Страница 31 из 71
Глава 16
Кошки-мышки
После того, как я приезжаю в офис на такси, я решаю выбрать стратегию избегания. Хватит с меня Вяземского на сегодня. Я ещё не оправилась после его выходки за столом. До сих пор в дрожь бросает.
В общем план прост. Не попадаться на глаза мужу.
Вот только на деле это оказывается сложнее, чем звучит. Потому что этот офис — это его территория. Каждый коридор, каждый поворот, каждая, блин, стеклянная перегородка принадлежит ему. Я чувствую себя мышью в лабиринте, где за каждым углом может ждать голодный кот.
Особенно всё это остро ощущается после такого эпичного утра и его странных слов про моногамный брак. И после этих обжигающих, порочных прикосновений его губ к моей коже.
Чёрт. Мне нельзя думать об этом. Мне нельзя обманываться тем, что Дима вдруг решил удостоить меня своим вниманием и стать верным мужем, который хочет со мной отношений. Столько времени он не обращал на меня внимания, выбрал вместо меня подделку в виде Лики, а тут на тебе. И жена, оказывается, ничего, вроде даже лучше.
Сравнить нас хочет? Пополнить коллекцию своих побед? Просто прогнуть меня, потому что он хищник и привык, что все ему подчиняются? Обойдётся. Не на ту он добычу напал. У меня есть зубки.
В общем, не верю я ему совершенно. Это больше похоже на какую-то неудачную шутку. Я не куплюсь на этот фарс. Не знаю, какие цели он преследует, но у меня есть свои. Сбежать из этого брака, который стал для меня удавкой. И даже есть конкретные шаги, как этого добиться.
Но не сегодня. Сегодня я не в состоянии гоняться за Ликой и Димой. Сегодня я действительно буду мышкой, которая сидит в своей норе.
Первый час после приезда в офис я успешно прячусь у себя в кабинете. Закрываю дверь и делаю вид, будто изучаю отчёты. Правда строчки расплываются, а в голове каждую секунду возникает Дима со своей невозможной, нахальной, победной улыбкой.
Проклятый Вяземский!
Вера приносит кофе и смотрит на меня с лёгким недоумением. Наверное, выгляжу я не очень. Даже не посмотрелась в зеркало, может я до сих пор в мороженом?
— Яна Сергеевна, у вас всё в порядке? Вы какая-то… взвинченная, — осторожно замечает она, останавливаясь напротив моего стола.
— Всё отлично, Вера. Просто… не выспалась.
— Понятно, — кивает она с понимающим взглядом, думая, наверное, что мне муж не давал спать. Что, по сути, недалеко от истины. Только вот корни проблемы в другом. И вовсе это не про удовольствие. — Кстати, Дмитрий Игоревич просил передать, что ждёт вас в переговорной в двенадцать. С окончательными цифрами по китайцам.
— Я буду.
Но к двенадцати никакого желания появляться там у меня так и не возникает, поэтому я отправляю Веру вместо себя, она в курсе всех цифр и отлично справиться одна. Сама же я ссылаюсь на срочный звонок из Министерства. Старый трюк, но работает.
Дима не может ворваться ко мне в кабинет и силком потащить на совещание. Наверное.
До конца в этом я не уверена. Как вообще теперь ни в чём не уверена, что касается мужа. В последние дни он вообще сам на себя не похож. Не таким я его видела эти два года совместной жизни. Не таким я его помню, когда мы познакомились. Он стал в разы опаснее и активнее. Лёд треснул, обнажив горячего зверя.
К двум часам дня голод начинает напоминать о себе громким урчанием в животе. Спазмы заставляют скрючиться на мгновение от боли и просигнализировать о том, что вообще-то я не завтракала толком. Если не считать того злополучного мороженого, которое так и не попало мне в рот. Но об этом лучше не думать, сразу как-то… душно становится.
Я решаюсь на вылазку. Крадучись выхожу из кабинета и направляюсь к офисной кухне, оглядываясь по сторонам. Двигаюсь максимально быстро и бесшумно, реально чувствуя себя загнанной в ловушку мышью. Надеюсь, что Дима в это время на обеде с партнёрами. Да и вообще никогда не видела его на местной кухне и надеюсь, не увижу.
К счастью, в помещении пусто.
Я выдыхаю и открываю холодильник. Достаю йогурт и банан. Негусто, но хоть какие-то калории. Прислоняюсь бедром к столешнице и тянусь к стаканчику с йогуртом, как вдруг чувствую движение за спиной.
— Попалась.
Горячий шёпот у самого уха. Тяжёлые ладони ложатся на столешницу по обе стороны от меня, отрезая пути к отступлению. Я оказываюсь в клетке из его рук. Дима стоит так близко, что бедром я упираюсь в его пах, и отчего-то мне кажется, что он уже возбудился. От моего присутствия, видимо.
Вот же…
Я замираю, и сердце ухает в мой бедный голодный желудок. К щекам приливает кровь от осознания, что он сейчас стоит так близко и думает… о чём-то очень неправильном и порочном в отношении меня.
— Дима, — цежу я сквозь зубы, не поворачиваясь к нему. — Отпусти меня.
— А что ты мне сделаешь? — его голос вибрирует у моего виска, и мурашки бегут по спине целой армией. Он на мгновение касается носом моей щеки. Вдыхает мой запах, отчего я чувствую, как слабеют колени. — Клубнику метнёшь? Так здесь её нет. Я уже проверил.
— Очень смешно. Выпусти меня из своего капкана.
— Не хочу.
Он движется носом к моему уху. А следом я чувствую прикосновение его губ, лёгкое, едва заметное. Но моё тело реагирует мгновенно. Сердцебиение ускоряется, ладони потеют, я едва дышу. По венам разливается сладкое, тянущее тепло. Низ живота наполняется тяжёлым свинцом.
— Ты весь день от меня бегаешь, Яна, — говорит он низко. — Совещание пропустила. На обеде не появилась. Ходишь там, где я не хожу. Сидишь в своём кабинете с важным видом. Это начинает выглядеть… подозрительно.
— Может, мне просто неприятно находиться с тобой в одном помещении.
— Неприятно? — усмехается он. — А утром, когда я слизывал мороженое с твоей груди, тебе было очень даже приятно. Я чувствовал, как ты дрожишь. Как твоё сердце колотится. Хочешь, напомню?
— Не смей.
— Или что?
Я резко разворачиваюсь. Запрокидываю голову и смотрю ему в глаза. Теперь мы так близко, что между нами не больше пары сантиментов. Его взгляд обжигает, в нём таится такое тёмное, опасное желание, что я уже жалею, что посмотрела на него. В груди всё трепещет перед его подавляющей аурой.
— Ты играешь с огнём, Вяземский, — говорю я. — И когда-нибудь обожжёшься.
— Жду не дождусь этого момента.
Он наклоняется ещё ближе. Его губы почти касаются моих. Я чувствую запах мяты на своей коже. Моё дыхание сбивается окончательно, и на одно ужасное мгновение я понимаю, что если он сейчас меня поцелует, я не смогу его оттолкнуть. Просто не смогу.