Страница 74 из 83
Глава 32
Вскидываю голову и немею от ужаса.
Его глаза стеклянные. Взгляд похотливый. А намерения четко вырисованы на выражении лица.
- Не смейте ко мне прикасаться! – рычу. Группируюсь, а потом одним рывком встаю на ноги.
Между нами, чуть меньше метра. Он раздувает ноздри и дышит хрипло.
- Ты же давалка местная! Или я рожей не вышел? А может думаешь, что мне денег не хватит, чтобы тебя отодрать? Согласен уровень у нас с ним разный, но я не промах. А тебя все равно кажись попользовали и бросили. Не угодна стала барину, да?
- А ну пошел вон, черт старый! – хватаю примостившуюся в углу швабру и обхватываю ее как копье. – Череп проломлю, если сделаешь ко мне хоть шаг!
- Строптивая какая! – выдыхает, потирая небритый подбородок. Но не шевелится. Думает или хочет притупить мою бдительность…
Мои пальцы дрожат. Все внутри клокочет.
И он вдруг все-таки делает выпад вперед. По инерции повторяю, и угождаю ему шваброй прямо в грудь.
- Сука! – шипит, перехватывая ручку.
Слышится звонок колокольчика, кафе заполняется голосами двух мужчин. Один из них нетерпеливо зовет хозяина по имени.
- Егорыч! Ты где?
- Ладно, - кивает, откидывая рукоятку в мою сторону. – Побаловали и хватит. За работу принимаемся. На кассу иди!
Откидываю швабру в угол, не веря, что спасена и схватив с табуретки свою сумочку, мчусь на выход.
- Я на вас заявление напишу за попытку изнасилования!
- Иди давай! Не позорься! – кричит мне вслед.
Выбегаю в зал и две пары глаз смотрят на меня оценивающе.
- Ух ты, а это кто такой хорошенький? – спрашивает один из посетителей в клетчатой рубашке и замасленных джинсах. Его небритая рожа не предвещает мне ничего хорошего, а взгляд и ухмылочка так и подавно.
Какие-то маргиналы и судя по всему – его дружки.
- Продажная любовь, мужики! Не желаете?
- А что почём? – реагируют тут же, то ли, по правде, проявляя интерес, то ли попросту издеваясь.
Слышу свист за спиной, когда выбегаю на улицу и, не оглядываясь бегу прочь от злачного заведения и его обывателей.
Какой ужас! Какой кошмар! Просто слов нет как меня эта ситуация убивает!
На подкашивающихся и заплетающихся ногах ковыляю в сторону дома. Меня мутит. Нога, все еще не восстановленная отдается болью. Замедляю шаг, прихрамывая.
Перед глазами все еще его похотливое лицо и запах немытого потного тела, амбре табака и жирных холодных беляшей.
Меня мутит натуральным образом и, согнувшись пополам, я хватаю ртом воздух. А потом аккуратно схожу с дороги на узкую протоптанную в траве дорожку, ведущую к дачам и, вжав голову в плечи, тороплюсь попасть домой, словно дикий зверь в свое убежище.
А я теперь и ощущаю себя гадко и чужеродно.
Все вокруг кажется станом врага, а на меня словно открыта охота.
Комья влажной земли и валяющихся веток мешают идти ровно, то и дело спотыкаюсь. Автомобильная дорога осталась позади и теперь с двух сторон меня обступает зеленый густой лес. Еще метров сто и появятся первые хибары нашего дачного поселка. Всхлипывая, вздыхаю. Ничего не вижу, потому что слезы застилают глаза. Лицо все еще горит от его оплеухи, а душа разрывается от боли.
Редкие встречные прохожие кажутся мне теперь врагами – они смотрят на меня не просто как на плачущую девушку! Мне кажется, нет, я уверена, что они смотрят на меня как на шалаву, о которой трубят все газеты. Мир надо мной схлопнулся – все, абсолютно все знают кто я и что из себя представляю.
И эта мысль вытрясает из меня весь дух.
На эмоциях, что правят сейчас мной безоговорочно, достаю из сумочки телефон и набираю ЕГО номер.
Да, я обещала себе, что никогда этого не сделаю, даже под дулом пистолета, но он во всем виноват и я не могу не сказать ему об этом.
Дьявол! Исчадие ада! Сам сатана!
- Саша! – выдыхаю гневно. Притормаживаю у лесополосы, опираюсь рукой о березку, пытаюсь отдышаться.
- Да. – Его голос звучит спокойно. Как обычно расслабленно. – Говори.
- Я ненавижу тебя, понял?! – кричу. – Не-на-ви-жу! – цежу по слогам.
Замолкаю, переводя дух и ожидая реакции.
Но он молчит. Никак не реагирует.
- Скажешь хоть что-то? – взвизгиваю.
- А зачем? – хмыкает все так же безмятежно. – Это твое право, Арина. Хочешь и можешь ненавидеть – ненавидь. Я подобного по отношению к тебе не ощущаю.
- Скотина! Ненавижу!
- Я уже понял. Что случилось, скажешь? Чтобы понимать хоть – за что?!
- А тебе не понятно?! Ты издеваешься надо мной, скажи?
- Есть предположения, но не хочу гадать. Мне не очень удобно разговаривать. Поэтому либо говори, либо…созвонимся позже.
- Еще чего! Я не буду тебе больше звонить! – вскрикиваю, а сама слышу его голос и мне хочется еще и еще. Мазохизм какой-то!
- Что случилось? – спрашивает снова. – Ну? – торопит требовательно.
- Из-за этих статей о нас, ко мне знаешь какое отношение?! Ровным счетом такое, как меня преподносят! Меня сейчас изнасиловать пытались, и я не шучу! Говорит ты же даешь за деньги, значит, дашь и мне! И лапы свои распускать! И трогал меня! Завалил!
- Кто? – его голос как сталь. Как острое лезвие ножа и я теряю спесь.
- Да тут один. На работу хотела устроиться.
- Я даю тебе миллион. За встречу. И ты еще отказываешься?
- Причем здесь ты?
- При том, что пока у народа на слуху эта история, к тебе так и будут относиться предвзято! Какая работа, Арина? Зачем тебе эти косые взгляды и пересуды!
- Заставь их удалить эти статейки! – всхлипываю, сжимая телефон крепче.
- Поздно. Это уже ничего не решит. Весь город гудит как улей. Но я сделаю, то, что должен. Ладно, занят. Позже поговорим.
Открываю рот, чтобы возразить, но он отключает связь.