давалось всё лучше. Верена лишь поясняла незнакомые названия и обычаи.
Я почти сразу застрял у лотка, заваленного тонкими костяными пластинами с вязью знаков.
— Техники культивации? — переспросил я.
— Пособия по работе с Пустотой, — кивнула Верена. — Вот эти, начальные, по сто жетонов. Дальше дороже.
Я взял верхнюю пластину и повернул к свету. Знаки шли один под другим, рядом тянулись поясняющие схемы. На верхней мохнатая фигурка держала над ладонью серый сгусток, ниже тот же сгусток растекался и собирался заново.
Даже без местной грамоты общий порядок упражнений по схемам был в целом понятен: собрать уже удерживаемую Пустоту, придать ей форму, не дать расползтись. Но пособие не объясняло, как принять её впервые и сделать частью себя. Для этого, видимо, нужны были какие-то особенные техники и знания. Зато после первых шагов любой местный мог заниматься культивацией без наставника — чем на круглой площадке за рынком, судя по вчерашнему, полгорода и занималось.
В верхнем мире техники запирали в библиотеках сект за семью печатями и допусками, из-за них травили ядами и резали глотки. А здесь начальное пособие лежало на рынке между квашеными грибами и пряжей. Когда из красного зева лезут демоны, Гроту выгодно обучить каждого, кто уже способен держать Пустоту. От этого напрямую зависела оборона поселения.