Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 24 из 32

«И поэтому ты спонсировала этот выпуск?»

«Я переплатил, надеясь, что эти деньги пойдут на поиск дополнительной информации. Кто-то там наверняка что-то помнит о том, что с ней случилось».

«И зачем тебе это делать ради бывшей?»

Он нахмурился: «Несмотря на то, что ты можешь обо мне думать — о каком-то пожилом мужчине, который никогда не был ее достоин, — я любил ее и чувствовал вину».

«Вину?»

«Да», — сказал он, опустив глаза. «Потому что… ой, я действительно не должен тебе этого рассказывать».

«Ты можешь рассказать мне всё, что угодно, если это поможет в расследовании».

«Но я не рассказывал об этом все эти годы…» Он теребил ткань на подлокотнике дивана, колеблясь в своих мыслях.

«Я обещаю, что ни полиция, ни Джордж с Сандрой не будут винить тебя, если ты просто признаешься сейчас. Расскажи мне, что ты знаешь, Стив, ради Робин, пожалуйста».

«В октябре 2004 года Робин попросила меня встретиться с ней на пляже после работы. Она сказала мне… ой, боже, я не могу это сказать».

«Пожалуйста, Стив. Давай позволим её памяти успокоиться раз и навсегда».

Он покусал губу, всё ещё колеблясь, говорить ли правду.

«Ладно», — сказал он наконец. «Она сказала мне, что беременна».

Дженни не ожидала такого.

Она на мгновение замерла, пытаясь осознать услышанное.

«От тебя?»

«Наверное, да», — ответил он. «Но она была не в себе, да и её родители меня ненавидели, так что… о боже, как это тяжело…»

«Она сделала аборт?»

«Я сам отвез её в клинику, хотя мы уже не были вместе. Это было её решение. Но ей стало только хуже. После этого она впала в глубокую депрессию. С тех пор я об этом сожалею».

«Можешь рассказать мне подробнее о клинике?»

«Её уже нет», — сказал он. «Она находилась в центре неотложной помощи на Мертон-роуд».

«Стив, почему ты не рассказал об этом полиции?»

«Я…» — он задохнулся, сдерживая слёзы. «Ты должна понять, я думал, что она покончила с собой. И я чувствовал себя таким ответственным за это. Я думал, что из-за того, что мы избавились от нашего ребёнка, её депрессия усугубилась. Я думал: „Если бы я только был лучшим человеком“. Кто знает, может, её родители со временем бы передумали».

Дженни вздохнула и наклонилась вперёд на сиденье.

«Стив», — медленно сказала она. «Ответь мне на один вопрос: ты заставлял её прервать беременность?»

«…Нет».

«Как ты думаешь, она поделилась бы с тобой этой информацией, если бы не доверяла тебе?»

«Ну, наверное…»

«Ты не виноват. Даже если бы она покончила с собой, ты бы не был виноват. Никто бы не был виноват. Но сейчас нам нужна вся информация, которую мы сможем собрать, чтобы помочь найти того, кто виноват в её смерти».

Он кивнул.

«Ты права, действительно права», — вздохнул он. «Что ещё ты хочешь знать?»

Дженни мягко улыбнулась. Впервые за всё время расследования ей показалось, что дело сдвинулось с мёртвой точки.

«Ты знаешь, почему Робин уехала к Мэри?»

«Могу только догадываться», — ответил он. «Мы остались друзьями после того, как расстались в последний раз, и даже после того… после того, как я отвез её в клинику. Рождество было для неё очень тяжёлым. Она не хотела заниматься ничем из того, чем мы обычно занимались. Она почти ничего не ела, говоря, что не голодна. В новогоднюю ночь она не стала пить со мной, как мы обычно делали. Она просто казалась подавленной. А потом, в январе, она исчезла и оказалась у своей тёти. Я просто подумал, что ей нужно отдохнуть от всего».

«Она была близка со своей тётей?»

«На самом деле, ближе, чем со своими родителями. Её тётя была милой, но к тому же очень богатой. В 80-е она вложила унаследованные от деда деньги в прибыльную сделку, так мне рассказывала Робин. Акции выросли в цене, и она до конца своих дней жила на дивиденды. Она помогала финансировать многие ранние художественные проекты Робин».

«Я и не знала, что она была такой богатой», — сказала Дженни, хотя это пролило свет на то, почему за обучение Бонни платили другие.

«У неё был действительно красивый дом у реки в Джентлвейре. Отдельно стоящий, уединённый, понимаете? В некоторых домах по соседству соседи практически слышат, как ты сидишь в туалете». Он указал на квартиру. «Чёрт возьми, вся эта ерунда с охраной исторического наследия».

«Но дом Мэри был большим?»

«Да. С большим садом, который окружал его со всех сторон. Я был там только один раз, за много лет до того, как там поселилась Робин. Она никого не пускала к себе в гости».

«Ты вообще разговаривал с ней по телефону?»

«Не особо», — Стив пожал плечами. «Но Ли Кроули, возможно, общалась. Ты же её знаешь, да?»

«Да, я с ней разговаривала».

«Ну, она мне всегда казалась подозрительной. Жила за счёт Робин».

«В каком смысле?»

«Как художница она была не из лучших», — сказал он, снова ковыряя пальцами подлокотник дивана. «То есть до Робин. Она как бы паразитировала на ней. Но, полагаю, они были подругами».

«Как думаешь, Ли знала, почему Робин жила у Мэри?»

«Нет», — сказал он, решительно покачав головой. «Никто не знал. Робин могла быть очень скрытной, когда хотела».

Прозвенел звонок у входа в магазин внизу, и Дженни видела, как Стив с нетерпением ждет, когда сможет вернуться.

— Я оставил того парня заведующим, — сказал он ей. — Это его первая неделя. Внук моей сестры. Он не самый сообразительный. И что это за имя такое — Брет?

Дженни ухмыльнулась. Она уже немного потеплела к Стиву.

Было ясно, что он искренне заботился о Робин, что бы ни думали её родители. Она видела, что он тоже скорбит, по-своему.

«Думаю, ты действительно помог продвинуть расследование, Стив», — сказала она. «Спасибо».

Он встал и проводил её к двери.

Он остановил её, положив руку ей на плечо.

«Просто… не рассказывай всем о беременности, ладно?» — грубо сказал он.

«Мне придётся сказать инспектору», — ответила она.

«Я знаю, просто… больше никому, ладно?» — настаивал он. «Потому что Робин не хотела бы, чтобы все знали, через что ей пришлось пройти».

«Это останется между нами, обещаю», — сказала Дженни.

«Хорошо, хорошо», — сказал он. «Спасибо».

Когда Дженни вернулась в «Фоксглоув Коттедж», Реми сидел на пороге и ждал её. Его волосы были растрёпанными, глаза — красными, а на нём была та же одежда, что и накануне.

«Что с тобой случилось?» — спросила она, стараясь скрыть свою первоначальную озабоченность.