Элегия солнцеликой

Глава 29. Усыпальница света

Темнота, стань моим другом,

Я безумно нуждаюсь в тебе.

Будь рядом, сожми крепко руку,

Позаботься, прошу, обо мне.

«Задыхаясь молчанием»

Юнис смотрела на Обсидиан и не узнавала. Словно перед ней был совершенно другой человек. Лишь глаза остались прежними. Такими же пронзительными. Такими же родными.

— Госпожа… — девушка взяла её побледневшую руку в свои и подняла, робко показывая изменения.

— Что за светавщина!

Растопырив пальцы, Обсидиан разглядывала свои ладони с таким ужасом, словно видела вместо них по меньшей мере клешни или копыта — нечто несовместимое с её привычной жизнью. Когда же она заметила чёрную косу, то и вовсе взвыла.

— Мои волосы… Мои белоснежные волосы… Да что ты наделала?!

— Я не знаю. Я не нарочно. Я просто хотела, чтобы вы не пострадали. Я не знаю, как так вышло…

— Она сняла проклятие, — к ним подошёл Тион, пнув по пути и так корчившегося в луже собственной крови Аэмора: такого же бледнокожего и черноволосого. — Светлый эльф защитил тёмного. Видимо, такое спасение свидетельствует о примирении рас.

— И на кой прах мне это примирение?!

— Я не знала, что проклятие возможно снять, — оправдываясь пролепетала эльфийка.

— Никто не знал, — буркнула нехотя Обсидиан и вскинула руку ладонью вверх, распаляя над ней язык синего пламени. Вены под бледной кожей запястья и кисти потемнели, пронося магию через кровь, а потом вновь померкли, когда королева сжала ладонь в кулак. — Хоть огонь на месте, — проговорила с облегчением. — Ну что, довольна? — вновь взглянула на перепуганную Юнис. — Теперь я такая же поганка как ты.

— Нет, вы похожи на Тиона, — возразила она ободряюще.

Эти двое и правда смотрелись так гармонично, что у Юнис невольно просыпалась зависть. Они были настолько идеальной парой, что эльфийке хотелось самоустраниться, чтобы не портить картину собой. Безобразной и неказистой. Слишком вычурной и неуместно цветной. Она ощущала себя гадкой ржавчиной на искусном изделии.

Обсидиан смерила наёмника оценивающим взглядом, словно видела впервые.

— Тебе такой вид подходит. А мне — нет.

— Уверен, вы были бы неотразимы даже с зелёной кожей, — засиял Тион. — Вам просто нужно время привыкнуть.

— Мне просто нужно избегать отражающих поверхностей.

— Многого себя лишаете. Но я рад, что мне для того, чтобы любоваться вами, зеркало не нужно.

— Вы действительно очень красивы, госпожа, — Юнис коснулась её руки. — И были, и есть. Я понимаю, что вам тяжело будет принять такие изменения. Но ваша красота не держалась на одном лишь цвете волос. Вы пронизаны ею полностью. Начиная от черт лица и безупречной осанки, и заканчивая вашей выдержкой и чувством собственного достоинства. Вас не может лишить вашего величия ни какое бы то ни было проклятие, ни его снятие.

Бледные щёки Обсидиан впервые окрасил румянец.

— И всё же один пытался лишить меня величия, — она смущённо одёрнула руку и направилась к вздрагивающему на чёрной магме телу. — Как она тебя, — одобрительно с гордостью за Юнис хмыкнула королева.

Все трое нависли над Аэмором.

— Поганка… — прохрипел он.

— Не Поганка, а королевский секретарь, — деловито исправила его Обсидиан. — Больше уважения.

Юнис потрясённо впилась в неё взглядом — и та покровительственно кивнула.

— И что с тобой делать? — лицо королевы, посмотревшей вновь на брата, исказило омерзение. — Добить?

— Да, убей меня, — вместе с блеклыми вялыми словами из его губ сочилась насыщенная синяя кровь.

— И облегчить тебе участь? Нет уж, лучше оставлю тебя умирать в муках, — она присела и, брезгливо отбросив руку Аэмора, взялась за рукоятку с пауком. — Только заберу своё, — резким рывком извлекла кинжал — и кровь из открытой раны хлынула потоком.

Вытерев лезвие о бархатный рукав, Обсидиан поднялась и направилась в сторону кладбища.

— Пойдёмте. Много чести какой-то крысе.

За аркой их встретил выбежавший из глубин кладбища Тартар. Опустившись, Обсидиан потрепала его по пушистому брюху, а потом двинулась прямиком к усыпальнице, проходя мимо мраморных эльфов также спокойно, как мимо деревьев в лесу.

— Скорее всего дроу лишились и ночного зрения, — посетовала она. — Сейчас в моём королевстве хаос.

— У них есть огонь, госпожа, — напомнила Юнис. — Ваш народ будет в порядке.

— Всё равно нужно поскорее вернуться и со всем разобраться. Как минимум, приструнить мужчин, позабывших, где их место.

Они замерли перед усыпальницей. Узкое высокое строение из белого мрамора походило на эльфийское ухо. Заострённое, вытянутое, изящное. Внутри стрельчатой арки располагались двери с золотым изображением стремящегося ветвями ввысь древа, а с двух сторон от неё — вросшие в стены колонны, выходящие за фронтон короткими остроконечными башнями. Такие же колонны, но на порядок тоньше, имелись и на боковых стенах — они образовывали закруглённые выступающие арочные проёмы, которые словно предназначались для окон, но были безжалостно замурованы камнем.