Страница 23 из 29
Глава 23. Под звуки арфы
Струны души играют в миноре
— Нам нужно незаметно добраться до тех дверей, — прижав Юнис спиной к ближайшей колонне, кивнул Тион в сторону противоположного конца зала. — Там Тронный кабинет, где можно поискать сведения о захоронении, — объяснил шёпотом.
— «Незаметно» это значит быть как они?
Юнис бросила взгляд за спину сирены. Неторопливые и мягкие, страстные и жаркие, грубые и властные — поцелуи наполняли Публичный зал звуками влажных прикосновений и томными стонами, которые плавная лирическая мелодия арфы не в силах была заглушить.
Не все поцелуи приходились на губы. И не все белые одежды оставались на телах своих обладателей.
Юнис поразило то, насколько легко люди, разрывая поцелуй, могут тут же начать целовать других. Словно не было никакой разницы. Никаких чувств.
Не поцелуи ради человека, а человек ради поцелуев.
Обмен партнёрами походил на танец на вампирском балу в Сан-Велиале. Вот только там все скрывались за масками, а здесь открывали не только лица.
Сильфиды, идущие на бал ради продолжения рода, сразу стали понятны. Как и то, отчего такой расслабленный, будто спросонья, у всех вид.
Цветы в груди Юнис чахли и вяли, сбрасывая лепестки к ногам топчущей их жестокой реальности.
Теперь откровенность виделась эльфийке не искренностью, а вульгарностью. Отсутствие смущения — не близостью, а бесстыдством. Высший Свет оказался не семьёй, а одной большой постелью.
— Да, солнце, — ответил на вопрос девушки Тион. — Нужно подыграть, чтобы не вызвать подозрений.
— Мы стоим — это уже подозрительно.
— Нам так будет удобнее продвигаться. Всё нормально, некоторые тоже стоят, — заверил он, и на глаза Юнис легла ладонь, когда она попыталась снова заглянуть ему через плечо. — Не смотри.
— Хорошо, я буду смотреть только на тебя.
Тион медленно опустил ладонь, оставив её на уровне губ девушки, — их взгляды встретились.
— Я помню — целовать в губы нельзя. Что насчёт шеи?
Юнис вспомнился мимолётный поцелуй Шелкопряда. Он был приятным.
— Если не хочешь, можем просто притвориться, — поспешно зашептал он. — Я не буду прикасаться.
«Любая в этом зале может заинтересовать его больше, чем ты. А скоро ещё и Вивьен придёт», — издевательски приговаривал внутренний голос.
— Я хочу, — без колебаний кивнула Юнис.
Тион бережно расположил свои руки на талии эльфийки. Он приближался к её шее так медленно, что девушка боялась задохнуться от волнения. А может, ей просто казалось. Может, это только для неё мгновение растянулось на мучительную вечность, а дыхание сократилось до одного короткого вдоха.
Прикосновение, хоть и было ожидаемым, всё равно заставило эльфийку вздрогнуть.
Юнис чувствовала себя натянутой до предела струной, играть на которой нужно максимально нежно, — только губами. И Тион играл. Сначала сухими. Затем влажными. Но всё такими же мягкими. Всё такими же чуткими.
Мелодией Юнис были прерывистые выдохи.
Юноша втягивал нежную кожу, легонько прикусывал, ласкал языком. Влажные дорожки рисовали карту движения: мочка, шея, ключица…
Такими же влажными были и цветы. Те, что внутри Юнис воспрянули вновь. Живая вода напитала их силой и желанием, задержавшись на бархатных лепестках капельками влаги.
Отстранившись, Тион взглянул Юнис в глаза, но очень быстро его взгляд переместился на губы. Сердце эльфийки напряжённо сжалось то ли от опасения, то ли от предвкушения. Но поцелуй не последовал. Юноша, прижимаясь теснее, запустил пальцы в её волосы, чуть наклоняя голову в сторону, чтобы больше открыть шею и покрыть поцелуями каждый её миллиметр.
С губ девушки срывались тихие стоны, сливающиеся с общим потоком себе подобных.
Юнис была опьянена новыми ощущениями. Близостью Тиона и тем, как он наслаждался ею. Но этого было катастрофически мало. Недостаточно. И как будто даже неполноценно.
Юнис тоже хотела насладиться им. Попробовать на вкус.
Сменить позиции оказалось легко. Расслабленный Тион, не ожидавший такого, в один рывок оказался прислонённым к соседней колонне. Девушка сделала это максимально мягко и бережно, помня о его травмах.
Юнис не стала смотреть в глаза юноши, чтобы не растерять решимость, — быстро скользнув кончиками пальцев по чешуе на шее, прижалась губами к ключице. Робкие воздушные прикосновения сменились чувственными и пылкими. На языке оседал солоноватый вкус — и девушке это нравилось. А ещё ей нравилось тяжёлое дыхание, вырывающееся из приоткрытых губ сирены, и учащённый стук сердца, который она буквально ощущала под своей ладонью.
Открыв зажмуренные от наслаждения глаза, Юнис увидела у Тиона на ключицах и передней, свободной от чешуи, части шеи Тиона несколько багровеющих отметин. Девушка испугано отпрянула, заглядывая в тёмные с туманной поволокой глаза.
— Тебе больно?
— Приятно.
Юнис завороженно следила за движением пухлых раскрасневшихся губ, произносящих это слово с томным придыханием.