Только с тобой

22

Лэндон

— Итак, я могу спрашивать что угодно? — она поднимает свою кружку, пытаясь скрыть озорную улыбку, играющую на губах.

Снежно-белые и электрически-сапфировые вспышки кружат в моей голове.

Я ловлю себя на затаенном дыхании, сосредоточившись на ее цветах, стараясь не думать о том, как сильно хочется уйти отсюда.

— Да, но у тебя только пятнадцать вопросов.

Мы все еще на кухне, стоим друг напротив друга. Она облокотилась на один из шкафов, а я — на другой. Яркие желтые светодиоды, которые Габби прикрепила под полками, освещают пространство вокруг нас, создавая атмосферу уюта.

Она громко фыркает, ее брови сдвигаются в недовольстве.

— Я думала, мы договорились на двадцать.

— Теперь у тебя десять.

На ее лице появляется недовольство, а плечи опускаются.

— Десять? Как мы перешли от двадцати к пятнадцати, а теперь к десяти?

— Принимай как есть, — говорю я с решимостью, голос не терпит возражений.

Но, конечно, это не будет так просто, потому что в ее глазах вспыхивает тот самый огонек, который я хорошо знаю. Этот взгляд говорит о том, что ей все равно, что я скажу или не скажу.

— Двенадцать, — требует она, расправляя плечи.

— Девять.

— Тринадцать.

— Восемь.

— Четырнадцать.

— Ты меня бесишь, — произношу я, хотя на самом деле это не так. Чувствую себя странно спокойно, учитывая, что собираюсь отвечать на вопросы, на которые не хотел отвечать еще недавно. — Я отвечу на три вопроса. Если ты поднимешь ставку, клянусь, не отвечу ни на один вопрос. Так что три или ничего.

В ее глазах вспыхивает искра упрямства, и не проходит и секунды, как ее полные губы расплываются в озорной улыбке.

— Пять.

Я смотрю на нее с недовольством.

— Джулианна.

— Лэндон, — отвечает она с сияющей улыбкой.

Я вздыхаю, поправляя очки на переносице.

— Ты меня утомляешь.

— Не будь таким. В любом случае, мы оба знаем, что ты достаточно умен, чтобы отвечать только на то, что хочешь, — ее брови поднимаются, как будто она говорит: «Отрицаешь?»

Я не спорю, потому что она права.

— Почему тебе вообще интересно знать обо мне?

Она делает глоток своего напитка.

— Мы будем вместе до конца семестра. Я подумала, что было бы неплохо, если мы узнаем друг друга получше. Может, это сделает наше время вместе немного более терпимым. Плюс, я уверена, что мои соседки и твой лучший друг сделали небольшую ставку. Так что будет здорово доказать им, что они ошибаются.

Я тихо смеюсь.

— Ты об этом знаешь?

Мои лучшие друзья — настоящие идиоты. Они ставят на то, как долго, по их мнению, мы с Джулианной продержимся, прежде чем все закончится. Они думают, что я не в курсе, но Полли не умеет скрывать свои мысли. Я подозреваю, что Полли не сказала Джулианне, что я остаюсь, и соврала о том, что она уходит на вечеринку.

Как только сладкий шоколад окутывает мой язык, я не могу сдержать восторга.

— Черт возьми, это восхитительно, — произношу я тихо и делаю еще один глоток, игнорируя, как пар застилает очки.

— Думаю, мне нужно услышать это снова и громче. На самом деле, дай мне секунду.

Джулианна уходит, прежде чем успеваю произнести хоть слово, но вскоре возвращается, держа в руке телефон.

Я поднимаю бровь, наблюдая, как она быстро касается экрана, а затем подносит его ко мне.

— Что ты делаешь?

— Повтори то, что ты только что сказал, и не забудь добавить «помпезности» в голос, — говорит она, нажимая на кнопку записи и делая круговое движение ладонью, призывая меня говорить.

— «Помпезности»?

— Да, у тебя это отлично получается. Давай, скажи это. Теперь мне придется начать заново.

Я качаю головой, глядя на ее энтузиазм, но не могу отрицать, что это мило.

— Нет, я не буду..

— О, давай, это будет отличная запись для твоего «банка воспоминаний», — подшучивает она, но затем замирает, словно осознав, что сказала. Ее щеки заливаются румянцем, но не отказывается от своих слов. — Скажи это.

Я смотрю на ее лицо с недоумением, потому что никогда не видел, чтобы она краснела. Уверен, это случалось и раньше, но никогда не был свидетелем такого. Не то чтобы я когда-либо заслуживал этого, но мне это так нравится, что хочу увидеть это снова.

Схватив ее за запястье, я подношу телефон ближе к губам, глядя ей в глаза, и произношу:

— Черт возьми, это прекрасно.

Щеки Джулианны окрашиваются в розовый цвет, и румянец только усиливается, пока я смотрю на нее и держу запястье. Когда тяну ее ближе, она позволяет мне это сделать. Наши взгляды встречаются, и кажется, что время остановилось, позволяя нам запечатлеть этот мимолетный момент.

Хотя мне и не нужно, чтобы время останавливалось, потому что этот миг навсегда останется в моей памяти.

Сделав глубокий вдох, я отпускаю ее запястье и делаю еще один глоток.

— Это было достаточно хорошо?

— Да, отлично, — отвечает она, отступая и кладя телефон на стол. — В любом случае, насчет ставки. Они не думают, что мы продержимся долго.

— Они ошибаются, и мы это докажем.

— Мы это сделаем, не так ли? — на ее лице появляется скромная улыбка, такая непривычная для нее.

Мне это нравится.

— Ладно, у тебя пять вопросов, — уступаю я, проводя пальцами по своей цепочке, пока тревога в животе не утихает.

Она задумчиво поджимает губы, и электрическое напряжение между нами становится почти ощутимым.

— Почему бы тебе не поделиться чем-то со мной, а я сделаю то же самое? — предлагает она.

Я не ожидал этого. Думал, что она задаст типичные вопросы, вроде того, собираюсь ли я участвовать в драфте НБА²⁷, на какой позиции играю или что-то, связанное с баскетболом, но это не то. Это даже не вопрос.

Я убираю руку от цепочки, и тревога наконец отступает.

— Это будет считаться одним из твоих вопросов.

Она смеется.

— Я так и думала, но не важно. Поделись чем-то со мной.

Впервые в жизни я чувствую, что не знаю о чем говорить. Знаю, что мог бы сказать, и это могло бы быть множество банальных вещей, которые говорил за свою жизнь. Но, в отличие от всех тех случаев, мне действительно хочется поделиться чем-то.

Не знаю, связано ли это с ее взглядом, который говорит, что она не ждет от меня ничего особенного. Как будто ей все равно, поделюсь ли я своим любимым цветом или скажу какое мое второе имя — нечто такое, что я никогда не произнесу вслух. Но суть в том, что она смотрит на меня с намерением. Как будто все, что я скажу, удовлетворит ее желание узнать что-то обо мне.

Это ничего не значит. Люди постоянно делятся своими мыслями. Это не будет чем-то особенным.