Страница 21 из 62
Глава 6
Мы с Кеем вообще не обсуждали произошедшее. Моя единственная попытка поднять сложную тему была пресечена фразой:
— Успокойся, сестренка. Нам просто нужно больше информации. Мы ее добудем, но вначале я получу третий ранг.
Намек я поняла — ближайшая к нам коллекция редких изданий находится в кабинете ректора академии. В первую очередь следует проверить там, прежде чем разрабатывать другие варианты. И раз уж Кей с Рупертом всерьез собрались искать технику очистки эфира, то почему бы заодно и не обратить внимания на любые знания по тленной магии? Правда, я никак не могла понять, чем брату поможет третий ранг. Однако не в моем положении было на чем-то настаивать — я и так в первые дни вздрагивала от мысли, что кто-нибудь меня раскроет.
Но все шло своим чередом: уроки, тренировки и крики Гельта — сейчас у капитана появился новый повод поорать. Всех шахтеров временно отстранили от участия в турнирах, ведь последний закончился громким скандалом. На нашу удачу министерство ресурсов эксперимент не свернуло, ведь заражение произошло во время учебы в академии, то есть надо или вообще все заведение закрывать до выяснения, или списать происшествие на случайность. То есть ректор пытался спихнуть ответственность на министерство, а министерство равнодушно разводило руками — дескать, сами и отвечайте, раз подобное случилось в вашей юрисдикции. Приходили столичные расследователи и всех допрашивали. Нас с Рупертом вызывали несколько раз — требовали описать буквально каждый шаг, сделанный в шахте. Поскольку Руперт и не думал скрывать, что Имиль съел один сине-зеленый воздушный пузырек, я тоже это подтвердила. Но, кажется, они лишь сделали пометку на этот счет, но стопроцентной связи не увидели — или же не подали вида.
Я успешно продвигалась в курсе общей магии. Раздел «Магические искажения» тоже оказался непрост и интересен. И в какой-то момент до меня начала доходить подоплека, тогда я впервые подняла руку прямо во время лекции, чтобы задать вопрос:
— Профессор Игмур, простите, вы сказали, что с любыми симптомами из этого списка надо обращаться к лекарю? А он сможет излечить каналы?
— В большинстве случаев, — сдержанно ответил учитель и без паузы перешел к следующему параграфу.
А что если часть симптомов и есть признаки заражения тленом? И тогда в случае огласки человека вмиг тайно нейтрализуют, а в отчете укажут, что лечение не принесло успеха. Притом единственной причиной искажений называют неравномерное развитие сил, и только специалисты без труда отличат естественный разрыв каналов от влияния запрещенных техник. Однако на первом курсе подобное, конечно же, не изучают.
От прилипчивой Жозефины я нашла эффективную защиту. Стоило ей только сделать шаг в мою сторону, как я предупредительно вскидывала ладонь и отчетливо произносила: «Приблизишься еще — я вызову тебя на дуэль!». На что дочь маркиза неизменно отвечала: «Да кто ты такая, чтобы вызывать аристократку?», тем не менее все-таки отступала. Чтобы после следующей лекции вновь полностью повторить ту же сцену: то ли она тупая, раз с первого раза не поняла, то ли считала тупой меня, предполагая, что рано или поздно предупреждение вылетит из моей головы. Пусть я и не победила Имиля в полном смысле этого слова, но студенты успели оценить мои навыки, — и теперь это знание их сдерживало. Вот только отчего-то росла уверенность, что Жозефина еще найдет способ доставить мне проблем.
Кей получил свой третий ранг и перешел к последней стадии подготовки. Нередко посреди ночи уходил на академическую территорию и оценивал обстановку. Однако за день до реализации плана Руперт пробрался в кабинет в одиночку — не к ректору, конечно, а к нашему Гельту. Так и заявил:
— Мне надо было освежить навыки! Я же тут совсем закостенел — нас, как дубин стоеросовых, учат только бить и молотить, а воровство — это тонкое дело, настоящее искусство!
Он и правда будто на глазах ожил, глаза засветились. Татья закатила глаза, я тяжело вздохнула: «Горбатого могила исправит». А вот Кей без лишнего интереса произнес:
— Так у Гельта наверняка никакой защиты — тоже мне искусство. И вряд ли в его кабинете есть хоть что-то интересное. Надеюсь, ты не додумался воровать у капитана деньги? Если утром нас разбудят с обыском, то я заставлю тебя сожрать каждую монетку.
— Да не брал я деньги, — скривился Руперт. — Хотя руки по привычке и чесались. Просто осмотрелся, ловкость пальцев проверил. Кстати говоря, полистал документы. Нашел черновики отчета Гельта о шахте. Он там то извинялся, то кого-то обвинял в понесенных потерях. Не знаю, какой вариант он в итоге отправил, но официальный ответ министерства просто потрясающий! Мол, нельзя считать боевыми потерями гибель преступников, которые и без того были обречены, а так их жертвы служат важной миссии — на нас, оказывается, только обкатывают программу подготовки будущих шахтеров, поэтому осечки неизбежны. Эксперимент будет считаться удачным, если Хорек подготовит всего один безупречный отряд, с дальнейшими наборами они уже будут работать по выложенной нашими телами схеме.
Я давно отбросила учебник и села на кровати. От услышанного кровь отлила от лица, а голос подвел:
— Гельт с таким трудом набрал по распределителям полторы сотни, чтобы в итоге осталось — Я нервно сглотнула, но сумела закончить: — Восемь человек? А его величество точно в курсе, что здесь происходит?
Татья криво усмехнулась:
— Королю на нас плевать еще больше, чем министерству. Тоже мне защитник всех обездоленных, рожа зажравшаяся.
Она могла быть права, но я примерно представляла, как устроено управление в королевстве — один человек физически не может контролировать все дела. Ему предложили подписать разрешение на экспериментальную группу — он и подписал, притом далеко не сразу, то есть тоже опасался подводных камней. И, разумеется, отслеживать каждый шаг уже не в состоянии, у него и без того полно проблем. Даже мой ответственный отец иногда упускал из виду некоторые происшествия, хотя управлял всего лишь герцогством.
У меня не было слов, зато Кей выразил главное мнение:
— Об этом никто не должен узнать. Если слух просочится, то среди шахтеров начнется настоящая резня — станет гораздо хуже, чем было до сих пор. Раньше бандиты боролись за иерархию, а теперь придется в буквальном смысле сражаться за собственную жизнь. Один отряд — это ведь даже меньше, чем сейчас прихвостней у Лодушки.