Страница 34 из 72
Глава 25
Мне нравится
Полина
Марат уходит, а я сижу на кровати, обхватив колени руками, и смотрю на закрытую дверь. В голове каша из мыслей, эмоций и воспоминаний о сегодняшнем дне. Надо бы всё это переварить, разложить по полочкам. Но тело становится тяжёлым, глаза слипаются, хотя я проспала половину дня. Снотворное мне вкатил, что ли?
Решаю, что бороться с собой не буду — главное, он ушёл. Ложусь, натягиваю одеяло до подбородка и закрываю глаза. Проваливаюсь в темноту почти мгновенно.
Просыпаюсь от того, что мне жарко. Я лежу на боку, а со спины ко мне прижимается что-то горячее и большое. Поперёк талии расположилась мужская рука, придавливает меня к кровати.
Лежу, слушаю мерное сонное дыхание за спиной, втягиваю уже знакомый запах сандала и чего-то горьковатого, перечного. Что Зверь делает в моей постели? Пытаюсь пошевелиться, но рука на талии напрягается, придавливает, а голая мужская грудь плотнее прижимается к моей спине. И не только грудь!
В поясницу упирается что-то твёрдое, и до меня доходит, что это эрекция. Рот у меня потрясённо приоткрывается — у него это никогда не проходит, что ли? Вчера в машине кончил, потом дома мне в рот… И ему снова мало⁈
Замираю, и когда дыхание Марата выравнивается, осторожно пытаюсь выползти из-под его руки. Медленно, по миллиметру, чтобы не разбудить. Мне нужно в туалет и куда-нибудь уйти отсюда, пока… этот не проснулся. Хоть на кухню уйти, хотя там эта Лика и свора её горничных. Или во двор выйду — на улице светит яркое солнце, пробивается сквозь плотные шторы.
Но едва я сдвигаю его руку на пару сантиметров, Марат дёргается, сжимает пальцы на моей талии и тянет к себе.
— Куда собралась? — спрашивает сонным голосом.
— Отпусти, мне нужно… — пищу возмущённо.
Не обращая внимания на мой протест, разворачивает меня к себе лицом, и я оказываюсь прижатой к его груди. Нос утыкается ему в ключицу, ноги переплетаются с его ногами. Он весь огромный, тяжёлый, горячий… И голый — халат, который я не стала снимать, распахнулся, и мои соски трутся о густую поросль у него на груди, а в низ живота упирается его член.
Продолжаю трепыхаться, хотя рот почему-то наполнился слюной, я даже про туалет забыла. Ловлю себя на том, что хочется запустить пальцы в волосы у него на груди, а зубами куснуть кожу на ключице… Одёргиваю себя — что за дурость, Полина! Вставай и топай в ванную!
— Марат, я серьёзно…
Но у него, как всегда, свои планы на меня. Обнимает моё лицо ладонью, приподнимает и целует. Осторожно, едва касаясь губами моих губ. Я замираю, в панике вспоминая, что вечером так хотела спать, что не почистила зубы, и от меня сейчас, наверное, жуткий запах.
Но Марату, судя по всему, всё нравится. Он углубляет поцелуй, проводит языком по моим губам, заставляет их раздвинуться. И урчит довольно, как большой хищник над добычей. Горячий, твёрдый член трётся об меня, и Марат вдыхает резко, шумно, шипит от возбуждения.
— Пусти… — пытаюсь оттолкнуться, упираюсь руками в его плечи.
— Не хочу отпускать. Трахнуть тебя хочу, Поля, — хрипит мне в висок. Прикусывает за мочку и продолжает двигать бёдрами, толкаясь в мой живот твёрдой головкой.
Уворачиваюсь от его губ, отворачиваю лицо. Он тянется за мной, целует в шею, в ухо, и я чувствую, как его дыхание становится тяжелее.
— Мне в ванную надо! — пищу в отчаянии. — Умыться, зубы почистить…
Марат замирает, тяжело дыша. Потом отстраняется и сквозь зубы шипит:
— До спермотоксикоза меня доведёшь, Поля.
— Что ты здесь делаешь, в моей постели⁈ — выдыхаю с облегчением.
— Это моя постель, вообще-то, — отвечает. Ведёт вверх по моей шее губами, добирается до уха и мурлыкает с усмешкой: — И моя спальня. Теперь это наша общая спальня, так что я здесь на законных основаниях.
— Наша спальня? С какого перепуга я с тобой в одной кровати спать должна⁈
— Мы женаты, Полина. Или ты опять забыла? Так я напомню, — и прикусывает кожу у основания шеи. Вздрагиваю от пронзившей тело боли, перемешанной с удовольствием. Между ног становится совсем влажно, ещё чуть — и хлюпать начнёт. Позорище! Надо заканчивать с этим…
Не придумав ничего лучше, спрашиваю:
— Почему здесь так пусто, если это твоя спальня?
Марат чуть отодвигается, смотрит мне в лицо, и я смущённо пытаюсь отвернуться — представляю, как я сейчас выгляжу. Пугало огородное…
— Я здесь только сплю, больше ничего не делаю, так что и мебель не нужна, — Марат пожимает плечами. — Иногда сижу в кресле у окна, здесь вид хороший. Но ты можешь переделать всё по своему вкусу. Или выбрать другую комнату, где мы будем спать.
— Не собираюсь я с тобой спать, — повторяю упрямо, хотя сама слышу, как пискляво и жалко звучит мой голос. — Мне нужен развод.
Он смеётся, как будто я сказала что-то весёлое.
— Развода не будет, Полина, я уже говорил.
— Посмотрим! — выкрикиваю с вызовом.
— Смотри сколько хочешь, — отвечает спокойно и встаёт с кровати. Голый идёт к двери, на ходу бросает: — Я в ванную. Если хочешь, можешь присоединиться.
— Не хочу! — буркаю в ответ. Смотрю ему вслед и не могу отлипнуть от мускулистой спины. Сползаю глазами на упругие даже на вид ягодицы и длинные, тоже мускулистые ноги — наверное, из тренажёрки не вылезает, чтобы такую форму держать. Нарцисс!
Марат вдруг резко оборачивается, и я не успеваю отвернуться — взгляд упирается в его возбуждённый член. Он тёмный, намного темнее, чем смуглое тело Марата, с налитой влажной головкой. И огромный — ужас, вчера я даже не поняла, какой он здоровый.
Быстро опускаю глаза, чувствуя, как лицо заливает краска. Но Марат уже заметил.
— Нравится? — голос довольный.
— Иди куда шёл, — цежу сквозь зубы.
Он смеётся, выходит, и через минуту слышу шум воды в ванной. А я сижу на кровати, смотрю на закрытую дверь и думаю о том, что не понимаю, что со мной происходит, когда он рядом. Почему я так реагирую на его близость?
Падаю на кровать и накрываюсь с головой одеялом. Решаю, что надо узнать у противной Лики, куда девался мой телефон, который я шмякнула о стенку в гардеробной. Забрать его, и, если он подлежит восстановлению, зайти на Госуслуги и подать заявление на развод.