Страница 3 из 7
От этого простого жеста по телу разлилось странное, предательское тепло. Это меня разозлило, и я дёрнулась. А он припечатал.
– Я тебя хочу, – его голос прозвучал тихо, почти интимно. – А волосы лучше убирать. Тебе так не идёт.
Я разозлилась.
– Не надо меня трогать! Я сама решаю, что мне идёт, а что не очень! – выпалила я, чувствуя, как горит лицо. Его прикосновение обожгло кожу и не только её.
Улыбка Марка стала ещё шире, но теперь в ней было меньше насмешки. Больше заинтересованности. Он самодовольно улыбнулся и откинулся на спинку кресала.
– Хорошо. Ограничимся съемкой. Сенсационные фотографии быта известной персоны на горнолыжном курорте для прессы. Никакого физического вреда, компромата и откровенной грязи. Так устроит, Даша?
Это была не победа, и даже не уступка. Но я кивнула.
– Устроит. Только я не называла тебе своего имени.
Теперь на его лице появилась самодовольство кота, уверенного, что мышь никуда не денется.
– Рад, что мы наконец поняли друг друга, – ответил Марк, допивая кофе. Он медленно, не отрывая от меня внимательного взгляда, встал. Достал из портмоне самую крупную купюру и положил её возле десерта. – Завтра после твоей смены здесь же. За этим столиком. Не задерживайся.
Он вышел, не оглянувшись. А я сидела одна, держа в руках остывающий кипяток. Вода стала теплой и противной на вкус. Мне было страшно. Во что я ввязалась? Кто этот Марк, который всё обо мне знает?
Что ему надо?
И почему его прикосновение до сих пор пылает на моей коже, как клеймо?
Поездка в банк
Стеклянные двери банка с шипением раздвинулись, освобождая путь в мир респектабельности, корпоративного духа и отработанных финансовых механизмов. Мир таких, как Марк.
От этой мысли меня тряхнуло.
Банк пах зерновым кофе и возможностями, которых у меня не было.
На душе было тяжело. Мамин звонок заставил вырваться в город, потому что на горнолыжном курорте банковских филиалов не было. А решать вопрос по кредиту надо было срочно. Хотя это и не было сказано вслух, я поняла это и сама.
И в первый же выходной поехала обивать пороги финансовых организаций. В трёх мне уже отказали. В четвёртую, которая издалека кричала о роскоши и богатстве их клиентов, я входила едва ли не боком.
Чувствовала себя серой мышкой в своем поношенном, пуховике. Пройдя мимо разложенных глянцевых буклетов, выбрала на дисплее раздел «Кредитование частных лиц».
А когда на экране загорелся мой номер, подошла к сотруднице за столиком номер 1. Ей не удалось скрыть осуждающий взгляд, который скользнув по моему оранжевому пуховику, буквально кричал: «Не наш клиент».
– Мне нужно оформить кредит, – начала я без предисловий, стараясь скрыть дрожь в голосе.
Сотрудница банка с бейджем «Екатерина» выглядела безупречно. Лучше, чем я в любой из дней своей жизни. Она взяла мой паспорт рукой с идеальным маникюром и улыбнулась хорошо отрепетированной улыбкой.
– Какая сумма вас интересует? На какие цели? Покупка недвижимости? Поездка? Приобретение машины?
Мне стало горько. На Мальдивы мне бы и в голову не пришло просить кредит.
– Без уточнения цели.
– Хорошо, я оформлю заявку на потребительский кредит. – Девушка защёлкала кнопками стильной клавиатуры. – Какую сумму планируете получить?
– Три миллиона рублей. Но это общая сумма, которая мне необходима. Если вы можете дать часть, дайте часть.
Екатерина едва заметно приподняла идеальные брови, не сумев скрыть удивления, и снова застучала по клавиатуре.
– Что-то предоставляете для обеспечения кредита?
– Что? – не поняла я.
– Закладывать что-то будете? Дом, Квартиру? Машину? Другие активы?
– Нет.
– Значит, без обеспечения.
– Входите ли вы в группы с льготным кредитованием?
– Какие именно? – снова не поняла я.
Девушка вздохнула и придвинула ко мне карточку с перечислением претендентов на получение денег на более выгодных условиях. Но ни молодой семьёй, ни работником поддерживаемых отраслей я не была.
Сотрудница банка уточнила мой доход и имеющиеся кредиты. Снова застучала по кнопочкам. Протянула паспорт и предложила подождать возле столика. Но когда я поднялась на ноги, успела заметить её взгляд, в котором смешались жалость недоумение.
Время тянулось медленною. В банк входили люди в дорогих пальто и туфлях. Было понятно, что они приехали на машинах прямо ко входу, и надевать тёплые сапоги им не было никакой необходимости.
На меня смотрели с удивлением. Я привлекала взгляды своим оранжевым пуховиком, и, судя по шушуканью сотрудников, вызывала недовольства клиентов. Видимо поэтому, меня не позвали за столик.
Екатерина, двигаясь модельной походкой, подошла к моему диванчику.
– Госпожа Касаткина, банк изучил вашу заявку, – её улыбка стала печальной, и, к сожалению, принял решение об отказе в выдаче кредита.
У меня перехватило дыхание. В других банках мне тоже ничего не дали, но здесь я надеялась на чудо. Наивно очаровавшись богатым интерьером.
– Но почему? – спросила я жалобно. – У меня есть работа. Я своевременно за всё плачу.
Девушка присела рядом и, вздохнув, ответила. Тоже тихо.
– Дело не в своевременности, а в нагрузке. Вы уже брали деньги в кредит. Сейчас у вас уже внушительный долг. Это создает высокую кредитную нагрузку. А доход не позволяет обслуживать новый кредит, тем более на такую значительную сумму. – Екатерина пожала плечами. – Банк не может пойти на такой риск.
Мне захотелось объяснить девушке, что я смогу.
– Я буду платить! Я буду работать больше! Найду вторую работу! – голос дрогнул, выдавая волнение.
Я чувствовала, как последний шанс обойтись без денег за снимки Волкова, разлетается вдребезги. Екатерина отрицательно покачала головой. В её глазах мелькнуло что-то похожее на жалость, что было в тысячу раз унизительнее грубости.
– Без обеспечения, увы, это невозможно. Если бы у вас было имущество в залог – квартира, дом, машина.
– У меня ничего нет, – перебила я безжизненным тихим голосом.
– Я понимаю, – тихо сказала сотрудница банка и медленно поднялась. – Возможно, вам стоит рассмотреть другие варианты.
Но я уже её не слушала. Поблагодарила и попрощалась. А потом выскочила из банка на улицу. Порыв ледяного ветра метнул мне в лицо горсть снега, и я едва не заплакала от отчаянья.