Страница 59 из 87
29 Неожиданная гостья
Мы оба молчали. Тишина в комнате стояла оглушающая. В ней я не слышала даже собственного сердца — будто мир настолько затих, чтобы я могла услышать, как трещит внутри меня что-то важное. Между нами с Рейном.
Он стоял передо мной. Не двигался. Сначала прошёлся по мне таким взглядом, что я сильнее затряслась, а затем опустил взгляд на свою руку, стянул рубашку, бросил в сторону. Каждое движение его было резким, деревянным, словно ему было тяжело себя контролировать. Опустил голову и осмотрел себя. Там, где ещё недавно его плечо и руку рассекали золотые узоры, теперь было пусто.
Он больше не был моим истинным, не принадлежал мне по воле богов, и осознание этого так сильно ударило, что я зажмурилась. До этого момента не осознавала насколько сильно к нему прониклась. Онемела вся, когда перед глазами вспыхнула сцена в гостиной: он, мой дракон — сильный, крепкий, высокий, и его бывшая невеста у его ног, в глазах у неё восхищение.
Открыла глаза, прошлась по нему внимательным взглядом, и что-то внутри кольнуло. Шрам на его боку… исчез. Ещё какое-то время назад его смуглую кожу рассекали рубцы, а теперь он был едва заметен. Значит ли это, что связь с драконом восстанавливается и начинает действовать драконья регенерация?
— Ты ничего не скажешь? — спросила, но он меня не понял. Просто не смог, потому что видела: все силы потратил на контроль своих реакций. Впервые передо мной выдавал всю свою военную выдержку — и именно эта выдержка пугала меня больше, чем любая вспышка гнева.
Он прошёл вперёд, наклонился за рубашкой. Накинул на плечи и принялся чётко и неспешно застёгивать пуговицы. Тишину между нами разбавляли лишь звуки его шагов, рваное дыхание.
Не было в этой тишине поражения. Для меня ничего не изменилось, потому что я не чувствовала истинности до сих пор, и для меня она была лишь красивым узором.
Но я видела, как этот узор был важен для него. Оттого внутри боль забилась, страх, что всё что он ко мне испытывал на этих узорах и было завязано. Он ведь не подошёл, ничего не сказал. Даже смотрел совсем не так как раньше.
Что чувствовал Рейн, я не знала, и спросить не рискнула. Стушевалась под его тяжёлой, давящей силой, опустилась на край кровати и принялась наблюдать за его движениями.
Если он был таким… другим. Сдержанным, отстранённым, почти безучастным — что происходило с его драконом?
— Ты в этом доме хозяйка, — вздрогнула от хриплого голоса Рейна, потому что не ожидала. Он стоял, расставив ноги, будто искал опору и буравил меня таким взглядом, что всё внутри скрутило тугим узлом.
Движения и голос он ещё пытался контролировать, а вот взгляд не смог. В нём горела такая злость, ревность, что я не смогла не ответить. Отреагировала рваным вдохом. По всему телу, как будто тонкие иглы под кожу вошли.
Я кивнула, и он принялся чертить по моему телу взглядом, будто лихорадочно выдумывал, как мог отметить меня иначе. В груди зацвела надежда, что я нужна ему. Нужна и без этих узоров. Обняла себя руками, но не закрылась от него, просто не смогла выдержать такую концентрацию его силы.
От взгляда Рейна всё тело горело, каждый сантиметр.
— Можешь делать всё, что пожелаешь. Если хочешь что-то изменить — я не буду против, — добавил и замолчал.
Подняла глаза к его лицу. Ждала, что сделает ко мне шаг, поцелует. Но он стоял. И в этом было столько напряжения, что казалось, воздух между нами звенел, как натянутая струна.
— Мне нужно позвать лекаря, чтобы он осмотрел тебя? — хрипло спросил, едва различимо. Качнула головой, и он принял это.
Единственное, чего я сейчас хотела, — чтобы, как прошлой ночью, Рейн остался со мной. Но сказать не смогла. Слова застряли в горле, потому что боялась, если произнесу их, то расплачусь.
— Тогда доброй ночи, — отозвался он и, развернувшись, покинул мою комнату. А я так и осталась сидеть на кровати. Обняла себя руками и закрыла глаза.
Я вернула свою силу.
Вырвала её из Рагнара, точнее, Ризвана, но отчего-то никакого восторга мне это не принесло. Вероятно, потому, что в прошлом магия была моей единственной ценностью, моей опорой. А теперь многое изменилось.
Поспать мне так и не удалось. Сон не шёл, сердце бешено колотилось, магия бесновалась, причиняя мне боль, гуляла по телу, искала себе место. Не рвалась, привыкала.
Тяжесть в груди за эту ночь стала только сильнее. И когда я спустилась в столовую, вся эта тяжесть в груди тяжёлым камнем упала в желудок. Аппетит пропал. Ароматы выпечки, топленого масла и овощей померкли. Теперь я чувствовала лишь запах дыма из приоткрытого окна.
Рейна не было, и стол был накрыт только для меня. Служанки, что суетились у стола, прятали от меня глаза, а когда появилась Ирис, я узнала: истинный отправился к императору. С самого утра отказавшись от еды.
К обеду Рейн тоже не появился, вместе с этим внутри меня разрасталась тревога. Чтобы не потонуть в вязких мыслях отправилась осматривать дом.
Этот дом сильно отличался от того, в котором мы были раньше. Здесь не было ни уюта, ни тепла, ни души. Коридоры казались широкими и пустыми, гостевые спальни изящно обставлены, но холодные, а библиотеки здесь не было. Несколько книг я нашла в кабинете Рейна за его столом.
Вошла сюда, хоть и не знала, можно ли мне. И внутри что-то зашевелилось. Здесь был его запах, и от этого драконица внутри меня всколыхнулась. Исчезновение истинности ничего для неё не изменило: она всё так же реагировала на его запах. Для меня тоже мало что изменилось: я всё ещё чувствовала его как своего.
Провела пальцами по натёртой воском блестящей столешнице. Коснулась предметов, что он хранил на столе: камни-артефакты, ножи для писем, несколько конвертов, и тяжесть медленно сменялась теми самыми бабочками, что били внутри меня крыльшками. Сердце гулко застучало, приятное тепло растеклось по телу.
Когда обратила взгляд к книгам, поняла, что ничего из личного архива его матери я здесь не найду. С досадой осмотрела то, что имеется, и развернулась.
Ирис как раз вошла и постучала по открытой двери.
— Моя госпожа, у вас… гости, — произнесла и прошла вперёд. Вид у неё был удивлённый, растерянный. Впрочем, и я сама удивилась. Ждала, что сейчас войдёт бывшая невеста Рейна, глубоко вдохнула, но в кабинете появилась другая.
Та женщина с бала, со светлыми волосами. Сегодня она выглядела гораздо хуже. Под глазами залегли тёмные круги, светлые волосы разметались по плечам, а губы были сжаты в нить. Словно сегодняшняя ночь наложила свой отпечаток и на неё.