Доставка для нечисти

— Мне передали, что вы сегодня нас посетите, — продолжил тролль почти с придыханием. Он запустил свою массивную лапу в карман пиджака, устроив там настоящий обвал скальной породы, и извлёк потрёпанный бумажный планшет. На нём кривыми, но гордыми буквами красовалось: «V.I.P.». Тролль с торжествующим видом ткнул в планшет ногтём толщиной с палец, оставив вмятину напротив имени «Аристарх».

— Всё в порядке, товарищ Бодр, — кивнул Аристарх с абсолютно серьёзным видом. — Пропускаем?

— Так точно! Приятного времяпрепровождения! — отрапортовал тролль по имени Бодр и отступил в сторону, давая пройти.

Переступили порог — и мир перевернулся.

Внешне это оставался всё тем же унылым провинциальным ДК с потёртым линолеумом, советскими люстрами и плакатами о здоровом образе жизни. Но на привычную реальность легла другая — словно плёнка безумия, наброшенная поверх обыденности. Воздух дрожал и искажался, как над раскалённым асфальтом. Знакомый запах пыли и затхлости полностью вытеснила густая, почти осязаемая смесь ароматов: дорогих духов, палёной серы, лесной хвои, мёда и воска.

Стены перестали быть просто стенами. Они дышали. Обои с блёклыми ромашками то и дело шевелились, сквозь них проступали иные узоры — спирали, руны, лики незнакомых существ. Одна люстра вместо лампочек была увешана живыми светящимися шарообразными созданиями, тихо переговаривавшимися писклявыми голосами. Другая и вовсе представляла собой гнездо из переплетённых светляков, мерцавших в такт странной музыке, доносившейся из главного зала.

А музыка... Это был хаос, обретший форму. Скрипка выводила изысканную мелодию, ей вторил виолончельный бас, но их тут же перебивали дикие неистовые ритмы бубнов, бой барабанов — сделанных, похоже, из настоящих черепов — и пронзительный леденящий душу свист. Последний, как удалось понять, издавало высокое тощее существо в плаще из перьев, замершее на балконе второго этажа.

Люди... Вернее, существа. Их были сотни. Ведьмы в остроконечных шляпах с современными клатчами в виде лягушек. Лешие в камуфляжных штанах с рогами, увитыми светодиодными гирляндами. Вампиры в строгих фраках с аристократической бледностью и кислотными галстуками. Мелкие юркие домовята в народных рубахах с планшетами в руках сновали между ног высокородной нечисти, что-то назойливо предлагая. В углу, на сцене импровизированного бара, три огромных мохнатых существа с гитарами — были ли это оборотни или просто чрезмерно волосатые музыканты, решила не гадать — выводили мощный рифф, от которого дребезжали стёкла в окнах.

Застыла на месте, вжавшись в Аристарха. Сознание отказывалось воспринимать этот объём сюрреализма — словно самый нелепый сон усилился стократно.

— Эээ... Аристарх, — прошептала, хватая за рукав бархатного пиджака, — а ты, оказывается, кто-то важный? Я не знала...

Он обернулся. Лицо в мерцающем свете светящихся шариков и светляков казалось спокойным, лишь слегка уставшим от всего этого великолепия.

— Да просто внештатный специалист по древностям в «Полуночнике», — пожал плечами, продолжая вести сквозь карнавал. — Не забивай голову. Пару раз помог Чернобогу и Белобогу с атрибутикой и переводами особо древних артефактов, вот и приютили в своём бизнесе. Дали доступ, этот самый ВИП, — кивнул в сторону входа. — Удобно. Не приходится стоять в очередях и слушать, как тролли полчаса раздумывают.

«Приютили». «Дали доступ». Он говорил о верховных божествах местного пантеона, о фундаментальных силах мироздания, как о старых приятелях, оказавших небольшую служебную услугу. От такой простоты слегка закружилась голова. Смотрела на этого «обычного парня», вытащившего себя из грязи в князи силой воли и любопытства, — и понимала, насколько сильно недооценивала его.

— То есть ты... на «ты» с ними? — не унималась, пробираясь следом.

— Ну, «на ты» — громко сказано, — ловко увернулся от пары танцующих кикимор, чьи юбки из мха и папоротника больно хлестнули меня по ногам. — Скорее, на «вы», но с уважением с их стороны. Они, знаешь ли, ценят компетентность. А в мире, где большинство либо панически боится магии, либо пытается подчинить её дубиной, грамотный археолог с хорошо подвешенным языком — на вес золота.

Мы вышли на край танцпола — его соорудили, просто сдвинув к стенам привычные столы и стулья. Зрелище оказалось одновременно завораживающим и пугающим. Пары кружились в вальсе, но это был далеко не обычный танец. Одна пара — дама в платье из тумана и кавалер в смокинге из теней — буквально парила в воздухе, не касаясь пола. Другая, чьи партнёры напоминали ожившие кусты шиповника, двигалась резко и угловато, с треском ломая и тут же отращивая ветви. Какой-то весёлый бесёнок с рожками, обмотанными серпантином, отплясывал нечто, отдалённо напоминающее тверк, вызывая одобрительные возгласы окружившей его публики.

— Ничего, — произнёс Аристарх, заметив ошарашенное выражение лица. — Первый раз всегда шокирует. Просто дыши. И помни, большинство из них абсолютно безобидны, пока не наступишь на хвост или не предложишь выпить за здоровье Ярилы.

Взгляд его скользнул к длинному столу, ломившемуся от яств. Среди привычных канапе и фруктов стояли блюда, от которых непроизвольно свело желудок: желеобразная масса, пульсирующая нежным фиолетовым светом; салат из шевелящихся в миске кореньев; огромная дымящаяся миска с тем самым холодцом — мутным, с прожилками радужного отлива, в толще которого угадывались смутные неясные формы. Твёрдо пообещала себе держаться от этого стола подальше. С Васькой нельзя было не согласиться.

Стоя с Аристархом у края танцпола, чувствовала себя брошенной в аквариум с экзотическими и откровенно опасными рыбами без малейших навыков плавания. Главный зал ДК являлся подлинным эпицентром этого безумия. Высокие потолки тонули в дымке — не простой, а скорее сгустке магии, переливавшемся всеми цветами радуги. Люстры... о, эти люстры! Та самая со светящимися шариками явно вела оживлённую беседу — создания пищали и переливались разными цветами в такт музыке. Классическая советская люстра-«паук» оказалась опутана настоящей блестящей паутиной, словно посеребрённой, причём настолько искусно, что это казалось частью замысла дизайнера.

Не удержалась и потянула Аристарха за рукав, бросив выразительный взгляд на паутину.

— Это тоже... декорация?

— В некотором роде, — усмехнулся он. — Работа мадам Аранции, нашей главной декораторши. Она очень трепетно относится к творчеству.