Страница 62 из 97
Глава 26
Разбор полетов
На следующий день после похода Алина с утра была в Академии. Силы вернулись не полностью — внутри всё ещё зияла та самая пустота, к которой она никак не могла привыкнуть. Но занятия пропускать не хотелось, тем более что целительская практика, на которую она теперь смотрела иначе, начиналась ровно в десять.
Однако до практики дело не дошло.
В коридоре, у дверей лекционной аудитории, её перехватил Сергей Сергеевич. Архимаг выглядел озабоченным и, что случалось редко, слегка взъерошенным, будто не выспался или провёл утро за разбором сложных отчётов.
— Алина, — сказал он без предисловий, беря её под локоть и увлекая в сторону от любопытных взглядов студентов. — Вы мне нужны. Сейчас. В моём кабинете.
— Но у меня лекция…
— Лекция подождёт. Я уже договорился с профессором Ветровым.
Спорить было бесполезно. Архимаг в Академии, фигура поважнее любого профессора, а когда этот архимаг ещё и смотрит на тебя так, будто ты накануне взорвала магическую лабораторию, лучше подчиниться без лишних слов.
Кабинет Сергея Сергеевича находился в башне, куда редко заглядывали простые студенты. Алина бывала здесь всего раз, когда сдавала зачёт по магической диагностике. Тогда ей казалось, что комната огромна и полна таинственных артефактов. Сейчас она просто села на указанный стул и уставилась на хозяина кабинета.
— Рассказывайте, — потребовал архимаг, усаживаясь напротив и складывая пальцы домиком. — Всё. С начала и до конца. Про бой, про ваше состояние, про то, что чувствовали, когда получили энергию, и что чувствовали, когда её тратили. Не пропуская деталей. Даже тех, которые кажутся неважными.
Алина не спорила. Ей и самой было интересно ещё раз обдумать случившееся, в спокойной обстановке, без нервотрепки, без крови перед глазами.
Она рассказывала ровно, спокойно, как на зачёте. Про то, как нашли зверя, как Зольский не хотел вмешиваться, но они вмешались. Про удар, про то, как энергия хлынула внутрь, горячая, чужая, почти живая. Про судороги и потерю сознания. А потом, про раненых, про то, как подходила к каждому, как тратила последнее, и про того, кто был уже мёртв.
Сергей Сергеевич слушал внимательно, не перебивая, изредка кивая. Иногда задавал уточняющие вопросы: «Как долго длилась судорога?», «Когда начали лечить первого раненого, энергия уже стабилизировалась или всё ещё пульсировала?».
Алина отвечала, насколько могла точно. Некоторые вопросы заставали врасплох, она не думала о своем состоянии, когда человек у неё на руках истекал кровью. Но архимаг, кажется, и не ждал идеальных ответов.
Наконец он откинулся на спинку кресла, снял очки и медленно их протёр.
— Сделаем выводы, — сказал он, глядя куда-то в сторону окна. — Вам, Алина, необычайно повезло. Дважды.
— Дважды? — Алина приподняла бровь. Она чувствовала себя скорее выжатой, чем везучей.
— Да. Во-первых, вы могли промахнуться.
— Я целилась в глаз, — напомнила она. — Это не такая уж сложная цель с близкого расстояния.
— Вы целились в глаз зверя, который двигался и собирался вас раздавить. — Он посмотрел на неё строго. — Не перебивайте. Вы могли промахнуться. Конечно, щиты Селены и сети атакующих магов могли не дать зверю убить вас, но травмы вы бы получили знатные. Долечивались бы полгода, если не больше. Это первое.
Алина промолчала. С этой точки зрения она действительно не рассматривала свой успех.
— Второе, — продолжил архимаг, и в голосе его появилась странная нотка, — вам повезло, что вы, очнувшись, нашли в себе силы начать лечение. И что сожгли призовую магическую энергию, помогая раненым.
— А если бы я не взялась за лечение? — осторожно спросила Алина. — Что бы тогда произошло?
Сергей Сергеевич надел очки обратно и посмотрел на неё в упор.
— Выброс магической энергии, который вы получили от зверя, с одной стороны, благо. Он наверняка увеличил ваш магический источник. Просто растянул его, как мешок, в который насыпали больше, чем он вмещает. Но, с другой стороны, этот выброс сбил все ваши фильтры.
— Фильтры? — Алина нахмурилась. Она знала этот термин — так назывались естественные магические барьеры, которые не позволяли чужеродной энергии смешиваться с собственной. Но в обычной жизни о них никто не думал, они работали автоматически.
— Представьте, что у вас в доме есть система очистки воды, — пояснил архимаг. — Она задерживает грязь, ржавчину, примеси. А тут в ваш водопровод подали воду под давлением, вдесятеро большим, чем рассчитаны трубы. Фильтры прорвало. И если бы вы не начали эту воду куда-то сливать, и не просто сливать, а преобразовывать, то ваша собственная магическая энергия смешалась бы с чужой. Последствия могли быть… неприятными.
— Насколько неприятными?
— Например, потеряли бы возможности лечить магические заражения. Поскольку ваша магическая энергия содержала бы большое количество вредных примесей.
— Но ведь я…
— Вы начали лечить, — кивнул архимаг. — И в процессе лечения вам пришлось преобразовывать чужую энергию в лечебную. Эти преобразования восстановили ваши фильтры. Помогло и то, что вы исчерпали свой источник до донышка. Вы перелопатили всю энергию, и свою, и чужую. Всё истратили на лечение. И в итоге вернулись к норме, но с увеличенным объёмом резерва.
Алина выдохнула. Внутри немного отпустило.
— То есть всё обошлось?
— На этот раз обошлось. — Голос архимага стал жёстче. — Но я не понимаю, зачем вы вообще пошли в этот поход? Вам, графине, жене губернатора, студентке пятого курса, которая и так уже зарекомендовала себя как целитель, зачем понадобилось лезть в Изнанку второго уровня с группой разведки? Вам что, делать нечего?
Алина растерялась. Она не ожидала такого поворота. До сих пор в Академии приветствовали походы в Изнанку.
— Но вы сами говорите, что источник у меня увеличился, — попыталась возразить она. — И я смогу теперь…
— Этого можно было добиться целительским трудом, — отрезал Сергей Сергеевич. — Безо всякого риска погибнуть или потерять возможность лечить многие магические отравления. Вы пока единственный знакомый мне целитель, который может плести ловушки, удерживающие частицы спрута. Со многими магическими заражениями могу справиться и я, но вот мои ловушки частицы спрута удержать не смогут. Вы — уникальны в этом смысле. И вы рисковали этой уникальностью ради… чего? Приключений?