Страница 27 из 32
Глава 11
Ежегодная ярмарка в загородном парке Уолдемир была единственной темой, о которой Глория говорила неделями, ещё до того, как они переехали на остров.
Судя по всему, она водила туда Дженни и Аннабель в 1986 году, хотя Дженни этого не помнила.
Глория вызвалась помочь Женскому клубу острова Солент с их киоском с выпечкой, который в этом году собирал средства для художественной галереи «Подсолнух» в память о Робин. С тех пор как они переехали в новый дом, она почти каждый вечер отрабатывала на Дженни приготовление своего фирменного киша, и ей это уже надоело.
Дженни было ясно, что Реми нехотя согласился прийти: отчасти потому, что, несмотря на её попытки вернуть его к реальности, он всё ещё чувствовал вину по поводу этого дела, а отчасти потому, что ждал, пока его команда закончит обыск в зарослях на берегу реки, где нашли Бонни.
Они уже несколько дней работали там, находя бесконечное количество окурков, оберток от презервативов и игрушек для собак, но пока ничего, что могло бы связать их с Бонни или Робином.
Идеальным исходом было бы найти сумку Бонни и её телефон в надежде, что это поможет установить, с кем она ехала на автобусе, но Дженни была почти уверена, что тот, кто убил её, забрал сумку и либо уничтожил её, либо спрятал.
Ярмарка отличалась всей той обычной веселой атмосферой небольшого местного мероприятия: там были автодром, тележка с попкорном и игра «попади в кокос». Каждый стенд собирал средства на разные благотворительные цели, и многие решили поддержать галерею Робина.
В самом дальнем конце поля были аттракционы с пони, стенд с аквагримом и само озеро, где толпы детей плескались на мелководье. Дженни заметила Брета, племянника Стива, который неохотно исполнял обязанности спасателя, сидя на ярко-красном стуле у кромки воды.
Она заметила Колбертов, прижавшихся друг к другу на соломенном тюке и вместе поедающих мороженое. Карлотта едва прикасалась к своему. Она прислонила свою темноволосую голову к голове Мари, которая выглядела столь же опечаленной. Энтони смотрел вперед, облизывая корнетто, а в его глазах читалась боль. Дженни была рада, что они вышли на улицу. Люди по-разному справляются с горем. Возможно, они хотели постараться сделать обстановку для Мари более привычной.
Большие белые палатки выстроились вдоль восточной стороны выставочной площадки, а внутри проходили различные соревнования и мероприятия.
Дженни, Реми и Ниам нашли Глорию у стенда Женского клуба острова Солент, где она продавала кусочки торта по 50 пенсов за штуку.
— Я так и не попробовал тот миндальный торт, — пожаловался Реми Дженни, когда они вошли в палатку.
— Вот он, — сказала она, указывая на стенд. Она пожертвовала дюжину разных выпечек, включая торт, который начала печь для Реми.
— Значит, теперь мне придётся заплатить за это удовольствие? — подразнил он её.
— Ой, я ненавижу миндаль, — возразила Ниам. — А шоколадный есть?
«Я испекла тарт с шоколадным ганашем и малиновым джемом», — сказала Дженни, показывая его Ниам.
«50 пенсов за кусочек», — сказала Глория. «Все на благотворительность».
«Ну давай же», — сказала Ниам. «Ты должна себя побаловать».
Дженни посмотрела на стройную фигуру Нив и улыбнулась, вспомнив, каково это — быть в двадцатилетнем возрасте и есть всё, что угодно, оставаясь при этом стройной.
«Я куплю кусочек своего овсяного пирога», — сказала Дженни, доставая 1,50 фунта.
«О, нет, давай я за них заплачу», — сказала Нив.
«Правда, я их куплю», — сказала Дженни. «Пожалуйста, позволь мне».
«Ладно», — улыбнулась она, убирая кошелек.
Ради Реми она была полна решимости постараться поладить с ней.
«А где папа?» — спросила Дженни у мамы, пока та раскладывала выбранные ими блюда на бумажные тарелки.
«Я попросила его помочь мне с ларьком», — пробурчала она. «Но он сказал, что у него есть дела, и куда-то исчез».
«Как загадочно», — заметила Реми. «Интересно, Феликс катается на пони или на аттракционе „Чашечки“?»
«Ну, ему лучше вернуться поскорее, ведь сейчас будут вручать трофей „Клуб года“. Надеюсь, мы его выиграем».
«Надеюсь и я», — сказала Дженни. «Женский клуб острова Солент — неотъемлемая часть местного сообщества».
«Это он там?» — спросила Ниам, указывая на Феликса, который входил в палатку с большой красной розеткой на груди и держа в руках гигантский кабачок.
«Что за ерунда?» — рассмеялась Глория.
«Я выиграл в номинации „Лучший в категории“ и „Лучший на выставке“!» — с гордостью сообщил он ей. «Значит, все эти «возиться» — как ты это называешь — в саду окупились».
«Ты же живешь здесь всего неделю», — рассмеялась Дженни. «Твои растения, наверное, на стероидах!»
«О, ха-ха», — сказал он. «Я привез это с собой с приусадебного участка в Лондоне».
«Так уже понятнее», — подколол Реми.
«Ну, я очень тобой горжусь, дорогой», — сказала Глория, наклонившись через стол, чтобы поцеловать его в щеку. «Тебе придется придумать, как приготовить эту чертову штуку. Я не буду есть суп из костного мозга до конца лета!»
Их внимание привлек треск громкоговорителя.
«А теперь в главном шатре — вручение приза „Клуб года острова Солент“», — объявил диктор.
Они взяли с собой кусочки торта в главный шатер, где жара уже была невыносимой. Реми помахал Ниам пустой бумажной тарелкой, и она хихикнула.
Полли Монтфорд-Блейк, стоя на приподнятой платформе перед толпой, выглядела как кошка, полакомившаяся сливками, и развлекала только саму себя, произнося в микрофон: «Проба, 1, 2, 3…».
«Мы все тебя слышим!» — крикнул кто-то из толпы.
«Жаль, что так», — пробормотал Реми Дженни, которая скрывала смех, засунув вилку с овсяным печеньем в рот.
Ниам заметила, как они смеются, и на её лице отразилось неловкое выражение. Дженни улыбнулась ей, покраснев.
«Хорошо», — сказала Полли, покрутив плечами, чтобы её осанка выглядела как можно более важной. «Номинанты на звание «Клуб года острова Солент» в этом году следующие: Клуб выгула собак Уайтборна — это мой», — хихикнула она, когда несколько человек зааплодировали. «Клуб йоги «Хорсшу Спа»! Клуб вязания и болтовни! И, наконец, Женский клуб острова Солент!»
Каждому из них раздавались разрозненные аплодисменты.
«А какой приз?» — спросила Дженни у мамы.