Страница 48 из 70
Глава 20
Озеро, которое помнит боль
Мы вышли к озеру, когда утро окончательно перетекло в день. Небо выцвело до прозрачной голубизны, а воздух стал густым и плотным — казалось, его можно коснуться рукой, но он не ответит движением. Вода лежала перед нами тяжелой ртутной гладью. В ней отражались высокие перистые облака, острые, как первый лед, но наши лица тонули в этой глубине без следа.
Берег встретил нас мелкой серой пылью вместо песка. Ни единого сухого стебля, ни случайного зеленого ростка — только ровная кромка, где жизнь обрывалась так внезапно, словно сама земля здесь сделала осторожный выдох и забыла вдохнуть.
Лира остановилась у самой воды. Поднесла к губам свою флейту, провела пальцами по отверстиям, но так и не сыграла. Здесь было слишком тихо для музыки. Пространство не желало подхватывать звук.
— Он не ошибся, — шепотом сказала она. — Озеро дышит иначе. Оно впускает воду, но держит воздух на замке.
— И время, — добавил Валериан. Он стоял чуть позади, опираясь на копье, и смотрел на горизонт невидящим взглядом. — Старые сказки называют его Зеркалом Утопленников. Говорят, если нырнуть достаточно глубоко, увидишь не себя. Увидишь то, что оставил на берегу давным-давно.
— Или то, кто отказался ждать твоего возвращения, — произнес Дариан. Его голос звучал глуше обычного. Он медленно поворачивался вокруг своей оси, всматриваясь в редкий кустарник за нашими спинами. — Где Посланник?
— Я не вижу его, — ответила я, позволяя себе наконец-то расслабиться после долгого пути. — Но он никуда не ушел. Он где-то здесь.
Я говорила правду. Частота преследования изменилась. Она больше не пульсировала нам в спину злым, нетерпеливым ритмом погони. Теперь это была глухая, вязкая тишина. Как зверь, который перестал красться и лег на живот, подобрав лапы под широкую грудь. Посланник снял погоню. Он перекрыл выход.
— Нам нужно успеть, пока он играет с нами в ожидание, — сказала я, разминая замерзшие пальцы. — Кто пойдет вниз?
— Я, — тут же отозвался Дариан. Снял с пояса моток веревки, начал деловито проверять узлы.
— И я, — Лира шагнула вперед, сжимая в руке бесполезную сейчас флейту.
— Нет, — мягко, но непреклонно вмешался Валериан. — Твоя магия любит простор, девочка. Если эта тварь решит прервать нашу беседу, мне понадобится ветер, чтобы удержать дистанцию. А ты даешь лучший ветер из всех, кого я знаю. Лира вскинула подбородок, готовая спорить, но скользнула глазами по моему лицу. Что-то увидела там — мою собственную усталость или просто тупую неизбежность. Плечи ее опустились. Она кивнула.
— Арина, вода ждет тебя, — сказал Дариан. Он подошел ближе, заслоняя собой блеклое солнце. — Ты слышишь песню этого места. Без тебя мы будем искать узел на ощупь, пока легкие не наполнятся пустотой. — Я знаю. — Мой голос прозвучал ровно. Руки действовали быстрее мыслей: тяжелый дорожный плащ упал на серый песок, следом — жесткие походные ботинки, стягивающие ноги холодом. На мне осталась только тонкая рубаха и штаны, которые промокнут за секунду. Лева бесшумно соскользнул с моего плеча. Сел у самой кромки, обернув хвост вокруг лап, и уставился на черную воду своими прозрачными янтарными глазами. Казалось, он пытается разглядеть дно сквозь эту невозможную толщу.
Дариан молча протянул мне руку. Его ладонь была теплой и шершавой от рукояти меча.
— Ты идешь со мной? — спросила я уже без слов о долге.
— До самого дна, — пообещал он, вкладывая свои пальцы в его. — Или пока сердце не научится дышать водой.
* * *
Вода лежала перед нами черная, как расплавленная смола. Озеро не отражало ни неба, ни деревьев. Оно просто было — бездонное, безмолвное, и я знала, что где-то на его дне ждет второй узел. Тот, который не на карте. Которого нет в реестрах.
— Я не могу, — сказала я вслух. — Без карты я не найду дорогу. Мы утонем. Или застрянем там навсегда.
Дариан стоял рядом, молча. Валериан возился со снаряжением, делал вид, что не слышит. Лира сидела на камне, опустив флейту.
— Я не готова, — повторила я. — Может, вернемся? Переждем? Найдем другую карту?
— Нет, — сказал Дариан. Коротко, без объяснений.
— Почему нет? Ты видел, что сделал Посланник. Он выключил воздух. Он выключил тебя. А если под водой он выключит меня? Я останусь без частоты, без дыхания, без…
— Без меня, — закончил он. — Ты не останешься без меня.
— Дариан, это не шутки.
— Я и не шучу.
Он смотрел на воду, а потом повернулся ко мне. В его глазах не было сомнений. Не было страха. Только та самая упрямая уверенность, которая когда-то заставила его войти в лабиринт против правил.
— Я не дам тебе утонуть, — сказал он. — Я не дам тебе сломаться. И я не позволю тебе убежать, потому что ты боишься ошибиться.
— Ты не можешь это обещать, — я чувствовала, как голос дрожит. — Ты не можешь контролировать то, что под водой.
— Я не обещаю контролировать. Я обещаю быть рядом.
Я открыла рот, чтобы ответить, но звук так и не родился. Из озера вырвалась тень. Не та медленная, клубящаяся мгла из леса, что давила на плечи всей своей массой. Эта была острой. Быстрой. Как брошенное в упор копье или игла, прошивающая холст. Она летела прямо в грудь Дариану.
Время растянулось тонкой нитью. Я видела траекторию полета, понимала скорость, знала, что мое тело просто не успеет преодолеть эти два шага, чтобы встать между ними. У меня не было ни единого шанса закрыть его собой. Но у него шанс был.
Он шагнул вперед одним текучим движением бывалого воина. Развернулся спиной к воде, вклиниваясь между мной и смертью, и прижал меня к себе с такой силой, словно пытался впечатать внутрь грудной клетки. Мир исчез. Остались только стук его сердца под моей щекой, жесткая ткань куртки и абсолютная темнота за его плечом. Тень ударила его точно в ключицу. Дариан содрогнулся всем телом, выдохнув сквозь зубы, но замок его рук даже не дрогнул.
Я почувствовала всё через него. Как мгновенно одеревенели мышцы его спины. Как он до хруста в челюстях стиснул зубы, принимая отдачу удара. И как горячая, густая жидкость обожгла мою скулу. Его кровь. Пахнущая железом и соленым потом.
— Дариан! — я рванулась назад, пытаясь вывернуться из-под тяжелой руки, упереться ладонью ему в грудь, оттолкнуть. Но он держал крепко, каменной хваткой утопающего.
— Тише… Все хорошо, — его голос прозвучал где-то над моим затылком. Он вибрировал от сдерживаемой боли. — Это не огонь. Просто холодно. Очень пусто внутри.