Страница 40 из 42
— С тобой я понял, что всё, что у меня было до тебя, — не было, — говорю я. — Деньги,
контракты, власть. Всё это пустота. А ты — живая. Ты — настоящая. Ты — та, ради которой я
хочу стать другим. Не Львом Барсовым, которого боятся. А просто мужчиной, который любит свою
женщину.
Она плачет. Слёзы текут ручьями, капают на платье, на ковёр, на мою руку. Она не вытирает
их.
— Вставай...
— Не встану, — говорю я. — Пока не скажешь.
— Что скажу? — Она уже улыбается. Сквозь слёзы, сквозь дрожь, сквозь всё то, что она не
умеет прятать.
— Что ты выйдешь за меня, — говорю я.
Она смотрит на меня. Глаза мокрые, блестящие, любимые. Она протягивает руку. Пальцы дрожат.
— Надень, — говорит она. Голос тихий, но в нём — вся она. Без страха, без сомнений, без
вечной готовности к удару.
Я достаю кольцо из коробки. Надеваю ей на палец. Оно подходит. Как будто всегда было её.
Она смотрит на свою руку. На кольцо. На меня. Плачет. Смеётся.
— Вставай теперь, — говорит она. — Опоздаем на благотворительный вечер. Партнёры обидятся.
Я встаю. Беру её за талию, притягиваю к себе. Целую. Долго, глубоко, не обращая внимания на
её слёзы, на тушь, которая потекла, на время, которое уходит.
— Пусть подождут, — говорю я. — Это важнее.
Она улыбается. В её глазах — всё. Моя жизнь. Моя женщина. Моё будущее.
Я смотрю на неё и понимаю: репутация, которую я строил двадцать лет, — ничто. Контракты,
которые я рвал зубами, — пыль. Власть, которой я обладал, — детский лепет.
Потому что настоящая сила — это когда ты стоишь на коленях перед женщиной, которая тебя
любит, и чувствуешь себя не слабым — свободным.
— Идём, — говорю я. Беру её за руку. — Покажем им, какую женщину я выбрал.
Она кивает. Расправляет плечи. Поднимает голову.
И мы идём. Вдвоём.