Страница 3 из 10
1
Игорь вернулся в половине десятого.
Обычно я слышала его ещё в лифте. Он разговаривал громко, иногда по громкой связи, смеялся, отдавал распоряжения и продолжал говорить, уже открывая дверь, будто квартира была просто ещё одним помещением между машиной и спальней.
В тот вечер вошёл тихо.
Значит, Оксана предупредила.
Я сидела на кухне. Передо мной лежали две фотографии.
На одной мы втроём отмечали Дашин двенадцатый день рождения. Игорь стоял между нами, держал дочь за плечи и улыбался немного устало, потому что только вернулся из командировки.
На второй он сидел на турецком пляже с Мишей на плечах.
Оксана закрыла страницу, но я успела сделать снимок.
— Даша дома? — спросил Игорь.
— У Лизы. С ночёвкой.
Он снял куртку и повесил на крючок.
Аккуратно.
Обычно бросал на пуфик, а утром спрашивал, почему она мятая.
— Лена, я могу всё объяснить.
— Давай.
Он вошёл на кухню, увидел фотографии и сел напротив.
Сначала взялся за спинку стула обеими руками, потом всё-таки опустился.
— С Оксаной всё давно сложно.
— Семь лет сложно?
— Не семь.
— Мише шесть.
Игорь провёл ладонью по лицу. Он делал так, когда хотел выиграть несколько секунд.
— Мы познакомились семь лет назад. Но отношения начались позже.
— Насколько позже? Через неделю?
— Не передёргивай.
Я смотрела на него.
Лицо знакомое. Я знала, где у него появляется складка после бритья, как он щурится без очков, как кусает губу, если врёт и сам понимает, что плохо.
И всё равно передо мной сидел чужой человек.
— Ты отец Миши?
— Да.
— Он знает про Дашу?
Игорь отвёл взгляд.
— Нет.
— А Даша знает про него?
— Нет.
— Очень удобно.
— Я собирался сказать.
— Когда? Когда они случайно встретятся в очереди к стоматологу?
Он раздражённо посмотрел на меня.
— Не надо издеваться.
— Хорошо. Давай серьёзно. Сколько времени ты проводишь у них?
— По-разному.
— Игорь.
— Иногда два дня. Иногда меньше.
— Каждую неделю?
— Лена, какая сейчас разница?
Я усмехнулась.
— Для тебя, видимо, никакой. Ты везде был дома.
Он встал, подошёл к окну, отодвинул занавеску, хотя за ней был тёмный двор, фонарь и мусорные баки.
— Я люблю обоих детей.
— А женщин?
Игорь замолчал.
Мне было сорок один год, мы прожили вместе шестнадцать лет, и я всё равно ждала, что он скажет какую-нибудь правильную вещь.
Не обязательно правду.
Хотя бы то, что мне будет чуть легче услышать.
Он не сказал.
— Всё давно не так просто, — произнёс он наконец.
— Со мной просто. Я твоя жена.
— Формально.
Слово вылетело у него случайно.
Он сразу понял.
Я тоже.
В комнате стало тихо.
— Формально? — переспросила я.
— Я не это имел в виду.
— А что?
— Мы давно отдалились.
— Мы?
— Да, мы.
Он всегда любил это «мы», когда виноват был один.
Мы отдалились. Мы перестали разговаривать. Мы потеряли близость.
Я почему-то не помнила, как заводила вторую семью.
— Кто платит за квартиру Оксаны?
— Я.
— Из каких денег?
— Из своих.
Я посмотрела на него.
— Назови мне хотя бы одни деньги, которые за шестнадцать лет были только твоими.
— Я зарабатываю больше.
Вот оно.
Не «прости».
Не «я не знаю, как это исправить».
Я зарабатываю больше.
Он считал, что купил себе право на отдельную жизнь, а я должна была благодарить за ту часть, которую он приносил домой.
— Сколько ты ей переводишь?
— Лена, сейчас не время считать.
— Как раз время.
— Я обеспечиваю сына.
— Сколько?
Он молчал.
— Игорь.
— В среднем сто пятьдесят.
Мне сначала показалось, что он говорит о пятнадцати тысячах. Нормальное человеческое воображение отказывается сразу принимать плохое.
— Сто пятьдесят тысяч?
— Иногда меньше.
— В месяц?
— Да.
Я положила ладони на стол.
Пальцы были холодными.
Мы не поехали летом в отпуск, потому что у Игоря были трудности в бизнесе. Даша проходила всю зиму в старой куртке — рукава стали короткими, но я сказала, что до весны доносим, не страшно. Я полгода откладывала новый ноутбук, хотя старый выключался, если открыть больше трёх вкладок.
Сто пятьдесят тысяч в месяц.
— Семь лет?
— Не сразу столько.
— Даже если пять.
Я начала считать.
Потом остановилась.
За цифрами слишком быстро появлялись вещи. Куртка Даши. Моя сломанная коронка. Море, на которое мы не поехали. Деньги, которые я переводила Игорю в Казань.
— Ты дашь мне выписки по всем счетам.
Он посмотрел внимательнее.
— Зачем?
— Хочу знать, сколько денег ушло из семьи.
— Это не имеет значения.
— Для тебя.
— Лена, мы сейчас должны подумать о детях.
Я засмеялась.
— Ты вспоминаешь о детях каждый раз, когда женщине нужно замолчать.
Он поморщился.
— Не выражайся так.
— Как правильно? Проявить мудрость?
— Да. Именно. Даша подросток. Миша маленький. Если ты сейчас всё разрушишь, пострадают они.
Я посмотрела на него.
— Я разрушу?
— Не цепляйся к словам.
— Ты семь лет строил вторую семью. Но разрушить обе могу только я, потому что узнала.
Игорь встал.
— Я не хочу скандала.
— Я тоже.
Он немного расслабился.
Это было видно. Плечи опустились, голос стал мягче.
Он решил, что я вернулась. Та самая Лена, которая сначала думает, потом говорит, не выносит сор из избы, помнит про его давление и важное совещание утром.
— Хорошо, — сказал он. — Давай всё обсудим без резких решений.
— Обсудим.
— Я переночую в кабинете.
— Нет.
Он нахмурился.
— Что нет?
— Ты переночуешь у Оксаны.
— Лена.
— У тебя есть второй дом. Пользуйся.
— Это мой дом тоже.
— Тогда можешь спать в машине. Она тоже куплена на общие деньги.
— Ты ведёшь себя неадекватно.
— Я только что узнала, что у мужа шестилетний сын и семилетний роман. По-моему, я удивительно спокойна.
Игорь подошёл ближе.
— Ты не можешь просто выгнать меня.
Раньше я бы отступила.