Страница 5 из 30
Глава 3
Больница курортного городка маленькая, но чистая. Пахнет антисептиком – резким, бьющим в нос – и почему-то хвоей. В углу приемного покоя стоит маленькая искусственная елочка с небольшими шарами и золотой мишурой. На верхушке – белая звезда. Выглядит очень миленько.
Меня везут на каталке. Потолок плывет надо мной – белые плитки, лампы дневного света, чьи-то лица. Рентген на холодном столе, жужжание аппарата, «не двигайтесь». После осмотр… Перевязка головы – бинты пахнут чем-то медицинским и пугающим.
Врачи говорят что-то про «легкое сотрясение» и «ушиб голени, повезло, что не перелом». «Повезло» – странное слово для того, что произошло. Я киваю и не слышу.
В голове – вата. Звуки приглушенные, цвета блеклые, как будто кто-то выкрутил яркость мира на минимум. Наверное, это шок. Или обезболивающие уже подействовали – они вкололи мне что-то, от чего мир стал мягким и приглушенным.
Меня оставляют в коридоре – сидеть на жесткой кушетке, обтянутой потрескавшимся дермантином, ждать дальнейших указаний. Сказали, что скоро переведут в палату на ночь, для наблюдения.
В коридоре пусто и тихо. Только где-то капает вода, и гудят лампы.
Я смотрю на свои руки. Ободранные костяшки до чего-то розового. Даже думать не хочу, что это. Сломанный ноготь на безымянном пальце почти у основания. Пятно засохшей крови в складках ладони.
Веселенький корпоратив.
Ленка где-то здесь – у нее царапины и ссадины, ничего серьезного, только шок и слезы. Она прибегала – растрепанная, с черными потеками туши на щеках и ссадиной на лбу. Плакала. Обнимала меня так крепко, что я вскрикнула от боли, но не оттолкнула. Потом ее увела медсестра – «вам тоже нужен осмотр, пойдемте». Остальные – кто-то в больнице, кто-то уехал с теми, кто не пострадал. Куда – не знаю. Думать об этом нет сил.
Я прислоняюсь головой к стене и закрываю глаза. Сердце бьется медленно и тяжело. Каждый удар отдается в висках.
Тишина. Затем следуют шаги.
– Маша?
Голос.
Что-то внутри меня замирает. Еще до того, как я осознаю, еще до того, как пойму – что-то внутреннее, на уровне инстинктов, узнает этот голос.
Я открываю глаза.
Передо мной – мужчина в белом халате. Высокий – я помню, как моя голова идеально ложилась ему в изгиб шеи. Темные волосы, прическа немного иная, чем он носил раньше. Резкие скулы, щетина на подбородке. Глаза – серые, с зелеными крапинками, которые видны только вблизи. Я знаю это, потому что когда-то смотрела в них часами. Засыпала, глядя в них. Просыпалась.
Два месяца…
Два месяца без личной жизни…
Два месяца с того дня, как он сказал: «Прости, Маш, но я ухожу». Сказал и ушел. Собрал вещи и ушел. Оставил меня стоять посреди кухни, которую мы вместе красили, с кружкой остывшего чая в руках…
Сердце останавливается. Или это мне кажется? Одно бесконечное мгновение.
– Тимур?
Это не может быть он.
Но это он.