Страница 33 из 76
Глава 10
Когда я пришел, в актовом зале уже горели все люстры. Александра Ивановна с двумя санаторскими бабушками переставляли стулья: три ряда они сдвинули ближе к столу, а задние оставили стоять пустыми.
Люди приходили группами по двое-трое. Первыми, естественно, оказались наши, кто жил в корпусе: Арсений Лукич Чепайкин, весь из себя важный, при пиджаке и в галстуке, Марина Носик, севшая у стены с телефоном и ни о чем не спрашивавшая. Рядом с ней примостилась Диана Шарипова. Вместе с ними появился дед Элай, приехавший, как выяснилось, к тете Нине за чем-то своим и застрявший.
Потом стали появляться моркинцы, которым было ближе всего: пришли Генка с Клавдией, хотя Генка сразу заявил, что у него вопросов нет, а он «так, просто послушать», пришла Людмила Степановна, в этот раз без Игорька, пришли еще несколько человек, кого я знал в лицо, но не по имени. А еще четверо новых, которых я не видел прежде ни в ЦРБ, ни на улице. Они сели порознь, каждый на свободный ряд, и я решил, что это и есть те, кто писал Сашуле в чат.
— Сергей Николаевич, вы уж не сердитесь, что не все, — виновато сказала Сашуля, подойдя ко мне со своим блокнотом. — Тем, кто далеко, я написала, что не последний «Клуб здоровья» проводим. А вот кому совсем невтерпеж, эти приехали. Вон, видите, с папкой женщина? Она меня прямо задолбала, когда да когда, мол, клуб. И вот тот мужик, который у прохода сидит, спрашивал, можно ли лекарства с собой принести. Я сказала, что можно.
— Можно, — одобрительно кивнул я. — Даже нужно.
Тайра Терентьевна на входе встречала опоздавших и тихо, чтоб не мешать, показывала им на свободные места. Одного из новых, мужчину лет пятидесяти с небольшим в темной куртке, она усадила в последний ряд, и он так там и остался, у самой двери, положив шапку на колени, которую он нервно комкал широкими, как ковши, руками.
Я вышел не на сцену, а к первому ряду, как обычно, чтобы быть ближе к людям.
— Добрый вечер, друзья! Извините за то, что собрали в позднее время, это моя вина, не Александры Ивановны. Порядок у нас будет прежний: лекций я читать не стану, просто отвечу на ваши вопросы о том, у кого что болит. — И улыбнулся, вглядевшись в слегка напряженные лица. — Кто первый хочет пожаловаться на здоровье?
Увидев несколько улыбок, я обрадовался, потому что зал был непривычно тихим для нашего клуба — без обычных шуточек, выкриков и подзатыльников. Видимо, еще не отдышались с мороза.
— Ну, раз никто, тогда я, — чуть заикаясь от волнения, сказал мужчина с четвертого ряда и поднялся, держа в руке большую книгу. — Только я, товарищи, говорить буду долго, потому что подготовился.
Он вышел к столу, положил на него книгу, и я увидел, что это старый анатомический атлас.
«Познание сути» развернуло профиль мужчины:
Ведерников Аркадий Семенович, 61 год
5-й уровень социальной значимости.
Отношение к носителю: Заинтересованность.
Биологический возраст: 66 лет.
— Ведерников я, Аркадий Семенович, бывший школьный завхоз, — представился он и откашлялся, потому что его голос от переживаний подсел. — Значит, так, Сергей Николаич. Атлас этот у меня от внучки остался, она в медколледже училась, только бросила. А я по нему разобрался. Значит, так, доктор, погляди сюда. Вишь, правая сторона? Тянется от середины плеча, вот здесь, это плечевая мышца. Дальше идет через заднюю часть дельтовидной, — он довольно точно показал на себе, — потом, я так понимаю, малая круглая или подостная, тут я их путаю, они где-то рядом торчат. Потом верхний край лопатки, а от него трапециевидная, и вот сюда, в шею. Все по атласу, я ж говорю, проверял и готовился.
— Получше многих интернов подготовились, — похвалил его я, и это не было насмешкой. — Когда болит?
— А вот это самое интересное, Сергей Николаич, — оживился Ведерников. — Пока я делом занят, дрова там, снег чищу, в гараже, оно не болит. Совсем. А сяду телевизор смотреть или лягу, и через полчаса начинает. Ищу положение, кручусь. Засну, и во сне не чувствую. А еще заметил: голову прямо держу, болит сильнее, наклоню чуть вперед, отпускает.
— Наклоните сейчас, — попросил я.
Он наклонил голову, потом по моей просьбе поднял, повернул вправо, влево, откинул назад. Назад пошло туго и с гримасой, вправо тоже туже, чем влево, но в руку при этом ничего не стреляло, он это подтвердил.
Я попросил его снять пиджак, поднять обе руки, развести в стороны, сжать мои ладони, сначала правой, потом левой. Хватка была одинаковая, крепкая. Я провел пальцем по его правой руке от плеча до кисти, снаружи и изнутри, и спросил, везде ли он чувствует одинаково. Везде. Тогда я нажал большим пальцем на верхний край лопатки, там, где трапециевидная переходит в шею, и Ведерников охнул.
— Вот оно! — обрадовался он.
Пока он охал, я запустил диагностику, и она подтвердила то, что я уже примерно понял.
Диагностика завершена.
Объект: Ведерников Аркадий Семенович, 61 год.
Основные показатели: температура 36,6 °C, ЧСС 78, АД 148/88, ЧДД 16.
Обнаружены аномалии:
— Дегенеративные изменения шейного отдела позвоночника на уровне C5–C7: снижение высоты межпозвонковых дисков, артроз дугоотростчатых суставов. Признаков сдавления корешков и спинного мозга не выявлено.
— Стойкое напряжение трапециевидной мышцы и мышцы, поднимающей лопатку, справа, с болезненными уплотнениями в толще мышц.
— Начальные дегенеративные изменения правого плечевого сустава. Повреждения сухожилий вращательной манжеты не выявлено.
— Артериальная гипертензия 1 степени.
Корешки целы, спинной мозг цел, сухожилия плеча целы. С этого и надо было начинать, только я не сразу нашел слова, потому что перед глазами у меня на миг вместо позвонков Ведерникова встала заснеженная аллея…
Я моргнул, аллея пропала, и передо мной снова стоял бывший завхоз с анатомическим атласом, ждущий приговора.
— Аркадий Семенович, вы, когда в школе искали, откуда сверху протекает, куда смотрели? Туда, где на потолке пятно, или туда, откуда вода идет?
— Откуда идет, — чуть растерянно ответил он и даже оглянулся на сидящих в зале. — Пятно, оно может и на три метра в сторону быть.