Страница 248 из 328
Сесар подумал пару минут. Если рассуждать логически.. Дарея плюс это существо в одном месте не сулили Рамону ничего хорошего. Сначала Дарея просит Рамона позаботиться о ее близких, потом он отказывает, она сбегает.
И Сесар видит ее в компании монахов, некроманта и шамана.
У кого-то есть сомнения? Кто-то не может сложить два и два? Так складывайте один и один! Не помог Рамон? Дарея отправилась к врагам. А уж что она им пообещала.. тоже несложно догадаться! Очень это по-бабски!
Ах, он меня обидел! Не оценил, не помог.. голову ему оторвать!
Сама не справлюсь? Так найду, кого попросить!
Сесар не зря наблюдал за людьми. И выводы сделал тоже правильные. И дальше.. что он может сделать? Предупредить Рамона?
Простите, своя чешуя ближе к телу! И точно дороже! А если он сейчас использует магию, его обязательно почувствуют. Вот как он – ЭТУ. Как некроманта.
Сейчас-то его вода защищает, но если он начнет колдовать, и вода не поможет. Так что.. без него! Сесар будет спасать свою шкуру. Не просто так, нет. Он отправится к союзникам.
Если Рамон справится и отразит нападение (что оно будет, Сесар даже не сомневался) то Сесар ищет Дарею. А еще лучше – направился за помощью к союзникам.
Если не отразит..
Сесар уцелеет. А дальше будет видно, что и как. Но помереть вместе со всеми во славу Владычицы Синэри Сесару не хотелось. Совершенно.
Лучше он поживет.
А призыв..
И без него прекрасно справятся. Наверное.
И мужчина поплыл еще быстрее, стараясь не взывать к стихии.
Жить хотелось..
* * *
Феола сосредоточилась.
А потом медленно коснулась воды ритуальным топориком.
Мать-вода. Ты питаешь все живое на земле, ты прародительница наша, капля тебя есть даже в камне. Помоги нам! Дай дорогу..
Шаману достаточно только попросить.
Вода медленно расступалась, образуя нечто вроде коридора. Дарея посмотрела на него, потом скользнула в воду, поплыла – и коридор развернулся за ней.
— Идите, – шепнула Феола. – Слишком долго я его не продержу.
Мать-вода, помоги..
Первым в воду шагнул брат Дуардо, за ним Хавьер.. словно по ковру идешь. Мягкому такому, пружинистому. Он чуть прогибается под ногами, не сильно, почти не ощутимо, а потом вдруг осознаешь, что идешь-то ты под водой.
..А дышишь, как раньше.
И рыбки вокруг проплывают в полном обалдении, тычутся любопытными глуповатыми мордочками в стенки коридора.
И под ногами что-то темное – не разглядеть. Водоросли, кораллы, камни?
Высоко, знаете ли. То есть глубоко.
Дарея плывет почти рядом с поверхностью, может, метра три или четыре глубины. И коридор следует за ней.
Феола идет последней.
Брат Хулио хотел помочь, поддержать ее, пойти замыкающим, но Фи качнула головой.
Впереди коридор идет ЗА Дареей.
А вот замыкать его должна она. Чтобы не сократился. А то ведь она не сможет остановиться, вернуться, помочь тонущему человеку.. просто не хватит сил! Она не Адэхи!
Тот бы смог, а вот Фи.. она еще маленькая. И в силу не вошла. Вот родит ребенка, а лучше – трех, тогда уже женскую силу наберет. А с возрастом ее и еще прибудет.
Объяснять сейчас все это она не стала. Так что брат Хулио шел перед ней и оглядывался. Чтобы успеть подхватить, чтобы помочь.. и с ужасом видел то, чего не могли заметить остальные.
Море выпускало из стен короткие водяные щупы.
Море поддерживало Феолу, ласково касалось ее лица, губ, гладило волосы, обвивало на долю секунды руки и отпускало.
Море шептало, манило, звало к себе. Море обещало покой.
Море принимало Феолу, словно родную дочь. И уговаривало.
Что может быть хорошего на суше?
Там сухо, там пыльно, грязно.. иди ко мне, слейся со стихией, стань частью меня..
Я заплету твои волосы в косу и перевью их водорослями, украшу руки кораллами и жемчугом, ты станешь легким и свободным духом воды..
Что тебе до этих людей и до этой земли? Ты дитя стихии, ты можешь принадлежать кому пожелаешь. Так останься со мной! Я буду баюкать тебя на волнах и шептать тебе колыбельные. Ты увидишь много такого, что недоступно этим глупым людям. Зачем они тебе?
Зачем?
Феола стискивала топорик, до крови прикусывала губы – и держалась.
Держалась, что есть сил. Потому что могла ответить морю одним словом.
Амадо.
Она не могла и не хотела рисковать своей жизнью, потому что именно Амадо был ее любовью, ее якорем, ее душой. Лучиком света, к которому она потянется из любой бездны.
И шепот моря терял свою привлекательность.
Что счастья в бесконечном мире, если там не будет самого дорогого тебе человека? Того, с кем хочется разделить и мир, и вечность?
Амадо..
Море шипело и негодовало.
Оно чувствовало настроение шамана, оно было возмущено.
Если шаману так нужен этот человек, море заберет и его.. он не сможет стать духом моря? Не сможет жить в воде? Это его проблемы! Зато он будет у шамана..
Амадо Риалону повезло, что его не было рядом.
А еще – что вся группа захвата двигалась в толще воды. А та, как известно, не дает ничего почувствовать.
Вода же..
Сесар ощутил Феолу, потому что та двигалась по суше, двигалась к Дарее. Да и сама Дарея, кстати, уже вышла из воды и сидела на берегу. Не у костра – чешуя пересыхала, но рядом. А когда ей еще выдастся случай познакомиться с настоящим принцем? Еще и поговорить?
Интересно же!
А в воде было бы намного сложнее. Даже магу воды.
А уж Рамону, который был полностью занят подготовкой к ритуалу, и ничего не видел и не слышал за своим гневом..
Рамон так ничего и не заметил. Он готовил пентаграмму, он проверял, насколько крепко связаны жертвы – нарушений в ритуале быть не должно, а жертва, которая бегает и вопит, за которой гоняться приходится.. нет, это точно неправильно. Он даже про Дарею ненадолго забыл.
А потом ему напомнили.
* * *
— Вот она, – Дарея смотрела на пещеру с легким отвращением. Понятно, место не виновато, что в нем разная сволочь обосновалась, но для Дареи это было место ее боли, ее предательства.
И Рамон ее предал, и она его, если так поглядеть.. больно!
Феола коснулась ее щупальца.
— Дари, не время раскисать. Где они?
— Там, – щупальце указало налево. – Да вот, слышно же..
Из коридора доносился медленный речитатив. Рамон уже начал подготовку к ритуалу.
Монахи переглянулись.
— Ловушки есть? – быстро спросил брат Дуардо.
Дарея развела щупальцами. Вот тут она ничего не могла сказать. Ловушки? Арбалеты? Что-то еще? Она просто не знает. Она отсюда слишком быстро сбежала.
Впрочем, монахи и сами справились.