Страница 8 из 26
Глава 4
Дом бывшего судмедэксперта Артура Пенна находился в Квинсе. Это был аккуратный, безликий таунхаус в районе, который явно не соответствовал официальной зарплате скромного служащего городского морга. У подъездной дорожки был припаркован новенький внедорожник.
Габриэль и Адриан поднялись на крыльцо. Священник нажал на кнопку звонка. Вскоре за дверью послышались шаги, звякнула цепочка, и дверь приоткрылась. На пороге стоял тучный, лысеющий мужчина лет пятидесяти в дорогом домашнем халате.
— Мы не покупаем журналы и мне не нужно спасение души, — сходу заявил Пенн, окинув взглядом чёрный клерикальный костюм Габриэля.
— Вы уверены? — Габриэль спокойно достал значок специального консультанта полиции, который был выдан ему и Адриану именно для таких случаев. — Потому что судья Бэлмор и адвокат Доусон свои души спасти уже не успели.
Лицо Пенна стремительно потеряло краски. Он нервно оглянулся через плечо в глубь дома, словно ожидая, что из коридора выскочат убийцы, и поспешно снял цепочку.
— Заходите. Быстро.
Внутри дом оказался обставлен с безвкусной роскошью: огромный плазменный телевизор, кожаные кресла, коллекционный виски в открытом баре. Артур Пенн явно наслаждался своим досрочным, хорошо оплаченным выходом на пенсию.
— Вы из-за Ричарда и Оливера? — Пенн дрожащими руками налил себе виски, даже не предложив гостям. — Это всё в новостях… Какой-то маньяк.
— Маньяк, который очень не любит продажных чиновников, — мягко произнёс Адриан, бесшумно подходя к эксперту. — А вы, Артур, были главным свидетелем защиты. Именно ваше внезапное заключение о том, что улики были «скомпрометированы», развалило дело.
Пенн сделал большой глоток, его глаза забегали.
— Я… я просто выполнял свою работу. Там были ошибки в протоколах. Доусон заметил их. Бэлмор согласился. Всё по закону!
Адриан подошёл к нему вплотную. Его идеальный слух уловил бешеный ритм сердца Пенна, а тонкое обоняние — запах кислого пота, вызванный страхом. Но в этом страхе не было и следа оккультной тёмной магии.
— Вы лжёте, Артур, — гипнотически прошептал вампир, и его глаза слегка потемнели. — Доусон заплатил вам. Сколько стоило изменить заключение? Десять тысяч? Двадцать? Этим внедорожником у дома?
Пенн отшатнулся, вжимаясь в барную стойку. Давление взгляда Адриана ломало его волю.
— Пятьдесят… — выдохнул он, едва не плача. — Он заплатил пятьдесят тысяч. Я не знал, что кого-то убьют! Я просто исправил пару строк в отчёте! Доусон сказал, что всё будет чисто!
Габриэль, стоявший у дверей, сурово скрестил руки на груди.
— И теперь кто-то вычищает систему от таких, как вы. Вы заметили за собой слежку? Кто-то интересовался прошлыми делами?
— Нет! Никого! Я сижу дома! — Пенн в отчаянии посмотрел на экзорциста. — Послушайте, мне нужна защита полиции! Если они добрались до Бэлмора, они придут за мной! Спрячьте меня!
Габриэль с отвращением отвернулся от бывшего эксперта.
— Сидите дома, Пенн. И заприте двери. Возможно, вам повезёт, и убийца не сочтёт вашу продажную душу достаточно интересной.
Они вышли на улицу. Адриан небрежно отряхнул рукав пальто от снега.
— Это не он, Габ. Это просто жалкий, перепуганный трус. У него не хватило бы духу даже кота принести в жертву, не говоря уже о сложном ритуале призыва демона-иллюзиониста.
— Я согласен. Идём дальше, — Габриэль сел в машину. — Следующий адрес — Фрэнк Дойл. Детектив, получивший пулю в позвоночник на том самом деле. У него точно есть мотив ненавидеть и Доусона, и Бэлмора.
* * *
Дом Фрэнка Дойла находился на противоположном конце города, в бедном районе Бруклина. Здесь не было внедорожников и плазменных панелей. Только обшарпанные стены, запах дешёвой еды и запущенность.
Квартира на первом этаже была специально оборудована для инвалида-колясочника: расширенные дверные проёмы, пандус у входа.
Им открыл сам Дойл. Это был мужчина лет сорока с поседевшими висками, глубоко посаженными, усталыми глазами и небритым лицом. Он сидел в старом инвалидном кресле, одетый в выцветшую фланелевую рубашку и спортивные штаны. На его коленях лежал полуразобранный пистолет «Глок» и маслёнка.
Дойл окинул Габриэля и Адриана тяжёлым, подозрительным взглядом полицейского, который слишком много повидал.
— Кто вы такие? Полицейские значки мне можете не показывать, я знаю всех из убойного, а вы на них не похожи. Особенно этот, — Дойл мотнул головой в сторону щеголеватого Адриана. — Выглядит так, словно сбежал со съёмок рекламы парфюма.
— Мы консультанты, Фрэнк, — Габриэль шагнул в тесную прихожую, не дожидаясь приглашения. — Работаем над делом Бэлмора и Доусона.
Услышав эти имена, Дойл горько, злобно усмехнулся. Он отъехал на коляске назад, пропуская их в тесную гостиную, пропахшую оружейным маслом и застарелым сигаретным дымом.
— Слышал новости. Судья и его карманный адвокатик наконец-то получили по заслугам. Знаете, я бы открыл шампанское, если бы мог себе его позволить на свою инвалидную пенсию.
— Вы их ненавидели, — констатировал Адриан, осматривая бедную обстановку.
— Ещё бы я их не ненавидел! — рыкнул Дойл, его руки сжались на подлокотниках кресла. — Я и мои парни месяцами выслеживали того ублюдка. Он убил троих девушек! Мы взяли его с ножом в руках. Я получил пулю, которая превратила меня в овощ ниже пояса, пока прикрывал своего напарника Тони! А через неделю Доусон заявил, что нож изъяли без ордера, а Пенн подмахнул липу, что кровь на нём «случайно» загрязнилась в лаборатории. И Бэлмор отпустил этого маньяка!
Дойл тяжело задышал, его лицо побагровело от гнева.
— Если бы я мог ходить, — процедил бывший детектив, — я бы сам пришёл к ним и переломал им ноги. Обоим.
Габриэль внимательно смотрел на него. Печать экзорциста на его руке молчала. Вокруг Фрэнка Дойла не было ауры тёмной магии.
Адриан, тем временем, прошёлся по комнате и остановился у старого комода. Там, среди пыльных рамок с фотографиями, где молодой Дойл стоял в полицейской форме, лежала стопка неоплаченных медицинских счетов и билетов из дешёвых лотерей. Вампир прислушался. Сердце бывшего детектива билось с бешеной скоростью, но это была не ярость убийцы. Это было бессилие.
— Вы не убивали их, Фрэнк, — тихо сказал Адриан, поворачиваясь к нему. — У вас есть мотив, у вас есть ненависть, но у вас нет ни физических сил, ни… иных средств, чтобы совершить то, что произошло в пентхаусе. Вы бы просто застрелили их, будь у вас шанс.