Страница 71 из 464
Рассмотрев свою находку получше, Грегор в ужасе округлил глаза, будто случайно схватил смертельно ядовитую змею. Он испуганно замер, а руки начали трястись, желудок скрутило, и к горлу подкатила желчь. Перед глазами у Грегора поплыло — он не мог поверить в то, что видел воочию.
Это оказалось кольцо, простая полоска золота. На лицевой стороне виднелась надставка в форме щита, украшенная двумя силуэтами — вздыбленным грифоном, сокрушавшим когтистой лапой присмиревшего волка. Грегор стиснул кольцо в кулаке, пытаясь отогнать прочь мысли о важности находки. Как часто он смотрел на это кольцо? Как часто он видел его на худосочном пальце собственного отца?
— Идем уже, — пробился сквозь лихорадочный поток мыслен голос Штренга, и молодой дворянин с трудом отогнал прочь охвативший его страх и взял себя в руки. И обнаружил, что Штренг смотрит на него с некоторым подозрением. — Что-нибудь нашел? — спросил наемник.
— Нет, — ответил Грегор, украдкой пряча кольцо в карман. — Заглянем в другую комнату?
— Если она такая же маленькая, как и эта, то я и сам справлюсь, — ответил Штренг. — Иди-ка лучше вниз и погляди, не нужна ли Матиасу какая помощь.
Грегор спустился в общую комнату, держась за скрипучие перила. Руки все еще слегка дрожали. Оглядевшись, юноша заметил, как охотник на ведьм выходит из кладовой, держа на длинной металлической спице кусок грязной ткани.
— Нашел вон там, — сообщил Матиас. — Слишком уж грязная, даже для мужичья, не находите? И воняет смертью еще хуже, чем эта куча. — Он стряхнул лоскут со спицы. — Подозреваю, наш приятель-монстр потрудился здесь не один, и помощники у него были самого необычного сорта.
— Мы нашли обрубок руки наверху, — поделился Грегор, — зажатый в зубах у собачонки. Она выглядит так, будто месяц в могиле пролежала, — добавил он и неожиданно резко изменился в лице. Его глаза взволнованно распахнулись, а рот приоткрылся от изумления. Охнув, юноша указал дрожащей рукой охотнику на ведьм за плечо.
Матиас обернулся поглядеть, от чего так побледнел молодой Клаузнер, и отшатнулся, когда куча тел зашевелилась и самое верхнее из них принялось неловко подниматься. Гримаса, застывшая на лице убитой женщины, осталась прежней, и с неподвижных губ не слетело ни звука, но остекленевшие глаза недобро сверкнули.
— Зомби, — выдохнул охотник со смесью тревоги и от вращения и поднял пистолет, беря на прицел восставший труп. Женщина выбралась из кучи, с глухим стуком рухнула на пол и снова неуклюже поднялась на ноги, не обращая внимания на сломавшиеся от неудачного приземления лодыжки.
— Штренг! — заорал Матиас, когда и остальная убитая семья зашевелилась, и подтолкнул Грегора к дверям. — Это ловушка! Беги за лошадьми!
Резкий окрик выдернул Грегора из испуганного оцепенения, и юноша бросился было во двор, но замер, едва выскочив в разломанный проем.
Шесть спотыкающихся, подрагивающих тел высыпали из сарая. К гнилым и мокнущим ранам прилипли соломинки. Похоже, зомби таились под сеном, пока Антон обыскивал ферму, и только теперь выскочили, чтобы захлопнуть ловушку. Грегор встретился взглядом со стеклянными глазами, смотревшими из обнаженных черепов, и метнулся обратно в дом.
— Плохо дело! — крикнул он Матиасу. Охотника на ведьм уже почти загнали на лестницу, шаркающие зомби медленно подбирались все ближе. — Снаружи еще несколько!
Раздраженно взревев, Матиас разрядил пистолет в ближайшего покойника, разнося ему голову на куски. Тварь сделала еще один шаг вперед и завалилась, сбивая еще двух немертвых сородичей.
— Штренг, чтоб тебя! — крикнул Тульманн.
Наемник выскочил на лестницу, сжимая в руках арбалет. С пугающим спокойствием оглядевшись, Штренг прицелился и прострелил руку оному из гнилых чудовищ, уже протиснувшемуся в двери, пригвоздив гнилую конечность к стене.
— На твоем месте я бы не задерживался внизу, Матиас, — посоветовал наемник.
Охотник на ведьм и Грегор направились вверх по шаткой лестнице. Молчаливые, неуклюжие мертвецы потащились следом.
— Отличный совет, — откликнулся Тульманн, вытаскивая второй пистолет и стреляя поверх плеча Грегора в застывшее лицо ближайшего из зомби. Пуля пробила череп и вышла через затылок с жирными ошметками мозговой ткани. Покойник завалился набок и забился на полу, как выброшенная на берег рыба.
Сунув дымящийся пистолет обратно в кобуру, Тульманн поспешил вверх по лестнице. Грегор направился следом, размахивая мечом, не давая восставшим мертвецам подобраться близко. Клинок юноши рубил и рассекал тянущиеся со всех сторон руки, кромсал безжизненную плоть, проливал липкую, вонючую кровь.
— Матиас! — позвал Штренг, перезаряжая арбалет. — Сейчас, наверное, поздновато об этом говорить, но отсюда нет другого выхода. — Прицелившись, наемник выстрелил, но болт пробил одному из чудовищ грудь насквозь, не нанеся особого вреда.
— А что насчет окон? — откликнулся Тульманн и, дотянувшись, оттащил Грегора назад — один из зомби уже почти схватил юношу за руку.
Наотмашь взмахнув удлиненным клинком, охотник рассек нечестивой твари лицо. Мертвец отшатнулся, ненадолго задержав остальных, а затем снова полез вперед, роняя обломки зубов.
— Не годятся. Слишком узкие, лиса не проскочит, — прорычал раздраженно Штренг. — Это чтобы воры не влезли.
— И заодно чтобы мы не вылезли. Боюсь, я серьезно недооценил хитрость нашего врага. Он, кажется, и сам не прочь поиграть в охотника.
И тут покойники неожиданно затряслись и на мгновение замерли, но почти сразу же продолжили наступление. Матиасу не пришлось долго гадать о причине задержки — тот, кто силой воли контролировал зомби, отозвал одного из них и направил к груде соломы и постельного белья, валявшейся внизу, в общей комнате.
Охотник на ведьм с ужасом проследил за тем, как чудовище пошарило в кармане и вытащило маленькое огниво. Гнилые пальцы неуклюжими и нелепыми движениями начали высекать искру.
— Штренг, подстрели вон того, в углу! — закричал Матиас.
Наемник прицелился и спустил тетиву, болт пробил трупу шею и застрял в плече. Покойник только едва заметно дернулся, и Матиас выругался. Грегор, стоявший на пару ступеней ниже, отхватил одной из тварей руку, и из обрубка хлынула черная кровь.
— Нам бы не помешало придумать что-нибудь, — заметил юноша. — Может, попробуем пробиться, когда их товарищ разожжет огонь и они начнут отступать?