Доверься судьбе

Глава 2

Двадцать лет назад я была совсем юная и наивная, едва-едва вошедшая в брачный возраст девочка. Отец привез меня в столицу к осеннему балу. Не представляю даже, на что ему пришлось пойти, чтобы получить приглашение ко двору. Денег у нас не было, и уже тогда со здоровьем у отца было не очень, он боялся, что если будет медлить, то просто оставит меня сиротой с кучей долгов, и тогда уже точно замуж не выйти. Это был последний шанс.

Он даже нашел мне жениха. И если рассуждать здраво, то партия была весьма приличной. Мелкий барон с юга, не особо богатый, но с крепким стабильным доходом от виноградников и сыроварен. Чуть за тридцать… Боже, мне тогда казалось, что он совсем старый, чуть ли не вдвое старше меня! Знала бы я… Дела сыроварни казались мне совсем не романтичными, а барон – невыносимо скучным.

Мы снимали комнаты в столице, и вот, отец приглашал барона к себе. Тот вежливо улыбался мне, хотя, кажется, не очень понимал, что со мной делать и о чем говорить. Но он тоже приехал искать жену, поэтому не сопротивлялся. А я, хоть и без особого приданого, но из приличной семьи, молоденькая, здоровая, с даром пусть и слабым, но все же полезным, таким, какой по наследству можно передать. Вот с отцом барон быстро нашел общий язык. О хозяйстве, о строительстве – барон летом новые хлева строил, а отец тоже недавно чинил крышу и строил новый хозяйственный сарай. И вот на этой почве они и сошлись.

Я скучала.

Я даже осторожно просила отца не выдавать меня замуж за этого… Ведь скоро бал во дворце, и я наверняка смогу найти кого-то получше. Отец на такое тяжело вздыхал и качал головой. Говорил, что нам и так повезло, что лучше я не найду. Чего же мне еще надо?

Но я была молоденькой дурочкой и хотела любви.

По-хорошему, найдя барона, отцу стоило вообще меня на бал не пускать, чтобы избежать лишних соблазнов. Пусть договоренности уже были, и приглашения получены, но не пойти, придумать что-то, сказаться больной. Было бы спокойнее. Я знаю, отец даже думал об этом, но я так бала ждала, что он не смог мне отказать.

А на балу я встретила Ульриха.

Он был ослепителен.

Сам совсем мальчишка еще, на пару лет всего старше меня. Но тогда, конечно, он казался мне взрослым мужчиной. Героем! Даже в настоящий военный поход успел сходить летом! Только вернулся. Высокий, загорелый, светлые кудри и синие глаза… Мне стоило только в эти глаза глянуть…

Я встретила его на лестнице. Он мне ослепительно улыбнулся.

Его и Патрика…

У меня тогда голова кружилась от счастья быть при дворе, от блеска и столичной роскоши. У меня сердце колотилось. Я и думать ни о чем толком не могла.

А для двух парней это была просто забава.

Я узнала потом…

Они только вернулись из похода и жаждали развлечений. Стояли там, на лестнице, выбирали девицу посмазливее и попроще, чтобы потом не отхватить проблем. Выбор пал на меня. И пари – кто первый уложит меня в постель. Все так банально и глупо.

Ульрих преуспел. Обыграл почти всухую. Ему понадобилось чуть больше недели. Я и не сопротивлялась особо, я была им так восхищена.

А вот Патрик мне сразу не понравился. Хотя Патрик подошел ко мне первый, и первый пригласил на танец. Но он казался… слишком навязчивым, слишком заинтересованным. Когда мы танцевали, он так откровенно пялился на мою грудь, что мне хотелось сквозь землю провалиться. Или огреть его чем-нибудь. Наши провинциальные нравы к вздохам и обморокам не очень располагали, скорее, наоборот.

Впрочем, в груди ничего неприличного не было, вырез не такой уж и глубокий был… хотя, может, чуть больше, чем стоило, мне ведь так хотелось женихов завоевать. Патрик целовал мне ручку, говорил, как восхищен, как я прекрасна. Звал вечером прогуляться в саду.

Я смотрела и пыталась понять – кого предпочесть, его или скучного барона.

Второй танец я с бароном танцевала. Немного смущалась его, такого взрослого, серьезного и критически на меня поглядывающего. И даже обидно было, но поглядывающего не на грудь. Ему не нравится? Танцевал барон чуть неуклюже и скованно, скорее, отбывал повинность, чем развлекался. Но ради меня честно готов был стараться. И это наводило тоску.

А потом Ульрих.

Он подошел, улыбнулся, пригласил...

Спокойно, сдержанно, чуть небрежно, без лишних комплиментов, без пустой болтовни, без суеты. Но он так смотрел, что все комплименты я готова была додумать и сама. Главное – он смотрел в глаза. Прямо. Спокойно и просто, но в его взгляде было обещание. И восхищение. По крайней мере, тогда мне это виделось именно так.

- Вы хорошо танцуете, - мягко улыбаясь, сказал он.

Его сильные руки уверенно вели меня.

- Вы тоже, - я жутко краснела и даже потела от волнения, и от этого смущалась еще больше. Он только улыбался.

И как-то незаметно, без особых усилий, увел меня на балкон, даже не дожидаясь конца танца. «Идемте на воздух, здесь жарко». Подхватил под руку. Это неприлично, но мне в мои годы не было дела до придворных условностей. В нашей деревне на условности смотрят сквозь пальцы.

В зале действительно очень жарко, у меня щеки горят.

А на балконе Ульрих вдруг споткнулся, охнул и схватился за меня. Вот прямо за талию обхватил.

- Простите, ногу свело немного, - сказал виновато, и даже губу прикусил, хотя в глазах никакого раскаянья и в помине не было. – У меня бывает иногда, после ранения. Сейчас отпустит…

Только меня отпускать он совсем не спешил, даже наоборот, как-то к себе притянул.

У меня сердце колотилось. Слишком близко. Его дыхание у моего уха… почти интимно… И неожиданно приятно. Только чтобы вот так меня хватали – я не привыкла. В первое мгновение пришлось бороться с желанием дать ему в морду, потому что я была девушка хоть и наивная, но за себя постоять вполне в состоянии.

Но он так жалобно сложил бровки домиком, что я бить не стала, пожалела.

- И давно вас ранило? – поинтересовалась я. Вышло немного холодно, мне даже стыдно стало. Вдруг он, правда, страдает?

- Да вот, летом, - сказал Ульрих. – Под Хортом. Протазаном пропороли бедро, я даже с лошади свалился, чудо, что не под копыта.

Но меня отпустил, и за балюстраду схватился. И стоит на одной ноге, чуть ступней из стороны в сторону покручивая. Правда, у него нога? А я тут… Зря я не поверила.

- А когда вы танцевали, - сказала я, - то даже и не видно, что хромаете.

- Да я не хромаю, - улыбнулся он. – Но иногда сводит внезапно. Ничего, сейчас пройдет. Мы постоим немного? Смотрите, как тут хорошо.