Страница 60 из 70
— Верно. Пока артефакт не активирован, он всего лишь безделушка. А активация... — развёл руками, — в инструкции не прописана. Должна произойти сама собой. Или не произойти вовсе.
Сидела, сжимая в ладони кусок меди, который мгновенно превратился из тёплого воспоминания о бабушке в эпицентр вселенского заговора. Вся жизнь, все страхи и неудачи предстали в новом, жутком свете. Оказалось, была не просто неудачливой курьершей, а живой мишенью. Наследницей. От этого открытия стало одновременно жутко и... странно спокойно. Наконец-то пазл начал складываться. Пусть картина вырисовывалась ужасающая, но это была именно картина, а не хаотичное нагромождение случайностей.
Откровение повисло в воздухе тяжёлым, звенящим грузом. Пальцы то разжимались, то снова сжимались, ощущая под собой шершавую поверхность амулета. Медный кружок на шее внезапно приобрёл невероятную тяжесть, давя на грудину и напоминая уже не о бабушке, а о чудовищной ответственности, что теперь легла на плечи. Была не просто Ксенией. Была Наследницей. И это звучало как приговор.
Аристарх, тем временем, словно переключил внутренние режимы. Из человека, переполненного яростью и сочувствием, он превратился в холодного аналитика. Усталость никуда не делась, но теперь она стала собранной, рабочей.
— Ладно, — отпил из треснувшей чашки, поморщившись от остывшего чая. — Теперь мы знаем «что». Нам нужно понять «кто» и «почему». Кому была выгодна атака на тебя?
Отодвинул чашку и устремил на меня тот самый пронзительный взгляд, который, как теперь стало ясно, видел не просто девушку с проблемами, а пешку на сложной шахматной доске.
— Давай разберём всё по порядку. Итак, кто мог знать о потенциале амулета? Белобог, Чернобог, Васька... — кивнул в сторону кота, вновь изобразившего крепкий сон. — И, вероятно, кто-то ещё в «Полуночнике». Необязательно из высшего эшелона. Кто-то, имевший доступ к старым архивам, к слухам.
— Или тот, кто давно охотится за подобными артефактами, — голос прозвучал неожиданно чётко. Внутри что-то щёлкнуло. Страх начал отступать, уступая место новому чувству — острому, охотничьему азарту. — Ты сказал — защита от проклятий. Кому это нужно больше всего?
Переглянулись. Ответ лежал на поверхности.
— Нежити, — произнёс Аристарх. — Вампирам, упырям... тем, чьё существование по сути является сплошным проклятием. Выйти на солнце, сбросить вековые ограничения... Для них такой артефакт — настоящий Священный Грааль.
По спине пробежал холодок. Вспомнился тот самый бал. Аристократические вампиры с презрением взирающие на донорскую кровь. Та самая жажда в их глазах — не только к крови, но к чему-то большему. К свободе.
— Но зачем тогда нападать именно на меня? — встав, начала мерить шагами тесную кухню. — Зачем этот сложный план с Марой и Лю Цзы? Почему не попытаться просто украсть?
— Потому что не выйдет, — напомнил Аристарх. — Ты — Наследница. Артефакт можно только добровольно отдать. Значит, цель была не в краже. Целью было... сломать. Заставить почувствовать себя настолько беспомощной, настолько загнанной в угол, что когда предложат «защиту» в обмен на амулет, согласишься с радостью.
— Сломить волю... — прошептала. — Чтобы сама всё отдала...
И тут осенило. Воспоминание, вытесненное ужасом, всплыло с кристальной ясностью. Не из самого кошмара, а из того мига, прямо перед ним, когда ещё боролась со сном. Тот самый обрывок фразы, который не удавалось разобрать и потому забыла.
— ...должна быть готова, человечишка...
Произнесла это вслух. Шёпотом.
Аристарх замер. Не просто умолк — буквально окаменел. Его взгляд, до этого ясный и аналитичный, внезапно остекленел. Он смотрел сквозь меня, в какую-то собственную внутреннюю бездну. Было видно, как напряглись мышцы на его скулах.
— Что? — голос прозвучал резко, а внутри снова зашевелилась червоточина подозрения. — Что это? Узнал эту фразу? Такое обращение?
Медленно, очень медленно он перевёл на меня взгляд. В его глазах застыло странное выражение — причудливая смесь узнавания и... страха? Нет, не страха. Скорее, предостережения.
— Это... — прокашлялся, и голос вновь стал хриплым. — Пустое. Усталость. Голова уже не варит.
Отвёл глаза и поднялся со стула.
— Мне нужно... нужно отойти. Переварить всё. — Потер переносицу. — Слишком много информации за один вечер. И для тебя тоже. Тебе нужно отдохнуть.
Он не смотрел на меня. Его взгляд был прикован к двери, словно оценивал расстояние до выхода. Эта внезапная перемена оказалась оглушительной. Минуту назад мы были соратниками, а теперь он отстранялся, возводя между нами невидимую, но прочную стену.
— Аристарх, — сделала шаг к нему. — Что ты скрываешь?
— Ничего, Ксюх, — попытался улыбнуться, но получилось жалко и неестественно. — Просто вымотался. Завтра поговорим. Со свежей головой.
И он ушёл. Без прощаний, не обернувшись. Просто вышел из кухни, оставив наедине с треснувшей чашкой, притворяющимся спящим котом и тяжёлым, давящим чувством, что самый важный кусок пазла он унёс с собой.
Стояла посреди кухни, слушая, как в прихожей захлопывается дверь. Тишина, воцарившаяся после его ухода, была громче любого крика. Он что-то знал. Знало это. И не сказал. Почему?
Взгляд упал на Ваську. Кот приоткрыл один глаз, зелёный и невыразительный.
— Ну что, Наследница, — лениво проронил он. — Поздравляю. Ты только что получила первый практический урок: в нашем мире доверять нельзя никому. Даже тем, кто целует в щёку после бала.
Закрыл глаз и снова погрузился в поддельный сон. А я осталась наедине с растущим подозрением, которое разъедало изнутри всё то немногое доверие, что успело возникнуть между мной и Аристархом. И самым ужасным было то, что невозможно понять — оберегает он таким образом или готовит ловушку.
Следующее утро началось с того, что в полусне пришлось нащупывать под подушкой вибрирующий телефон. Сознание возвращалось медленно, увлекая за собой обрывки тревожных снов: треснувшая чашка, ледяной привкус фарфоровой визитки и навязчивый шёпот: «…должна быть готова, человечишка…».
Сообщение оказалось кратким, как выстрел: «Склеп №13. Навестите менеджера. 9:00. Зубенко».
В животе похолодело. «Навестите менеджера» — звучало столь же зловеще, как и в первый раз. Михаил Зубенко. Тот самый менеджер среднего звена из мира нечисти, чей кабинет располагался в склепе, а инструментом работы служили отнюдь не отчёты, а сгустки самой что ни на есть настоящей тьмы.