Страница 42 из 79
— А это ваша… невеста? — спросила она красиво, но с лёгкой фальшью. — Мило. Алое платье… смелый выбор. Не каждый решится надеть такой цвет в присутствии императорской семьи.
— Спасибо, ваше величество, — ответила я с самой вежливой улыбкой, на которую была способна, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Мой жених выбрал его для меня. Он сказал, что алый цвет идёт моим глазам.
Императрица изогнула бровь — ровно настолько, чтобы показать, что она впечатлена моей дерзостью, но не настолько, чтобы признать это вслух. Она ничего не сказала, только перевела взгляд на Адриана. Раздраженный, но несколько пугливый.
Рядом с ней сидел молодой человек — на вид лет двадцати, с такими же светлыми волосами, как у матери, но с карими, почти чёрными глазами, с длинными ресницами, которые делали его похожим на фарфоровую куклу. Он был красив — той самой аристократической красотой, от которой девушки падают в обморок на балах: тонкие черты лица, правильный нос, мягкая линия губ. Но в его взгляде не было надменности, которую я ожидала увидеть у наследника престола. Только любопытство. И какая-то детская непосредственность, которая меня насторожила. Или восхитила. Я ещё не решила.
— Это наш младший сын, — император кивнул в сторону юноши, и в его голосе послышалась гордость. — Будущий наследник престола. Принц Леопольд.
— Приятно познакомиться, — сказал Леопольд, его голос звучал мягко, почти застенчиво. Он улыбнулся мне — открыто, искренне, как ребёнок, который увидел что-то красивое. — Вы очень красивая. Я понимаю, почему мой брат вас выбрал. Если бы я был на его месте, я бы тоже не смог устоять.
— Леопольд! — рыкнула императрица, — Что за бестактность!
— Что? — он пожал плечами с искренним недоумением, — Я говорю правду. Мама, ты сама меня учила, что честность — лучшая политика. Или это только когда тебе это удобно?
Я невольно улыбнулась, чувствуя, как напряжение, сжимавшее мои плечи, отпускает на мгновение. Наследник мне понравился. Сразу, с первой фразы. В нём не было той холодной расчётливости, которую я ожидала увидеть у императорского сына. Он был… живым. Настоящим. Даже несмотря на то, что из-за него — из-за его рождения, его статуса законного наследника — Адриан оказался сослан в горы, лишённый всего, что должно было принадлежать ему по праву.
— Спасибо, ваше высочество, — ответила я, чувствуя, как щёки заливаются румянцем. — Вы тоже очень приятны. Я ценю вашу честность.
Леопольд улыбнулся ещё шире — открыто, по-мальчишески, его мать закатила глаза с таким видом, будто это был не первый раз, когда её сын ставил её в неловкое положение, но не сказала ничего.
— Ох уж эти дети, — коротко посмеялся император, поднимая бокал с тёмно-рубиновым вином. — За встречу. Пусть она не принесёт нам разочарований.
— Отец, ты мог бы быть и повежливее, — заметил Леопольд, и в его голосе послышался упрёк.
— А ты мог бы молчать, когда тебя не спрашивают, — парировал император, но без злобы. — Выставляешь свою добродетель так, что становится неловко. Будто я чудовище какое.
А разве это было не так?
Но я промолчала.
Ужин начался. Подавали суп из раков — нежно-розовый, с сливками и зеленью, в маленьких фарфоровых чашках с золотым ободком. За ним последовала запечённая форель — с лимоном и травами. Потом мясо с кровью — на что Адриан покосился с кислым выражением. Я знала, что ему это всё равно не по вкусу, потому что он не чувствовал вкуса обычной еды, и мясо для него было просто текстурой, которая не приносила удовольствия, но кровь, вот так открыто? Как будто тыкают лицом.
Я ела и старалась не давиться, чувствуя на себе тяжёлые взгляды. Императрица смотрела так, будто я в любой момент могла украсть столовое серебро или отравить её суп. Император — с усталым любопытством. Леопольд — с явной симпатией, которая меня одновременно согревала и смущала.
— Так как вы познакомились? — спросил наследник, отправив в рот кусок форели и прожевав его с задумчивым видом. — Это правда, что вы сами пришли в его замок? Стучались в ворота и требовали, чтобы вас впустили?
— Леопольд! — снова рявкнула императрица, но на этот раз её голос дрогнул, и я заметила, как её пальцы сжали салфетку.
— Правда, — спокойно ответила я, чувствуя, как под столом Адриан сжимает мою руку в знак поддержки. — Это была чистая случайность. Я заблудилась в горах и наткнулась на его замок. Просто искала, где укрыться от непогоды. А принц оказался гостеприимным хозяином.
— И он вас не выгнал? — Леопольд посмотрел на Адриана с искренним восхищением, будто тот совершил подвиг. — Даже узнав, кто вы? Даже зная, что граф Рошфор ищет вас по всем дорогам? Это же смелый поступок!
— Или глупый, — буркнула императрица, не глядя на меня.
— Или глупый, — согласился Леопольд, но в его глазах плясали чёртики, и я поняла, что он дразнит мать. — Но красивый. Очень красивый. Вы похожи на героиню романа, леди Серена. Из тех, что спасают проклятых принцев и находят своё счастье вопреки всему.
— Спасибо, ваше высочество, — я опустила глаза в тарелку. — Вы очень добры.
— Я не добрый, — он улыбнулся, и в его улыбке было что-то мальчишеское, озорное. — Я просто честный. Отец, тебе не кажется, что брату повезло? Найти такую девушку, которая не побоялась прийти к нему в замок?
Император, который до этого молча ковырял рыбу вилкой, поднял глаза на младшего сына. Потом перевёл взгляд на Адриана. Потом посмотрел на меня — долго, изучающе, будто видел впервые.
— Повезло, — сказал он наконец, и голос его звучал задумчиво. — Только везение — штука капризная. Оно рано или поздно кончается.
— Отец, ты сегодня в ударе, — Адриан усмехнулся, — Не стесняйся, высказывай всё, что думаешь. Мы же семья.
— Я и не стесняюсь, — император отставил бокал с такой силой, что вино плеснулось через край. — Ты ведь не стеснялся, когда забрал невесту у графа Рошфора. А он — член Совета. Один из самых влиятельных людей в этом королевстве.
— Он — старый развратник, который хотел жениться на девушке, годящейся ему во внучки, — отрезал Адриан, — И ты это знаешь.
— Знаю, — кивнул император, — Но политика, Адриан, не терпит эмоций. Ты поставил меня в неловкое положение перед Советом. Мог бы для начала уведомить о своих планах.
— Ты сам поставил себя в неловкое положение, когда сослал меня в горы двадцать лет назад, — Адриан сжал вилку так, что та жалобно затрещала, грозясь сломаться. — Когда сделал вид, что я умер. И когда забыл, что у тебя вообще есть старший сын.