Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 58 из 70

Глава 43

Мама встречает меня у входа, я целую ее в щеку, а она окидывает оценивающим взглядом мое платье:

— Отлично выглядишь, умница моя. И подарок привезла? — смотрит на пакет в моих руках. — Замечательно.

— Ну а как иначе? Надеюсь, папе понравится.

— Главное — внимание. Ну и чтобы все гладко прошло, сама понимаешь. Поэтому, прошу, будь паинькой ладно? Сегодня Саша в отличном настроении. Гости его задарили, захвалили. Это его день. Пожалуйста, главное — не спорь с ним.

— Я очень постараюсь, — улыбаюсь скупо.

— Леонид, кстати, здесь. Он очень хотел тебя видеть.

— Мам, пожалуйста! Ты обещала...

— Я обещала, что отец будет рад тебя видеть. А Леонид — приятное дополнение, — она улыбнулась своей невинной улыбкой и упорхнула к гостям.

Я осталась стоять посреди холла с пакетом в руке, и чувствовала, как стремительно портится настроение.

И тут в ресторан влетает запыхавшаяся растрепанная Алина.

— Марианна! Как я рада тебя видеть! Ну как ты?

— Все хорошо, спасибо, — отвечаю отстраненно.

— Ты прекратишь дуться или нет? Сколько можно? — в голосе сестры скользит раздражение. — Мы семья, в конце концов. Ты уже две недели не появляешься, не звонишь, мама расстраивается.

— Ты ведь знаешь почему я так себя веду.

— Мариш, ну хватит! — Алина повышает голос, но тут же оглянувшись на гостей сбавляет тон. — Ты ведешь себя как капризный ребенок. Мы тебе добра желали!

— Это и убивает, — помимо воли чувствую, как внутри все закипает.

Они разрушили меня и называют это добром…

— Сестренка, мы хотели как лучше… — Алина опускает глаза. В ее лице появляется что-то похожее на стыд, но она быстро берет себя в руки.

— И что теперь? — спрашивает она тихо. — Вы с ним вместе? Родители будут в шоке!

— Это не твое дело.

— Ты ушла из дома из-за него?

— Я ушла из дома, потому что поняла: вы не оставите мне выбора. Вы всегда будете решать за меня, даже не спросив, что я хочу. И я живу теперь сама. Сама зарабатываю, сама отвечаю за себя.

— Марианна, — Алина делает шаг ко мне, пытается взять за руку, но я отдергиваю. — Вернись. Пожалуйста.

— Извини. Я не готова сейчас продолжать этот разговор.

***

Первые полчаса мне удавалось лавировать между столиками с искусством опытного партизана. Я поздравила отца, обняла бабулю, чмокнула в щеку тетю Нину из Саратова, улыбнулась дяде Коле и его вечно недовольной жене, всячески избегая приближения занудного поклонника.

Леонид все равно улучил момент и возник рядом неожиданно. С бокалом в руке и видом человека, который только что выиграл в лотерею.

— Марианна! Ты сегодня восхитительна.

Медленно выдыхаю и оборачиваюсь. Соколов стоит в двух шагах, сияя так, словно мы не виделись сто лет, а не неделю или чуть больше после того злополучного ужина.

— Леонид, — киваю сухо. — Привет.

— Это платье создано для тебя.

— Спасибо, — перебиваю, делая шаг назад. — Мне нужно отойти к родственникам.

Растворяюсь в толпе гостей. Грубо? Ну и что, мне наплевать!

К тете Нине я пристроилась как к спасательному кругу. Она рассказывала о своих кошках, о новом ремонте, о том, как сосед сверху залил ее коридор и ванну, а я кивала, делала вид, что безумно интересуюсь сантехникой, и краем глаза следила за Леонидом.

Он не сдавался. Стоило мне переместиться к столу с закусками — он тут же оказывался рядом, протягивая тарелку.

— Марианна, попробуй этот салат, он изумительный!

— Спасибо, я не голодна.

— Тогда креветку? Они просто тают во рту!

— Леонид, правда, не нужно.

Он не обижался. Вообще, казалось, мои отказы работали на него как допинг. Чем я холоднее, тем он активнее.

Я решила спрятаться в дамской комнате. Просидела там десять минут, разглядывая себя в зеркало и уговаривая что сбежать через черный ход — плохая идея. Вышла — и сразу наткнулась на Леонида, который терпеливо ждал у двери.

— Я волновался, — говорит, поправляя галстук, который все время почему-то съезжает набок. — Думал, тебе плохо.

— Мне было хорошо. Пока я не вышла, — буркаю себе под нос.

Он воспринимает это как шутку и радостно смеется.

Пожалуй, я выполнила миссию, мои подарки отец принял очень благосклонно и принялся обсуждать с коллегами. Я поулыбалась родственникам, поела. Можно и домой.

Достаю телефон чтобы вызвать такси и вижу смс от Арсения:

«Как дела?»

Начинаю набирать ответ, как надо мной нависает тень.

— Марианна, разреши пригласить на танец? — Леонид даже изображает поклон, от которого у меня начинают ныть зубы.

— Я не танцую, — отрезаю жестко. — Собираюсь домой.

— Так быстро?

— Голова болит.

— Всего один танец! — он уже протягивает руку. — В честь юбилея твоего прекрасного отца!

Оглядываюсь по сторонам в поисках спасения. Папа танцует с мамой, тетя Нина увлеченно обсуждает что-то с дядей Колей. Спасения не видно.

И я обещала маме не устраивать скандал.

— Хорошо, — цежу сквозь зубы. — Один танец и я еду домой.

Мы выходим в центр. Встаю на максимально возможном расстоянии, кладу кончики пальцев Соколову на плечо.

Танец Леонида больше похож на управление трактором. Без преувеличения. Топчется на месте, периодически наступая мне на ноги, а один раз едва не отправляя в полет официанта с подносом. Терплю стиснув зубы, только и думая о том, чтобы музыка поскорее закончилась.

— Ты двигаешься чудесно, — шепчет мне в ухо, наклонившись, и я чуть не задыхаюсь от запаха его одеколона.

— Это комплимент оркестру, — буркаю отстраненно, думая только о побеге.

Он снова не понимает и улыбается еще шире.

Когда музыка наконец смолкает, я высвобождаюсь с такой скоростью, словно позади пожар.

— Спасибо, было познавательно. Мне вообще-то правда пора домой.

— Я провожу!

— Не нужно!

Но Леонид все равно тащится за мной, как привязанный.

Я направляюсь к отцу, который как раз освободился от разговора с одним из приглашенных профессоров, беру его под руку.

— Пап, ты извини, но мне пора, завтра на работу. Я поеду.

— Но еще даже торт не вынесли.

— Не очень хочется сладкого.

— Да? Хм, мать заказала твой любимый, безе.

Он удивленно смотрит на меня, потом переводит взгляд на Леонида.

— Ты от Лени бегаешь? Это очень неумно, Марианна, — говорит недовольно.

— А вот и ваша неуловимая дочь. Так бежит от меня, словно я наступил ей на ногу во время танца, — при этом поклонник широко улыбается.