Страница 41 из 87
19
Анна
Разговор с Рейном меня взволновал. Я и подумать не могла, что он отправится на юг, тем более будет заботиться о моём будущем. Стоило ему сказать, что он выкупил дом моих родителей, я потеряла дар речи.
Сердце заколотилось, а дрожь пошла по телу, опустилась к ступням и там застыла, словно корни, не давая сделать шаг. Первой реакцией был страх. Он пронзил меня острой болью, а следом накатила ледяная волна, колючая, как осколки стекла.
Если он выкупил дом, то непременно попросит что-то взамен. Закрыла лицо руками и даже вдохнуть не смогла: на то единственное, что у меня осталось, прошлой ночью уже покушался его дракон.
Опустила руки, сжала их в кулаки и обернулась в глубину коридора, откуда только что пришла. Злость теперь разгорелась в груди, вспыхнула, как сухой куст под палящим солнцем. Я ведь не просила. Мне ничего не надо. Я справлюсь.
Судорожно вдохнула и собралась отправиться в библиотеку, но замерла.
Где-то внизу послышался до боли знакомый голос. Хриплый смех донёсся до моих ушей и ударил, словно хлыст. Тело забилось мелкой дрожью, грудь сдавило судорогой, а глаза наполнились слезами. Такие знакомые реакции охватили меня, и я не сразу осознала, что вообще происходит.
Пошатнулась. Упёрлась спиной в стену, тщетно пытаясь вернуть спокойствие, но оно не приходило. А смех внизу становился громче, въедался в кожу, полз по позвоночнику. Сквозь гул в ушах я услышала его голос:
— Давненько я не заходил. Позовёшь Рейна. У меня к нему важный разговор.
На деревянных ногах двинулась вперёд. Не рискнула пройти к лестнице, подойти ближе, чтобы увидеть его. Повернула к библиотеке.
Каждый шаг давался с трудом, сердце билось в груди загнанной птицей. Когда добралась до двери, пальцы скользили по ручке, не слушались, дрожали. Наконец я схватилась за неё и замерла, вцепившись так крепко, будто от этой холодной металлической опоры зависела моя способность дышать.
Страх пошёл по телу с новой силой, расцвёл пышным цветом в груди, пробрался в кровь и растёкся по венам, как ледяная ртуть.
Рагнар был знаком с Рейном.
Они были знакомы.
Когда я вошла в библиотеку, передо мной появилась Мариэль. Строгим взглядом окинула меня, но, заметив моё состояние, мгновенно изменилась в лице. Она бросилась ко мне, что-то говорила, но слова растворялись в шуме, который стоял у меня в голове. Вокруг меня словно натянули плёнку — она сжимала, давила, не давала дышать. Перед глазами пошли тёмные пятна, ноги стали ватными, пальцы заледенели, а горло стянуло невидимой рукой.
Я качнулась вперёд.
Кажется, меня удержали.
Потом я оказалась на полу.
Когда передо мной возникла Берта, я принялась отползать, упиралась и просила их оставить меня в покое.
Отползала, пока не упёрлась в стену. А потом вообще перестала кого-либо видеть. Холод накрыл с головой, как тяжёлое одеяло, и я почувствовала, как падаю в беспамятство.
* * *
Рейн
— Она. В. Библиотеке, — произнесла Берта, и я рванул вперёд.
Каждый шаг отзывался в теле, как удар молота. Дверь в библиотеку была распахнута, внутри суетилась Мариэль и двое её помощников.
Анну я нашёл на полу. В глазах её стоял ужас, взгляд был расфокусирован, а движения давались с трудом.
Она была не в себе.
Я скомандовал оставить нас и замер. Обхватил голову руками, жадно осматривая её, впитывая каждую деталь. Ловил этот неописуемый ужас в её глазах, дрожащие пальцы, которыми она цеплялась за юбку платья, будто ища опору, которой не было.
Втягивал в себя её страх, словно подкидывал дрова в огонь ярости моего зверя. Ещё до того, как шагнул к ней, знал: теперь не отступлю, даже если Ризван и его отец будут молить о пощаде. Пойду до конца. Буду давить так, как решил, когда ещё не знал, что Рагнар — это на самом деле моя родная кровь, а тень его поступков накрывает тех, кто мне дорог.
Шагнул к Анне, присел перед ней на корточки и протянул руку. Но она меня не узнала. Билась в истерике, задыхалась, боль пережитого катилась по её щекам мокрыми дорожками. Я будто получил удар в грудь, задыхался вместе с ней. Звал её по имени и ненавидел себя за слабость, потому что не был уверен, что она меня слышит.
— Анна, посмотри на меня, — произнёс я и коснулся её щёки.
Магия, что была теперь у Ризвана и зацепилась за меня, скользнула дальше — туда, где ей было место. К той, кому она была дарована.
Моя истинная замерла. Едва заметно дёрнулась, принимая свою силу. А потом посмотрела мне в лицо. Лихорадочно чертила взглядом вертикальные линии, пока он не остановился над бровью, где у меня красовался шрам, рассекавший кожу.
С трудом поймала мой взгляд, ухватилась за рукав, будто я был единственной её опорой. Я подался вперёд, стал ещё ближе. Обхватив её плечи, притянул к себе и отдал оставшуюся магию, которая ей принадлежала.
— Он здесь, — бормотала она. — Ты его знаешь. Ты меня отдашь.
Я ничего не говорил. Действовал медленно, боясь её спугнуть. Аккуратно сел рядом, перетянул к себе на колени и обхватил ладонями её лицо. Знал, что где-то внутри она чувствует связь между нами. Видел, как она неосознанно тянется ко мне, вдыхает мой запах, и надеялся, что моя близость её успокоит.
Когда взгляд сфокусировался на мне, Анна протянула руки и упёрлась мне в грудь.
— Ты его знаешь? — спросила она с недоверием. Подозрения, скользнувшие в её взгляде, оцарапали меня, как лезвие. — Ты знаешь Рагнара.
— Он обманул тебя, Анна. Это не его имя, — отозвался я, подбирая слова, которые не прозвучали бы как ложь. Я хотел, чтобы она верила мне. И дал себе время, чтобы продолжить.
Три.
Два.
Один.
— Тебя обидел мой племянник. Его зовут Ризван.
А затем притянул её к себе, крепко прижимая к своей груди.