Страница 88 из 115
Воцарилась бездонная тишина. Все взгляды устремились на Кайла. Неподвижная мощная фигура напоминала скалу посреди бушующего шторма. Тяжёлый, словно удар кулака, взгляд был прикован к отцу — не к родителю, а к архитектору лжи, в которой жил все эти годы. Затем взор обратился к Дамиэну — брату, всегда казавшемуся слабым, но сохранившему человечность, что делало его сильнее любого воина. Наконец, взгляд упал на меня.
В его глазах бушевала настоящая война. Вся прожитая жизнь, накопленная ярость и выстраданная боль сошлись в этой точке, в единственном выборе. Вбитый с детства долг приказывал подчиниться, кипящая в крови ярость требовала броситься в бой. Но среди этого хаоса мерцало нечто новое — невиданная прежде искра собственной воли, суждения, свободного от чужих догм.
В моих глазах он видел не ложь или расчёт, а тот же ужас перед открывшейся бездной, что таился в его душе. В Дамиэне различал не предателя, а жертву, которую их отец готов был принести на алтарь собственной власти.
Вечность сжалась в одно мгновение. Ловцы Душ замерли с пальцами на спусковых крючках. Дамиэн отступил на шаг, его руки вспыхнули слабым фиолетовым светом — последним отчаянным жестом обречённого мага. Инстинктивно приняла боевую стойку: онемевшее от страха тело напряглось подобно тетиве, а из кармана вынырнул амулет, мгновенно надетый на левую руку. Готовность ко всему — битве, смерти, плену — казалась предпочтительнее добровольной сдачи в руки лживого паука, сплетшего свою сеть из костей и обмана.
Вся реальность теперь висела на одном слове Кайла.