Миллениум. Дилогия

Мне стало страшно не за инжир, а за нее. Этот дикий кабан вполне мог ее затоптать.

Я бросилась к ним, встав между Таней и озверевшим хряком. Еще немного и подруга б набросилась на него с кулаками. Он прекратил измываться над инжиром и уставился на меня, раздувая ноздри. Я посмотрела прямо ему в глаза и спокойно сказала:

– Приятно самоутверждаться за счет слабых? Вы настоящий джентльмен и показываете сыновьям образцовый пример. Легче стало?

Он отвернулся, харкнул в землю и, матюгнувшись, зашагал прочь, подзывая жестом все семейство. Его жена села на корточки и вручила каждому ребенку булочку размером с голову. «Без шансов», – подумала я, глядя на девочку, пока еще пухленькую, а не с третьей степенью ожирения, как у остальных.

Присев, я прибрала раздавленный инжир, чтобы не привлекать ос.

Таня сидела под деревом, прижав к груди оставшиеся два пакета и шмыгала носом, стараясь не разреветься.

– Ну, твари! Что ж за день сегодня такой! Одни свиньи да извращенцы. Тьфу! – возмущалась подруга.

Я забрала у нее пакеты и положила поближе к лестнице.

Мимо проходила группа симпатичных молодых парней. Пятеро, все темноволосые, подкачанные, высокие. Спортсмены, наверное. Даже я засмотрелась не как на объекты вожделения, а как на произведение искусства. Если подумать, они годятся мне в сыновья.

– Молодые люди, не желаете купить самый вкусный деликатес на юге? – попыталась заманить их я.

Парни заулыбались и остановились. Не знаю, кого они рассматривали, нас или инжир, но купить все же согласились, забрали оба пакета.

Двое парней отстали от своих, вернулись и зеленоглазый обратился ко мне:

– Девушка, а почему ваша подруга скучает? – Он кивнул на совсем приунывшую Таню.

– Танюш! – окликнула ее я. – Молодой человек желает знать, отчего ты сегодня Несмеяна?

Она взглянула на его и покраснела. Ничего себе, впервые, вижу, чтоб она смутилась. Неужели понравился? Логично предположить, что да. В наших краях они напоминали породистых скакунов среди обычных лошадок.

– Все нормально, – буркнула она и отвернулась.

Парень заулыбался, и на щеках прорезались ямочки.

– А телефончик можно твой, мисс недовольство?

– У нее нет телефона. Могу свой оставить, – встряла я и только потом поняла, что это выглядит не как забота, а как попытка отбить поклонника у подруги, потому попыталась исправить ситуацию:

– То есть, я всегда могу позвать ее к телефону. Иначе никак. – Я развела руками и покосилась на Таню. Она так и сидела красная и насупившаяся.

– Я – Женя. Это – Макар. – Представил он друга. – Ну, говори телефон, я запишу.

Он достал из кармана ручку и пачку сигарет. «Не спортсмены», – подумала я и продиктовала свой номер, добавив:

– Ее зовут Татьяна, я – Алена.

Он достал из кармана ручку, сигаретную пачку и записал на ней пять цифр, пообещал:

– Я обязательно позвоню. – И подмигнул Тане перед тем, как они бросились догонять свою компанию.

Таня раздраженно выпалила:

– С каких это пор ты заделалась в свахи?

Я пожала плечами, собрала коробки (завтра пригодятся) и предложила:

– Хватит дуться, давай лучше прибыль посчитаем.

Получилось пятьдесят шесть гривен, по двадцать восемь на каждую. Настроение Тани мгновенно улучшилось, она улыбнулась и сказала:

– Женя, говоришь… Красавчик Женечка!

– Уж лучше твоего прыщавого Димки.

– Да! Так что, завтра за инжиром едем?