Страница 12 из 115
Балкон оказался маленьким — метр на полтора. Приподнявшись на цыпочках, я осмотрела внешнюю сторону: ни царапин, ни следов верёвки, пустота. Если убийца спустился сверху — каким образом? Не было ни пожарных лестниц, ни труб, за которые можно было бы ухватиться.
— Ну что, нашла своего человека-паука? — Громов стоял в дверном проёме, докуривая очередную сигарету.
Я покачала головой:
— Старик был убит первым.
— Откуда такая уверенность?
— Всё будет в отчёте, капитан.
Громов задумчиво кивнул, выпуская дым в сторону улицы:
— Значит, убийца сначала сделал своё дело на восьмом этаже, потом спустился сюда.
Я промолчала. Цифры не сходились. «Как он успел?»
Громов бросил окурок за перила:
— Ладно, хватит гадать. Оформляем как двойное убийство, серийник.
Я молча кивнула. Но в голове уже складывалась другая картина — картина, в которой убийца не был ограничен законами физики.
Полчаса спустя я сидела на, нагретой под солнечными лучами, лавочке во дворе жилого комплекса, сжимая в руках остывший кофе из вендингового автомата. В голове прокручивались образы трёх убийств, словно кадры из дурного триллера, слишком жестокого, чтобы быть правдой, и слишком последовательного, чтобы быть случайным совпадением.
Первая жертва — парень в переулке. Двадцатипятилетний мужчина в дорогом плаще, с лицом, застывшим в последнем ужасе. Он не сопротивлялся, или просто не успел.
Вторая — старик в кресле. Восьмидесятилетний мужчина в поношенном халате, рядом разбитый стакан. На полке чётко выделялся круг в пыли — след от исчезнувшего предмета.
Третья — девушка в ванной. Обнажённое красивое тело с ужасающей раной на груди. Убита в том же доме, что и старик, но на пять этажей ниже.
Я закрыла глаза, отчаянно пытаясь найти связь. Что могло объединять эти смерти?
Во-первых, способ убийства. Все три жертвы имели идентичные раны — рваные, с обугленными краями, словно кто-то вырвал их сердца голыми руками и опалил плоть изнутри.
Во-вторых, отсутствие сопротивления. Ни царапин, ни повреждений на одежде, все трое словно замерли перед лицом смерти.
В-третьих, временной промежуток. Первое убийство произошло полгода назад, два последних — сегодня, с разницей в полчаса.
Но что связывало этих людей между собой? Молодой, вероятно, состоятельный мужчина. Одинокий бедный старик. Привлекательная девушка. Разные социальные статусы, разные районы, разные жизни...
Внезапно я вспомнила полукруг в пыли на полке у старика. Что там стояло? Фотография? Ваза? Или... зеркало?
Мысль ударила как электрический разряд, в ванной у девушки тоже было зеркало — с трещиной посередине. А парень в переулке...
Я резко вскочила, достала телефон и начала лихорадочно листать архивные фото с первого места преступления. На одном из снимков — лужа крови, а за ней... осколки стекла.
«Боже правый...»— прошептала я, увеличивая изображение. Да, это определённо было зеркало. Разбитое, но его оправа сохранила форму.
Три убийства, три зеркала, и во всех трёх случаях что-то было не так с отражениями.
Я медленно опустилась на лавочку, ощущая, как холодеют пальцы. Если моя догадка верна, убийца не просто выбирал жертв, он использовал зеркала. Но как? И, главное, зачем?
Перед глазами вновь всплыло лицо девушки из ванной — её широко раскрытые глаза, будто в последний миг она увидела нечто в зеркале.
Я сглотнула ком в горле. Неужели это правда? Но если да, то теперь я точно знала, что искать и чего следует бояться.
Странный запах дешёвого кофе всё ещё витал в моих ноздрях, словно назойливый мостик между двумя мирами, но реальность уже втянула меня обратно в сырые катакомбы — к Дамиэну.
Принц нервно расхаживал по комнате, его плащ взметался за спиной, словно тревожное знамя. Я наблюдала, как он сжимает и разжимает кулаки — он отказывался верить, что убийца мог действовать и в моём мире. Из гордости? Или потому что это означало бессилие его магии перед чем-то, существующим за пределами его реальности?
— Итак, — резко остановился он, повернувшись ко мне, — мы делаем из тебя приманку. А дальше что? Я должен убить это нечто? Схватить? Какой, чёрт возьми, у нас вообще план?
В его голосе звучало раздражение, но я уловила под ним нечто большее — тревогу. Не за себя, за меня.
Мой взгляд скользнул по осколкам зеркала, разложенным между нами.
— Мы не можем его убить.
— Почему?
— Потому что не знаем, что это. Оно может быть нематериальным, может приходить и уходить через зеркала, как через двери.
— Тогда что ты предлагаешь?
Я подняла осколок, поймав в нём своё искажённое отражение.
— Мы ловим его.
— Как?
— Оно охотится на тех, у кого нет магического следа. На пустых, верно? — Я посмотрела Дамиэну в глаза. — Значит, ему нужна именно я.
— Это очевидно.
— Но оно не просто убивает. Мне кажется оно что-то забирает.
Дамиэн нахмурил брови.
— Что именно?
— Не знаю, но у всех жертв было одно общее — зеркала.
— Ты думаешь, оно что-то в них оставляет? Или... забирает через них?
Я кивнула.
— Возможно. Поэтому нам нужно не просто выманить его, нужно заставить остаться.
Дамиэн задумался, его пальцы начали постукивать по рукояти кинжала.
— Если оно использует зеркала как врата, значит, мы можем их закрыть.
— Как?
— Заклинанием. Но для этого нужно, чтобы убийца уже был здесь, в нашем мире.
Я медленно уловила его мысль.
— То есть... мы заманиваем его, а потом запечатываем выход.
— Да.
— И тогда оно, он, она… черт, без разницы, окажется в ловушке.
— В теории.
Я вздохнула.
— А на практике?
— На практике, — он мрачно усмехнулся, — оно может убить нас обоих прежде, чем мы успеем что-то сделать.
Тишина повисла между нами густым покрывалом.
— Но других вариантов нет, — наконец сказала я.
— Нет.
Дамиэн резко развернулся, схватил со стола небольшой флакон с густой фиолетовой жидкостью и протянул мне.
— Настойка Чёрного Корня.