Страница 20 из 87
«Откуда у этого оборванца деньги на хороший номер⁈ Нужно потом сказать свитским, пусть проверят, а вдруг он их украл? Ну конечно, украл! Но сначала самому нужно хорошенько пошарить по его карманам, как заснёт. Успею ещё сказать свитским».
— Меня зовут Ник Лучч, — выдал я первое пришедшее на ум имя. — Я младший сын известного негоцианта Лима Лучч из Синей Окумы. Мы с отцом следовали на ваш рынок, здесь хорошо берут наш товар — глиняные горшки. Однако позавчера ночью я случайно потерялся в лесу. Зазевался, когда отошёл по-маленькому, и отбился от наших повозок. Заблудился, ободрался о лесные колючки, оголодал и вот, наконец-то, вышел в город. Теперь буду здесь ждать отца, он обязательно приедет на рынок. Там я его и встречу. Если, конечно, он успеет доехать в эти выходные. Он же сейчас наверняка ищет меня в лесу. Но ничего, я подожду, денег немного есть. Поди не пропаду?
Хозяин не поверил ни одному моему слову, но вслух сказал:
— Бедный мальчик! Ник Лучч, говорите? Так и записал. Конечно, конечно, юный барич Ник, живите сколько хотите, если есть деньги. Ваш отец со слугами, приехав, тоже, ведь, выберет для ночлега мою гостиницу? Сейчас у нас туго с постояльцами, только кабак и выручает. Ох-х времена настали, обнищали все, только колдунов и жгут, — тараторил хозяин, но при этом мыслил так. — Врёт, конечно, стервец! А может и нет. Но по его кармашкам я ночью всё равно пробегусь, не помешает.
В номере
Этого не передать, с каким удовольствием, стараясь не спешить, я съел обед из трех блюд, который мне принесла прямо в номер с окном на улицу молодая хорошенькая горничная — салат из редиски со сметаной и зелёным луком, картофельный супчик с большим куском хорошо проваренной говядины, и приготовленные на углях ребрышки ягнёнка с гарниром из цветной капусты. М-м-м!
И теперь я лежал на широкой деревянной кровати под чистой простыней — я всегда немного отдыхал после обеда — и размышлял.
Хозяин наверняка придёт меня обворовывать не раньше двух часов ночи. Пока из кабака не уйдут последние пьяницы-свитские. И мне в это время нужно где-то спрятаться. Я не хочу быть обворованным. Хватит уже с меня! И куда же мне спрятаться?
Я обвёл взглядом гостиничный номер и увидел небольшую щель между полом и плинтусом. Она прямо-таки звала и манила. Какое-то новое ощущение, раньше такого не было. Я встал с кровати, подошёл к стене и попросту заполз в эту щель. Целиком! Немного поворочался, нашел удобную позу и затих.
И как же такое могло быть, что я в ней уместился? Щель маленькая и узкая, а я большой, хоть и мальчик. Как кобра? Да, как кобра! Я же теперь и был настоящей коброй, пора к этому привыкать. Я выполз из щели, встал, подошёл к большому зеркалу на стене и посмотрел на себя. Мальчик, как мальчик, только худой и оборванный. Но это пока.
Ночью
И больше я в этот день никуда из номера не выходил. Просто бездельничал. Валялся на кровати, заказал и с удовольствием съел ужин — салат из виноградных улиток и приличных размеров карпа, запеченного на углях.
Ужинал я долго, не торопясь, карп был костлявым, пока его разобрал от головы до хвоста. А мой дед Сим любил и умел разбирать ещё и рыбьи головы, находя в этом особое удовольствие и вкус. Но до такой степени мастерства мне было далеко.
Я размышлял…
Как же мне поступить с дядюшкой Бло, который обязательно придёт ночью меня грабить? Убить? Теперь я это могу, и очень даже просто. Но я никогда раньше этого не делал. И как это, вообще, убить человека? Стать убийцей! В моём мире, мире профессора Архипова — это страшный грех и приговор самому себе на всю жизнь. А в мире Эколы — это так, мелочь, обычная реакция на внешнюю агрессию.
Нет, не хочу убивать! Просто спрячусь в щель и он меня не найдёт. И впрямь, кому придёт в голову искать мальчиков по щелям?
* * *
Глухая ночь. Ключ в хорошо смазанном замке номера неслышно провернулся. На фоне окна я увидел бесшумно скользнувшую тень хозяина-фокусника — дядюшки Бло. Вот он попытался найти мои лохмотья на стуле, приняв безупречно изготовленную мною куклу на кровати за спящего меня. Вот он открыл шкаф, но тоже там ничего не нашёл. Вот он поискал мои вещи в туалетной комнате, где их тоже не было.
Я отчётливо услышал в голове его мысли:
«Да где же эти его тряпки? Он что, одетый спит⁈ Может пырнуть его ножичком, да проверить⁈».
Хозяин наклонился, чтобы заглянуть под стол и… в упор посмотрел на меня. Он увидел! Не знаю, что или кого конкретно он увидел в щели между плинтусом и полом, но в его глазах отразился ужас!
Ненавижу воров! Ненавижу грабителей! Ненавижу! Ненавижу! И я плюнул на большую блестящую лысину дядюшки Бло, которая маячила прямо передо мной. Хозяин-фокусник без звука упал на пол и затих после короткой агонии.
Он был мёртв.