Дочь друга. Трогать нельзя

Глава 33

Сабина

Такси тормозит у «Синей бороды». Я благодарю водителя и выхожу. Перед входом — толпа: молодёжь курит, болтает, смеётся. Из здания доносится грохочущая музыка — она вибрирует где‑то под рёбрами.

Поправляю чёрные обтягивающие брюки и полупрозрачную блузку, провожу пальцами по волосам, собранным в высокий пучок. Шаг за шагом приближаюсь к клубу и размышляю: позвонить Марку прямо сейчас или сначала зайти внутрь? Может, взять коктейль, потанцевать, а потом сделать вид, что случайно наткнулась на него? В любом случае я покажу, что не собираюсь спрашивать разрешения, где мне бывать.

Прохожу на ресепшен. Охрана проверяет сумочку. Оплатив вход, получаю браслет. Музыка давит на нервы, стробоскопы бьют по глазам — мне неуютно. Раньше я не особо любила такие места. С Никой мы чаще ходили в спа, рестораны или торговые центры. Но сейчас во мне вскипает протест: Марк заявил, что мне нельзя сюда — исключительно потому, что я женщина.

Пробираюсь сквозь толпу к барной стойке напротив танцпола. Пальцы слегка дрожат. Усаживаюсь на высокий стул, оглядываюсь — ищу Марка. Скорее всего, он где‑то на втором этаже, в VIP‑зоне. Богатые обычно выбирают ложи, а не общий зал.

— Что будете заказывать? — спрашивает бармен.

Над его головой мерцают экраны с названиями коктейлей. Я давно ничего не пила и растерянно смотрю на них.

— А что вы можете посоветовать? — спрашиваю я.

— Девушки часто берут «Кубу Либру» или «Донну Бьянку», — улыбается он.

— Тогда «Донну Бьянку», пожалуйста.

Бармен ловко орудует бокалами — движения быстрые, отточенные. Через пять минут передо мной появляется рыжевато‑жёлтый коктейль с кусочком ананаса на кромке.

Делаю глоток через трубочку: лёгкая горечь алкоголя смешивается со сладостью фрукта. Снова оглядываюсь и поднимаю взгляд к верхним этажам клуба.

Как же мне его найти? Самой подняться туда? Или всё же написать?

— Так‑так‑так, кто это здесь? — вдруг за спиной раздаётся знакомый мерзкий голос.

По позвоночнику бегут мурашки. Медленно поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с Глебом. Сердце сжимается от страха, живот стягивает тугой узел. В памяти вспыхивают картинки, как он чуть не изнасиловал меня, как Ника билась в дверь, пытаясь меня спасти, а потом как отец едва не убил его… Позже папа с Игнатовым сфабриковали улики так, что на него повесили больше обвинений, чем он на самом деле заслужил. Я думала, он в тюрьме, но, видимо, ошибалась.

— Что ты здесь делаешь? — вырывается у меня.

Его губы растягиваются в усмешке. Он наклоняется ближе.

— Мой отец — не последний человек в городе, Сабина. За меня внесли хороший залог. Деньги, знаешь ли, многое решают. Но я рад, что мы столкнулись. Возможно, в этот раз я смогу проучить тебя — за то, что твой отец и его дружки сделали с моей жизнью.

Слова он буквально выплёвывает мне в лицо.