Прощание Тёмного принца

Таисса поймала взгляд девочки, тревожный и нервный. Разумеется, та знала о способностях Таиссы. И не могла понять, почему Таисса до сих пор их не применяет. О способностях Таиссы знали и Элен, и Дир, поэтому ни у кого из них не возникло сомнений, что Таисса без труда пройдёт внутрь.

Но..

«Если ты останешься верна себе, ты справишься».

Таисса покачала головой.

— Нет, – сказала она. – Мне очень жаль, но нет.

Луч солнца отразился в стёклах станции, упал на медальон на груди Светлого и ударил Таиссе в глаза, вновь заставив их заслезиться.

Но Таисса не стала вытирать их.

Она посмотрела в глаза хранителю храма. Сейчас ей было всё равно, являлся ли тот потомком Великого Светлого. Они оба были людьми, и это значило, что где-то глубоко внутри у них было общее. Понятие общего блага. Любви.

— Я Таисса Пирс, и фрески с моей историей любви живут в этом храме, – произнесла она.

— Я Таисса Пирс, и мне было предсказано, что я умру, если войду в этот храм.

За её спиной коротко охнула девочка.

— Я Таисса Пирс, и я боюсь, что войду туда без вашего позволения, потому что слова того, кто предупредил меня об опасности, мне дороже и важнее ваших.

Глаза Светлого распахнулись, и Таисса увидела в них своё отражение – стройную девушку с безвольно висящей рукой и встрёпанными волосами.

Никакого сияния ауры или искры божественного света. Обычное лицо.

— И возможно – просто возможно – рядом со мной должен быть тот, кто уважает этот храм и принципы, по которым он был построен. Что-то, что я не понимаю и не успею, наверное, понять – но не могу не уважать. И ещё, – Таисса улыбнулась с грустной иронией, – потому что кто-то должен сохранять холодную голову.

Она протянула Светлому руку.

— Пойдёмте со мной? – просто спросила она.

По ступенькам девочка почти бежала.

Таисса старалась не отставать, в то же время не переходя на сверхскорость.

— Как вас зовут? – спросила она.

Хранитель храма, чьё имя она не успела узнать, парил рядом с ней, не касаясь ступеней. Таисса могла представить, как торжественно он выглядел в роскошных залах, произнося речь перед сотнями и тысячами почитателей Великого Светлого.

— Я отказался от имени, когда встал во главе храма, – сообщил он без эмоций.

— Ох, – только и сказала Таисса.

Острый взгляд Светлого заставил её поёжиться.

— Кто предупредил тебя об опасности? Когда?

Нагрудник вспыхнул на его груди, и Таисса почувствовала явное давление. Артефакт? Излучатель электронных внушений?

— Мой предок сказал когда-то, что пророчество – это сплетение вероятностей. – Таисса покосилась на нагрудник. – Я бы сказала, что вероятность, что я случайно сомну эту штуку, приближается к единице.

Хранитель поморщился. Коснулся груди, и давление на разум Таиссы опало.

— Я надеялся узнать, – неохотно сказал он, замедляя движение. – Всю жизнь надеялся его увидеть.

Он поднял голову, глядя на почти летящую девочку. Лестница, ведущая к храму, стелилась под её ступнями всё быстрее.

— Она знает о нём куда больше, чем я, – проговорил он с силой. – А я так и не добился от неё ответов. Ни единого слова, кроме издёвок и насмешек, но я знаю, что за ними скрывается чудовищная боль. Она думает, что Великий предал её, отказываясь помочь, и иногда я.. сомневаюсь в своей вере. Лежу без сна и думаю: вдруг она права?

— Вы верите во что-то большее, – возразила Таисса. – Не в того, кто когда-то был человеком, а в идеал, в сострадание, в свет. Многие скажут, что это не менее важно.

— Тебе легко говорить.

Таисса сжала губы. Судя по его тону, хранитель не принял её слова о скорой смерти всерьёз. Не поверил в пророчество? Или не стал унижать её жалостью?

Впрочем, тем лучше.

Но что случится, если её и впрямь не станет? Как сочетаются её будущая книга, уверенность Элен, что Таисса и Вернон должны вернуться, и предупреждение Дира? Может быть – сердце Таиссы подпрыгнуло – Дир ошибся и она не умрёт сегодня?

Или всё же случится нечто, после чего она не вернётся? Не обнимет Вернона?

Неужели сегодня в монорельсе они виделись в последний раз?

Таисса до крови закусила губу, замедляя шаг. Нет! До последнего момента она не будет в это верить. Ни за что.

— Зачем люди приходят в ваш храм? – спросила она, пытаясь отвлечься. – Чего они ищут?

— Утешения, – просто сказал хранитель. – Сюда ходят за утешением. Есть те, кого некому утешить, кроме нас. Но бывают времена, когда мы так же растеряны, как и они.

— И что вы делаете тогда?

Хранитель замедлил шаг. Посмотрел в пасмурное небо.

— Иногда я думаю, что ему тоже нужно утешение, – тихо сказал он. – И, утешая их, я утешаю его.

— Может быть, он всё ещё говорит с людьми. Никто не должен быть настолько одинок.

— Никто из нас не одинок, – мягко ответил Светлый. – Никогда, пока с нами его свет.

Таисса опустила голову. Больше всего на свете она хотела задать вопрос. И знала, что не задаст.

Великий Светлый. Молчащее присутствие, удерживающее мир от уничтожения.

Каково это – двести лет не вмешиваться?

Но Таиссе было некого спрашивать.

Ворота в храм были уже совсем близко. Золото, летящие светильники на каждой ступени, дорогая резьба..

И буквы. Таисса заморгала, разглядывая фразу, написанную без следа вычурности, чётко и просто.

«Когда Великий шагнёт внутрь, остановится время».

— Звучит.. серьёзно, – осторожно проговорила Таисса.

— Да.

— Что это значит?

— Эту фразу выбили на фронтоне строители храма. Иногда я думаю, что у кого-то была слишком богатая фантазия. А иногда.. – Хранитель развёл руками. – Если ты действительно Таисса Пирс из прошлого, ты должна быть знакома с пророчествами лучше меня.

«Существует пророчество, что Великий спустится в мир через своих потомков».

— Главное пророчество для меня пока не сбылось, – проговорила Таисса, не отрывая взгляда от надписи. – Но.. да. Наверное.

— Я думаю, это предупреждение, – произнёс хранитель. – Опасно надеяться увидеть Великого, потому что его появление будет означать такие потрясения, что мы, простые смертные, можем их не выдержать.

Девочка резко остановилась перед самыми воротами и повернулась к Таиссе, подманивая её нетерпеливым жестом.

— Что? – спросила Таисса, оказавшись рядом.

Девочка кивнула на ворота.

— Открывай, – коротко сказала она. – Войти первой должна ты.

Хранитель храма встал рядом с девочкой. И неожиданно положил ей руку на плечо.