Страница 31 из 64
Мы с Владом им посочувствовали, но не от чистого сердца. Ведь это означало, что мы едем в столицу вдвоем.
Перспектива провести день с напарником вызвала неожиданный восторг. Одеваясь в дорогу, я тщательно выбирала наряд, как будто собиралась на свидание. Да что со мной такое?
И вот мы сидели рядом в транспорте.
— Ты не ездила к мемориалу? — спросил Влад.
— Нет, — качнула я головой. — Я хотела найти сестру, а не раскрыть мировой заговор.
Я не люблю столицу. Точнее, не так. Я любила ее до гибели родителей. Папа часто устраивал семейные дни по выходным. Мы катались на аттракционах в парке, обедали в лучших ресторанах, кормили птиц у пруда, любовались фонтанами, просто гуляли.
Но после того, как родителей не стало, я возненавидела этот город. Каждый его уголок напоминал о том, чего я лишилась. Вот на этой лавке мы с мамой ели мороженое. На той горке я впервые прокатилась с отцом. А теперь в эту копилку болезненных воспоминаний добавились моменты с Ингрид.
Я не люблю столицу.
Общественный транспорт остановился неподалеку от аллеи славы. Нам предстояло пройти пешком до мемориала, впритык было не подъехать. Памятник окружал парк.
В выходной день здесь было много гуляющий. Часть из них несла цветы к мемориалу. Это своего рода традиция — дань тем, кто погиб, защищая мирных жителей. Когда-то мы тоже раз в месяц так делали.
Очередное воспоминание о счастливых временах больно резануло по нервам, и я сжалась. Влад, ощутив мое напряжение, взял меня за руку.
— Купим букет? — предложил он. — С ним мы будем выглядеть естественно.
Я кивнула. Он прав, а мне пора уже смириться с прошлым. Родителей не вернуть, но я еще могу побороться за Ингрид.
Цветы продавали при входе в парк. Мы взяли по букету и направились прямиком к мемориалу. По дороге я то и дело ловила на себе взгляды прохожих. Настороженные, далеко не дружелюбные. Естественно, в нас сразу же узнали деструкторов. Седые волосы не оставляли ни малейшего сомнения в том, кто мы такие.
Чего я не ожидала, так это враждебности. Люди несли цветы к мемориалу в честь таких, как мы с Владом, и при этом умудрялись ненавидеть нас. Что за лицемерие?
Раньше я этого не замечала. Родители были конструкторами, как и я. Ингрид поседела перед самой Академией. Я не сталкивалась с нетерпимостью по отношению к деструкторам. Оказывается, их сторонятся. Даже боятся из-за наличия Хаоса. Герои, но одновременно изгои — странное сочетание.
Тот факт, что мы с Владом были единственными деструкторами на весь парк, сыграл не в нашу пользу. За каждым нашим шагом следила целая толпа. Хорошо, мы купили цветы. Что может выглядеть естественнее, чем разрушители, отдающие дань погибшим товарищам?
Мемориал высился посреди парка черной стелой, протыкающей острием небо. Цвет символизировал Хаос. От стелы отходили дорожки-лучи, вдоль каждой из которой стояли плиты с именами погибших деструкторов. С годами плит становилось все больше. И больше, и больше…
Печальнее всего смотрелись не плиты, сверху до низу испещренные именами, а те, что были еще пусты. Так сказать, припасенные заранее. Глядя на них, невозможно было не думать, сколько еще деструкторов погибнет в нескончаемой войне с темными тварями.
Здесь были имена каждого погибшего деструктора. Повезло, что плиты разбиты по годам. Иначе мы потратили бы недели в поисках нужных фамилий.
Возложив цветы, мы немного постояли молча. А затем Влад тихонько спросил:
— Ну, какое там первое имя?
Я достала из кармана бумажку, прочитала, и мы отправились на поиски. Двигаясь по порядку, мы находили одного за другим «выбывших» в списке погибших. Но там были имена и тех, кого ректор обозначил «умершими». Я не понимала, в чем разница. Похоже, официально ее нет, но посвященные старшие деструкторы явно что-то скрывают.
— Смотри, — Влад указал на одно из женских имен. — Я знаю эту девушку. Точнее, слышал о ней. Это бывшая напарница ментора Алистера.
— Я думала, он с самого начала был одиночкой.
— Нет, его напарница умерла. И после этого он научился взаимодействовать с Хаосом один на один.
— Подожди-ка, — я заглянула в копию тетради. Быстро перелистнув страницы, нашла нужны год, а затем и имя девушки. — Она тоже «выбывшая».
Мы с Владом переглянулись. С самого начала мне казалось, что с ментором Алистером что-то не так. Он странно вел себя со мной. То ли прикрывая, то ли наблюдая за тем, как далеко я зайду. Возможно, он — мой главный подозреваемый?
— Какие отношения у Алистера были с Ингрид? — спросила я.
— Они не выносили друг друга, — сообщил Влад.
— Понятно, — кивнула я. — В таком случае вряд ли он был ее тайным любовником.
— Уж поверь, — фыркнул Влад.
Мы провели у мемориала целый день. Прерывались только на обед, да и то перекусили в местном кафе, прямо в парке. Солнце уже клонилось к закату, когда мы двинулись к выходу. Пора было возвращаться. И желательно поторопиться, если мы не хотим опоздать на последний транспорт до Академии.
Мы были уже у выхода, когда я увидела знакомое лицо. Так и знала, что ехать в столицу опасно! Меня не должны узнать в облике деструктора.
— Там младший принц, — дернув Влада в сторону, сказала я.
Вот только его не хватало!