Страница 69 из 72
Глава 44
Счастья в жизни столько, сколько ты сможешь заметить
Марат
Солнце за окном начало падать в закат, а мы всё так же лежим в кровати, и вылезать из неё вообще неохота. Хотя на сегодня была запланирована туева хуча дел, но похрен — всё потом. Сейчас мне слишком хорошо, чтобы вставать и куда-то переться, даже если очень надо.
Ничего не надо. Главное у меня есть: растекся, как масло по тёплой булке, лежу на спине, а Поля свернулась калачиком у меня под боком. Щекотно дышит мне в подмышку, волосы рассыпались по моей груди. Алый закатный свет через незадёрнутые шторы падает на её бледное плечо, играя на нём алыми всполохами.
С ней я всегда чувствую странную вещь: меня не тянет встать и свалить, или выкурить сигарету на балконе. Всегда после секса я уходил. Или выставлял бабу за дверь, если дело было у меня. Неважно, насколько хорош был секс — я не мог оставаться. Долго находиться с кем-то в одной постели — не моё.
С Полей всё сломалось с самого начала. Или даже раньше.
Вспоминаю нашу с ней встречу, которая была мимолётной, но осталась со мной на много лет: здание суда, серое бетонное крыльцо и тоскливый октябрьский день. Ей тогда было лет четырнадцать, наверное.
Она стояла, вжавшись спиной в обшарпанную стену, в руках тряпичная сумка. Лицо пепельное, опухшие от слёз глаза. Рядом стояла её бабушка. В тот день было первое слушание по делу её родителей и моего родственника-отморозка. Я вышел после заседания и остановился покурить.
Смотрел на этих двоих — старушку и малолетку, в один миг ставших сиротами по вине ублюдка одной крови со мной… В тот день я перевёл её бабушке деньги, нормальную сумму. А потом уехал в Москву и больше не возвращался в родной город. Даже к деду не ездил, всегда он ко мне приезжал. И встретил Полю в Москве через много лет.
Сколько там миллионов населения в этой большой деревне? Что-то около тринадцати, кажется? Судьба…
— Поля, — говорю, глажу её по спине, ощущая хрупкие косточки позвонков под пальцами. — Полетели отдыхать? У нас билеты с открытой датой.
Она вздыхает, виновато шепчет: — Марат, у меня же работа. Директор у нас не любит внезапных невыходов. Тем более я брала отпуск… на свадьбу с Вадиком… Что она про меня подумает, если я снова приду с заявлением на свадебное путешествие?
— Да похрен, что она подумает. Мне всё равно.
— Мне не всё равно, Марат.
Молчу, не настаиваю — раз ей это важно, пусть так. Потом как-нибудь смотаемся в кокосовый рай…
Поля снова утыкается мне в подмышку. Долго молчит, потом оттуда вздыхает: — Завтра попрошу кого-нибудь из преподавателей взять мои занятия. Если согласятся, то полетим, ладно?
Подгребаю её к себе ещё ближе, целую в пахнущую вереском макушку — кайфовая девочка мне досталась.
Откуда-то с пола раздаётся пиликанье. Поля подрывается вскочить: — Мой телефон! Вдруг Аленка⁈
— Лежи! — торможу её и тяну руку к её сумке возле кровати. Подцепляю, протягиваю Поле. Она начинает торопливо в ней копаться, чертыхаясь сквозь зубы: — Да где же ты, зараза⁈
Наконец выуживает телефон, смотрит на экран и растерянно произносит: — Это директор…
Прижимает телефон к уху, слушает, кивает. Несколько раз повторяет «поняла» и кивает головой, как будто директриса может её видеть.
Когда откладывает телефон, в глазах у неё такое изумление, будто она только что выиграла в лотерею, которую не покупала.
— Марат, не поверишь, это звонила Эльвира Борисовна, директор центра. У соседей сверху прорвало канализационную трубу в одном из туалетов. Никто не знал, потому что у компании сегодня выездной корпоратив и в офисе никого не было. В общем, их залило… э-э-э… нечистотами. А ночью всё это протекло вниз, то есть в наш детский центр. Аварию только что устранили, но на обоих этажах ужас и нужен серьёзный ремонт. Занятия в центре отменяются минимум на две недели…
Я довольно хмыкаю — а Вселенная-то на нашей стороне. Поля смотрит на меня, её губы начинают дрожать от смеха, и через секунду мы уже ржём, как ненормальные.
— Судьба, — говорю, отсмеявшись. — Намекает!
Беру телефон, лезу в приложение, бронирую вылет ночным рейсом.
— Всё, Полина Андреевна, завтра будешь полоскаться в океане и пить мохито из кокоса. Тебе понравится… — снова притягиваю её к себе под бок. Щипаю за гладкую попу и шучу: — Что за дела? Обычно женщины уговаривают мужиков смотаться на море, а у нас все наоборот. Непорядок!
— Я никогда не была на океане, — признаётся она. — Даже на Чёрное море всего один раз ездила.
— Значит, теперь у нас есть цель: объехать все моря и все океаны на нашем шарике. Пока в каждом не искупаешься, будем гонять по нему.
— Что, и в Северном Ледовитом будем купаться⁈ — изумляется со смехом.
— Да, — отвечаю на полном серьёзе. — Есть туры на ледоколах. Руки намочить в ледяной водичке точно сможем.
Поля смотрит на меня так, что внутри, под сердцем у меня, что-то переворачивается. И в этот момент её телефон снова пищит.
— Аленка! — выдыхает она, глядя на экран. Хватает трубку и начинает верещать, всхлипывать и смеяться — даже без громкой связи я слышу, как там подруга что-то изливает моей жене.
У меня тоже звонок. Номер не определяется, но я и так знаю, кто это.
— Слушаю, Крейн, — говорю, приняв звонок.
— Девочка в порядке, — отвечает так спокойно, будто он не человека спас, а чашку кофе сварил.
— С организатором что?
— Вопрос решён радикально. Можешь забыть.
— Кто он?
— Младший брат Мусы. Недавно откинулся, десятку чалил за наркоту. Фото тебе сбросил.
После паузы слышу пиликанье телефона о входящем сообщении. Смотрю на то, что прислал Крейн, и даже у меня тошнота к горлу подкатывает. Но в том, что осталось от ублюдка, опознаю мужика, который увёл Полю из того кафе. И до этого я видел его с Мустафой в ресторане…
Смахиваю тошнотную картинку с экрана и снова подношу телефон к уху. — Спасибо. Жду счёт.
В трубке молчание. Потом звучит короткое: — Счёта не будет.
— Чего? — я даже приподнимаюсь. — Крейн, ты… Ладно, я всё равно твой должник. Девочку привези в мой дом.
— Девочка пока останется у меня, — перебивает он и кладёт трубку.
Я смотрю на телефон. Потом забираю у Полины её мобильник — она всё ещё разговаривает с подругой.
— Алена, — говорю. — Где ты? Что происходит?