Страница 121 из 128
[Реггетон – музыкальный стиль и танец, возникший в конце 1990-х годов в Пуэрто-Рико. Сформировался под влиянием регги, дэнсхолла и хип-хопа. Получил широкое распространение в латиноамериканских странах.]
из соседнего бара Исмаэль, правоверный католик, который большую часть жизни избегал алкоголя, сетовал на уровень алкоголизма в общине и упадок культуры коренных народов, которую он помнил с юности. И вот теперь его старшего сына Германа, который боролся за изменения и применял полученное в Боготе образование для борьбы за права коренных народов, не стало.
Мы добрались до Пуэрто-Сабало и нашли малоку, в которой жили Магдалена с детьми, заброшенной. Стены из гофрированного железа оторвали и унесли; представить, что здесь когда-то жила семья, оказалось не просто. Однако чагра Магдалены процветала, густо заросшая маниоком. Уильям Кастро, некогда правая рука Мануэля, пригласил нас в свой дом. Рассказав о ранних годах Мануэля и Магдалены в Пуэрто-Сабало, он переключился на события апреля 2023 года.
«Проблемы начались еще до углеродных облигаций», – говорит он. В начале 2023 года Мануэля, недавно избранного губернатором, отправили в Боготу, чтобы он попытался оформить юридическое признание Пуэрто-Сабало колумбийским государством. Общине нужен был налоговый номер и банковский счет, а также требовалось обновить данные переписи населения. На расходы ему выделили 6 000 000 песо, около 1500 долларов, из бюджета общины.
Через несколько дней после прибытия в столицу он сообщил, что этих средств недостаточно, и для него собрали еще 5 000 000 песо. Но даже с этими средствами Мануэль не смог выполнить возложенную на него задачу. Он сказал, что его ограбили. Вместе с тем другие пайсанос в городе рассказали Уильяму, что видели, как Мануэль каждую ночь пьет и развлекается. Фатима, находившаяся в то время в Боготе, видела Мануэля, ужинающего в компании бывшей девушки в ресторане отеля. В Пуэрто-Сабало его сопровождала та же спутница. Уильям возмутился и трате денег, и его компании. «Я сказал, что он все потерял, – говорит Уильям. – Я доверял ему… но теперь он стал высокомерным, все время хвастался».
Его спутница на неделю остановилась в доме его отца, и Мануэль заявил Уильяму и остальным, что будет жить с двумя девушками под одной крышей. Он уверял, что «так живут настоящие мужики». Это было весьма унизительно для Магдалены и непривычно для общины правоверных католиков. Им нравилось раз в пару месяцев отмечать свадьбы и другие праздники, но они не привыкли к ежедневным вечеринкам и громкой музыке, доносившейся из малоки Мануэля. «Сначала они пили, потом ругались, потом спорили», – вспоминает Уильям. Он дал Мануэлю три дня, чтобы тот прогнал свою бывшую, но Мануэль проигнорировал его требование.
Один из братьев Магдалены приехал и угрожал ему винтовкой, после чего тот сбежал. Магдалена не соглашалась на условия Мануэля, и он стал применять грубую силу. Она специально взяла в привычку мыться в реке рано утром, чтобы никто не заметил синяков, но вскоре женщины из деревни стали расспрашивать, и ей пришлось рассказать о побоях. По мере того как местные переставали его уважать, Мануэль все чаще заговаривал с Магдаленой о переезде. «Я говорил им обоим: “Неважно, где вы живете, в Боготе, Швейцарии или США, пока вы не изменитесь, вы везде столкнетесь с теми же проблемами”», – рассказывает Уильям.
Однажды апрельской ночью жители деревни услышали крики из малоки. Мануэль бил Магдалену плоской частью мачете. На фото, сделанных на следующий день, видно, что ее спина и плечи в черных синяках.
Уильям говорит, что Мануэль бил и детей. Супруги громко ругались, и их соседи услышали леденящие душу обвинения: Магдалена кричала, что Мануэль пытался надругаться над Лесли. Версия Уильяма совпадала с тем, что Фатима Мукутуй рассказала в интервью через несколько дней после спасения детей.
Община была в ярости, и Уильяму пришлось действовать. Он знал, что за плечами Мануэля употребление наркотиков и что это привлечет внимание партизан, которые, скорее всего, потребуют скорейшего правосудия.
Уильям созвал экстренное собрание общины, и они проголосовали за лишение Мануэля губернаторства. Также было принято решение о его наказании. Статья 246 конституции Колумбии позволяет коренным народам применять собственные законы на своих территориях. Народ наса, проживающий на юго-западе Колумбии, наказывает за наркопреступления ударами плетью по икрам, после чего на него наносится целебная вода из вымоченных священных растений в знак возвращения преступника в общину. Тикуны за серьезные преступления могут приговорить виновного к привязыванию к дереву, где его будут кусать гигантские муравьи; другие наказания носят символический характер. Для амазонского народа кичуа, обитающего на границе Колумбии и Эквадора, длинные волосы – символ знаний и синоним уважения, поэтому отрезание локонов – унизительный жест и считается суровым наказанием.
В Пуэрто-Сабало старейшины решили, что Мануэль должен очистить свое тело и душу от пагубных привычек. Для этого нужно принять 200 граммов амбиля в жидком виде – дозу, которая либо изгонит зло внутри, либо, вполне возможно, окажется смертельной. «Такая процедура очистит морально и физиологически, родится новый человек», – говорит Уильям. И все же принимать амбиль в таком количестве рискованно, старейшины применяли это наказание всего раз. Мануэль, не поклонник традиционной медицины, решил не рисковать. Узнав о предстоящем наказании, он ночью уплыл на ланче.
Если верить Уильяму, EMC не угрожали Мануэлю. Его изгнали жители деревни, которые больше не могли закрывать глаза на его поведение.
«То, что, по их словам, пережила Магдалена, – повседневность многих женщин в джунглях», – говорит Мария Куиру, губернатор одной из общин в Ла-Чоррере. Она предпочитает, чтобы ее называли коренным именем Хитомакури. Быстрое интервью было проведено у взлетно-посадочной полосы в Ла-Чоррере. На ней были джинсы, кроссовки и соломенная шляпа, защищающая от полуденного солнца. Она терпеливо ответила на все вопросы, хотя многие темы вызывали у нее боль или раздражение. Больше тридцати лет она борется за улучшение условий жизни для женщин и детей в Амазонии.