Развод. (не) придуманное счастье

Глава 28

Наталья

Его губы были тёплыми и требовательными, и вместо того, чтобы отстраниться, я подалась навстречу. Не знаю, что это было, благодарность за поддержку, слабость после пережитого потрясения или что-то другое, чему я боялась дать название, но я ответила на этот поцелуй так, будто от него зависела моя жизнь.

Кирилл на мгновение замер, словно проверяя, не оттолкну ли я его, а когда понял, что нет, обнял ещё крепче. Его руки скользнули по моей спине, зарылись в волосы, и весь мир вокруг сузился до этого объятия, до его дыхания, смешивающегося с моим.

— Наташа… — прошептал он между поцелуями, и в этом коротком слове было столько всего, что у меня перехватило дыхание.

Я не помнила, как оказалась на его руках. Он поднял меня легко, будто я ничего не весила, и понёс через коридор, не отрывая губ от моих висков, щёк, шеи.

Я обнимала его за плечи и чувствовала, как колотится моё сердце, то ли от страха, то ли от того чувства, которому я ещё сама не дала название.

В спальне он опустил меня осторожно, будто боялся спугнуть, и на секунду замер, глядя мне в глаза, словно спрашивал разрешения ещё раз. Я не ответила словами. Я просто притянула его к себе.

То, что случилось между нами дальше, было далеко от того, что я могла себе представить. Не было в этом торопливости или простой физической тяги, было ощущение, будто кто-то наконец увидел меня настоящую, всю мою боль и усталость, и попытался согреть теплом собственных рук. Каждое его прикосновение было бережным, каждое движение будто вопрос, на который я отвечала лишь тем, что не отстранялась. Я забыла на эти минуты обо всём: о Сергее, о его предательстве, о собственном страхе, осталось только это единственное чувство близости, в котором не было ни капли фальши.

Когда всё закончилось, я лежала, прижавшись к его груди, и слушала, как стихает его дыхание, как бьётся его сердце, быстро, а потом всё медленнее. Его рука лежала на моём плече, пальцы бережно перебирали пряди волос, и в этой тишине было что-то настолько правильное, что мне стало страшно.

Страшно, потому что я вдруг поняла, насколько мне было хорошо. Насколько легко было довериться этому человеку, забыть себя рядом с ним. А ведь я не имела права на это чувство. У меня был муж, пусть предавший меня, пусть исчезнувший неизвестно куда, но я всё ещё была связана с ним, всё ещё носила его фамилию, всё ещё ждала ответов. И Кирилл… Кирилл был другом Сергея, пусть и в прошлом. Человеком из совершенно другого мира. Всё это казалось таким неправильным, таким обречённым на боль, что я вдруг резко села, натягивая на себя простыню, будто она могла защитить меня от того, что произошло.

— Наташа? — Кирилл тут же почувствовал перемену, приподнялся на локте, взглянул на меня внимательно.

— Это была просто страсть, Кирилл, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось от собственных слов. — Ничего больше. Нам не стоило… это была ошибка.

Я видела, как изменилось его лицо будто я ударила его. Он ничего не ответил, просто смотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором было столько всего, что я не выдержала и отвела глаза.

— Мне нужно побыть одной, — пробормотала я, поспешно поднимаясь и хватая одежду.

Он не пытался меня остановить, не сказал ни слова. И это молчание было тяжелее любых упрёков.

Я почти выбежала из его спальни, прошла по коридору на негнущихся ногах и, оказавшись наконец в своей комнате, навалилась спиной к двери, будто спасаясь бегством от самой себя.

Сердце колотилось так, что было больно в груди. Я закрыла лицо руками и поняла, призналась себе наконец честно, что Кирилл Волков мне совсем не безразличен. Что то, что произошло между нами, не было просто минутной слабостью. Что я хотела этого, хотела его тепла, его рук, его взгляда, каким он смотрел на меня.

Но я вспомнила и другое, как изменилось его лицо в ту секунду, когда я произнесла эти жестокие слова. Я обидела его, ранила специально, лишь бы отгородиться, лишь бы не признавать то, что творилось у меня внутри. И мне было мучительно больно за это.

И всё же я убеждала себя, что поступила правильно. Что у нас с Кириллом нет будущего, его просто не может быть. Он бывший друг моего мужа, человек другого круга, другой жизни. А я… я всё ещё чья-то жена, всё ещё женщина, которая ищет пропавшего супруга, не зная, жив он или мёртв, любит она его ещё или уже ненавидит.

Я говорила себе, что как только эта история закончится, как только мы найдём Сергея, узнаем правду, наши с Кириллом пути разойдутся навсегда. Что этой ночи не было. Что это осталось лишь моей слабостью, которую я не позволю себе повторить.

Но сердце, вопреки всем доводам разума, продолжало биться так, будто знало то, чего я сама себе боялась признать.