Страница 16 из 77
Глава 5 Серый полушубок
У валуна перед спуском поднялся китайский стрелок. Пуля с треском вошла куда-то в передок саней, мерин шарахнулся, чуть не вырвавшись, но Фомич удержал. Я довернул ствол к камням и нажал на спуск.
«Максим» загрохотал, выпустив короткую очередь. По краю валуна брызнули осколки камней; стрелка дернуло, он ударился лицом о камень и сполз в снег. Второй бросился через просвет к соседнему укрытию. Я довернул ствол и его ноги подломились, ружье отлетело в сторону. Еще один выскочил прямо под пули и рухнул поверх товарища.
Семен следил за подачей ленты. За камнем дальше я увидел вспышку, стреляли в ответ, пуля угодила в снег под самой треногой. Довернул туда ствол и послал очередь.
Выстрелы у поворота смолкли, затрещали винтовки Шлыкова. Солдаты, пробиравшиеся под берегом, бросились обратно; а двое остались в кустах, возможно ранены или просто залегли.
Из-за поворота показались новые люди. Я был готов открыть по ним огонь, но показалось странным, что они идут плотным строем и, кажись, без оружия.
Вытащил из ранца свой полу бинокль и посмотрел. Конвойные толкали людей вперед, те шли явно не по собственной воле. Один упал на колени; ему сразу прилетело прикладом по хребту. Рядом девушка поддерживала какого-то хромающего старика.
— Это работники Желтуги! Не стрелять!
Рыжий поднял голову, выругался и отпустил ленту. Людей гнали к ложбине, используя как живой щит. Раздался громкий крик на китайском:
— Пулемет бросайте! Выходите с поднятыми руками!
«Ага, щас! Чтобы вам за нами бегать не пришлось?»
Внизу мелькнули головы солдат. Пока одни прикрываясь бедолагами предлагали сдаться, с низу лезли другие.
— Тайга, там у себя держи, скоро полезут!
Илька припал к Кропачеку и почти сразу выстрелил, даже кого-то снял вроде как. Но головы то и дело мелькали.
Старший из китайцев выволок старика на край дороги. Девушка, что до этого помогала ему вцепилась в полу одежды. Китаец оттолкнул ее, но она снова ухватилась обеими руками.
Я сполз к саням, забрал «Ли-Метфорд» и вернулся к краю. Китаец стоял сбоку от пленных, за ним был пустой склон. Слева, на выступе, Костя повел винтовкой: оттуда конвой тоже должен быть виден.
Чуть выше него держался Кедр, один из людей Шлыкова, а Кремень прикрывал дорогу с другой стороны.
Китаец перехватил ружье и замахнулся на девушку. Я выстрелил и тот, выпустив ворот старика свалился на дорогу.
— Ложись! Под берег ползите! — выкрикнул я им.
С выступа ударили винтовки. Вот один конвойный падает на спину; второй оседает рядом, а остальные бросаются за поворот.
Желтугинские работники, поняв, что есть шанс, шарахнулись кто куда. Двое китайцев остались стоять посреди дороги, впав в ступор. Я крикнул по-ихнему, и они припали к земле. Илька то и дело стрелял, прикрывая нижний подход к нам.
Девушка сначала добралась до края, оглянулась и полезла назад. А седобородый лежал на боку, подняться не мог.
— Сема, старик!
Рыжий добрался до них перебежками и подхватил его. Девушка подняла слетевшую шапку, натянула старику на голову и взялась с другой стороны. Вместе с Семеном она поволокла его вниз.
Я держал на прицеле поворот, пока последние работники не разбежались кто куда.
— Откуда вы тут взялись? — спросил у пробиравшегося мимо меня бородатого.
— С Желтуги сбежали, а потом поймали кого, где, да вот сюда согнали всех.
Шлыков велел торопиться. Оставив Кривого смотреть за дорогой, я спустился к спасенным.
Старика усадили, девушка стерла кровь с его щеки; на скуле был сильный кровоподтек.
— Звать-то тебя как? — спросил Семен у нее, поднимая старика.
— Таисья. Можно Тася.
— Тася, держи деда под локоть, здесь вниз круто будет.
Рыжий подождал, пока она удобнее встанет, и повел дальше.
Из-под нависших кустов я осмотрел в бинокль на другую сторону. На нашем берегу стояли казаки. На открытый лед нам соваться было нельзя.
Рыжий срезал жердь. Я снял с себя замаранную белую маскировочную куртку, распустил кинжалом боковой шов. Привязал рукавами к жерди, отдал флаг самому крепкому мужику.
— Все вместе идите. Слабых хватайте под руки. Флаг этот над головой держи, пусть видят, что вы без оружия.
Я повторил то же самое китайцам. Мужик осторожно сошел на лед, поднял над головой жердь. За ним сначала не уверено, но постепенно ускоряясь потянулись остальные.
— А вы? — Тася задержалась возле Семена. — Почему не идете?
— В другом месте выбираться будем.
Рыжий передал старика бородатому, проверил как они идут и махнул Тасе, мол идите.
Мы остались под берегом. В бинокль было видно: казак у спуска поднял руку, еще двое двинулись навстречу к несущему белый «флаг».
За поворотом дороги раздались крики. Китайские команды раздавались все ближе. Я опустил бинокль и попятился под прикрытие откоса.
— От спуска уходим, — приказал Шлыков. — Костя, помоги с машиной, тяжёлая она. Остальные держат дорогу.
Я разрядил пулемет. Костя с Кедром помогли вернуть его с треногой на сани. Кремень остался на прикрытии у дороги. Рыжий уложил коробки, сумку и бидон. Фомич затянул привязи и повел мерина. Прикрывавшие отступили следом за нами.
Наконец нам удалось оторваться, дорога скрылась из поля зрения. Кривой привалился к саням, вытянул больную ногу. Я пополнил магазин винтовки и остановился возле Шлыкова.
На русском берегу нас cразу бы узнали. Пришлось бы объяснить, откуда я взялся с оружием, и с остальными началось бы разбирательство. Самовольный переход вопреки запрету, бой с китайскими солдатами. Тут и до каторги можно доиграться. Сослаться на службу дяди можно, но неизвестно чем это обернется… А казаки так или иначе будут выполнять свою работу, до каких-то там тайных операций им дела особо нет, у них устав.
— Ты с этим пулеметом весь берег на уши поднял, — бросил Шлыков. — Теперь нам к выходу не сунуться.
— А без него нас бы там в ложбине и положили! — Рыжий шагнул к нему. — Вместе с вашим прикрытием. Нас ведь уже в Желтуге повязали, прикладами отходили и уже казнить собирались. А вы где были? Почему Громов один нас вытаскивал и вашу работу делал?
— Ситуация поменялась, и Аркадий Игнатьевич дал команду встречать вас при возвращении, а не идти на прииск, — ответил Шлыков. — Сначала надо выбраться. Потом уже потолкуем, кто виноват и что с этим делать. А сейчас вы переходите под мое командование, дальше веду я.