Страница 105 из 108
Олден Граль? — я на мгновение задумался, анализируя ситуацию. Подробности изгнания и рабского прошлого седьмого принца были строжайшей государственной тайной, запечатанной кровью. Как обычный прихвостень дворца сумел раздобыть эти сведения?
Мои размышления прервал тихий вопрос сестры:
— Что сейчас происходит во дворце, Юлиан? Какова обстановка в Остерхольде?
— Мутные, кровавые воды, — при упоминании имперских интриг моё лицо вновь посуровело. — Старые кланы и новоявленная знать замерли в хищном ожидании. В этой неразберихе слишком много бесстрашных безумцев, готовых урвать свой кусок пирога ценой чужих жизней.
* * *
Элара Валериус
Я болезненно сжала губы, слушая горькие слова брата. Теперь мне до боли отчётливо стало понятно, почему Каллум Рейн все эти последние дни возвращался в резиденцию, насквозь пропитанный чужой, ещё не успевшей остыть кровью. В Остерхольде назревала чудовищная, беспощадная буря, и её истинные масштабы заставили моё сердце похолодеть от дурного предчувствия. Надвигался хаос, в котором Каллум собирался сжечь весь этот мир.
— Но забудь об этом, Элли. Сейчас важно другое, — Юлиан внезапно рванулся ко мне и крепко перехватил мои плечи, заставляя смотреть ему прямо в глаза. В его взоре метались искры искренней, отчаянной тревоги, которая едва сдерживала бушевавшую внутри ярость. — Позавчера мы с отцом пытались воззвать к Императору Октавиану. Мы были готовы отдать абсолютно все наши выстраданные военные заслуги, фамильные привилегии и титулы, лишь бы он отменил указ о твоей помолвке с Адрианом. Но этот старый лис лишь притворился, что не понимает, о чём речь. Законными методами эту помолвку не расторгнуть. До дня свадьбы может случиться всё что угодно, Элли. Поэтому сейчас ты уйдёшь со мной. Возвращайся домой, под мою защиту.
Юлиан стремительно развернулся, готовый вести меня за собой сквозь любые кордоны безумных стражей Каллума, готовый прорубать нам путь мечом. Но я не двинулась с места. Словно вросшая в обледенелые камни двора, я лишь крепче сжала пальцами плотную, подбитую тёплым мехом ткань его полководческого плаща, удерживая брата.
Он обернулся. В его глазах отразилось глубокое, растерянное удивление, когда он тихо позвал меня:
— Элли? Чего ты ждёшь?
— Я не вернусь в поместье, Юлиан, — я глубоко вдохнула морозный, обжигающий лёгкие воздух и гордо вскинула голову. Мой голос не дрогнул. Он был наполнен той неистовой, пугающей решимостью, которую я черпала из горьких уроков своего тёмного прошлого. — Я останусь здесь.
— Ты.. не хочешь возвращаться? — я увидела, как лицо Юлиана исказилось от шока и непонимания. Брат опустил яростный взгляд на мою фигуру, почти утонувшую в его огромном плаще. — Этот безумный ублюдок угрожает тебе? Он держит тебя здесь как заложницу, шантажируя силой нашей семьи и жизнями гвардейцев?!
— Я же сказала тебе, брат: это моё собственное, абсолютно осознанное решение, — я выдохнула облачко белого пара, которое тут же растаяло на летящем сером снегу.
— В прошлый раз у меня не было выбора, Юлиан, в этот раз я не хочу снова его бросать.